Операция «У Лукоморья…»
Шрифт:
И Кощей начал держаться коллектива. К Яге, невозмутимо продолжавшей работать над вторым чулком, он приблизиться побоялся, испугавшись разоблачения. Он до сих пор не мог в толк взять, как ей удалось обойти заклятие и покинуть поляну. А потому Бессмертный для начала подержался около Соловья-разбойника и даже попытался подпевать старческим дрожащим фальцетом. Дал петуха, смутился и вернулся к основному составу, только что закончившему точить зубы Центральной. Балбес выполз из широко распяленной пасти дракона, распорку выбили
– Перебор,– почесал затылок «папа».– Бревнышко великовато.
– Ну и что? – не поняла Левая.
– Челюсти заклинило,– пояснил капитан.
– Папа, а ежели сверху по ноздрям… – Чебурашка кивнул на молот.
– Ты больше не пьешь! – вынес свой вердикт Илья.– Алкоголь пробуждает в тебе садистские наклонности.
Однако Левая так не считала и осуществила идею прораба, использовав в качестве молота собственную морду. Хрустнув в суставах, челюсть захлопнулась.
– Спасибо,– поблагодарила Центральная прокурора.
– Нет проблем,– не менее любезно ответствовала Левая судье,– по морде я завсегда с превеликим удовольствием…
– На чем бы заточку опробовать? – завертел головой Илья.
– А на этом бревнышке,– подсказал Кощей.– Оно все равно великовато.
– Ценная мысль,– согласился капитан.– Ну-ка, любезная, открой ротик.
Центральная послушно открыла «ротик» и с треском захлопнула его, перерубив подсунутый внутрь обрубок пополам.
– Так держать! – одобрил Илья.– Чья очередь?
– Моя! – Левая отпихнула морду Центральной и торопливо разинула пасть.
– Ну, тут теперь и без нас разберутся,– решил Илья.– Что-то пахана не видно. Скоро светать будет. Похоже, нагнали мы на него страху.
Кощей задрал голову и с ужасом увидел, что звезды начали потихоньку меркнуть, а небо на востоке медленно светлеть. Проклиная себя за трусость (после похода на болото Кощей не решился использовать заклинание переноса, а потому много времени потерял на дорогу), Его Бессмертие приступил к осуществлению своего хитроумного плана, не надеясь уже на помощь неведомого пахана.
– Да, все хотел спросить,– обратился он к Илье, вздумавшему устроить переодевание,– вам Ванька здесь нигде не попадался?
– Это какой Ванька? – удивленно вскинул брови Илья, натягивая на себя свою грязную, с подпалинами камуфляжку.
– Дурак!
– Сам дурак! – обиделся Илья и схватил Кощея за кольцо.
– Да не ты дурак, Ванька – дурак! – загнусавил Кощей, так как вместе с кольцом в крепких пальцах капитана оказались и ноздри Его Бессмертия.
– А я за него,– прорычал Илья,– ну-ка, повтори, кто тут дурак? Я? А может быть, ты?
– Я дурак, я,– чуть не плача, прогундел Кощей.– Уж и пошутить нельзя,– уже нормальным голосом захныкал Его Бессмертие, пока
– За такие шуточки братва в сортире мочит! Ну, чего тебе из-под меня надобно?
– Да ничего мне из-под тебя не надобно. Я ему, можно сказать, из самой Африки подарок к свадьбе тащу, а он меня за нос… – Кощей, войдя в роль, так увлекся, что сам искренне поверил в свои слова и всхлипнул от обиды. Из глаз Его Бессмертия закапали слезы, смывая гуталин со впалых щек.
– Извини, погорячился.
– И ты туда же,– рассердился Кощей.– Что за дикари тут живут? Сначала в рыло норовят… а потом извиняются.
– Да вообще-то можно и наоборот,– почесал затылок Илья.
– А какие подарки? – Чебурашка нетерпеливо дернул за юбочку Кощея.
– Замечательные! – обрадовался изменению темы Кощей. Именно этого вопроса он и ждал.– Золото, алмазы и даже бриллианты. Прямо с рудников.
– Бриллианты с рудников? – удивился капитан.
– Ага,– увлеченно врал Его Бессмертие.– Мы на такую жилу наткнулись… – Кощей чмокнул губами,– там этих бриллиантов ну завались. Лопатами гребем…
– Бриллианты нам не помешают, правда, Чебурашка?
– Ага,– согласился домовой,– хозяйство восстанавливать надо. А то у нас навару за три дня одно золотое яичко.
– Ну, на яичко ты губы не раскатывай,– осадил Чебурашку капитан.– Это я себе на память оставлю.– Илья вытащил из штанов золотое яйцо, полюбовался им и засунул в карман гимнастерки. Рука его при этом случайно задела крест, и он затряс обожженной рукой. Только тут бравый капитан заметил, что крест уже прожег нагрудный карман, и пачка баксов, лежащая в нем, потихоньку начала чернеть и дымиться.
– Ты что творишь? – рассердился на «звоночек» Илья.– Это ж валюта!
Крест молниеносно остыл и даже покрылся изморозью. Судя по всему, он серьезно обиделся. А Кощей тем временем трепетал, не сводя глаз с кармана Ильи, в котором он узрел свою смерть.
– Никак замерз? – посочувствовал Илья.– Оно понятно, здесь не Африка.
– А где подарки-то? – деловито поинтересовался Чебурашка.– Оприходовать надо бы.
– Чуть-чуть не довез,– скорбным голосом заявил Кощей, продолжая трястись,– слоны от холода замерзли.
– Слоны? – поразился Гена.
– Подарков много,– пояснил Кощей,– без слонов не дотащишь.
– Где замерзли? Координаты! – потребовал Соловей-разбойник. Он уже не пел. Перед его мысленным взором сверкали сокровища жаркой Африки.
– Да тут, совсем рядом! – радостно завопил Кощей. Он схватил Илью за рукав и потащил к остаткам частокола, косясь на розовеющую полоску восхода. Однако довести до конца свое черное дело Кощей не успел. Чебурашка, чрезвычайно озабоченный пополнением посадской казны, шустро припустил следом, споткнулся второпях и с разбегу боднул Кощея в его тощий бессмертный зад.