Операция «Преториус»
Шрифт:
Вы доставите солидный груз взрывчатки. Кассу со 175 тысячами долларов я вручу, естественно, Дашу. Каждый из вас получит по четыре тысячи долларов на личные расходы, а также комплект фальшивых документов. Подробности я сообщу вам, Даш, и Керлингу как руководителю второй группы.
— Слушаюсь, — одновременно ответили Даш и Керлинг.
— Ваша первоочередная задача,— продолжал старший лейтенант, — взорвать мосты в Нью-Йорке. Нью-Йорк — это мозг, касса и нервы Америки. И с этой неофициальной столицы США нужно начать операцию «Преториус». Затем разрушить
— Да, — вставил Бургер, — этого наверняка хватит. И, честно говоря, все это не так трудно.
— Я рад, Бургер, что вы так думаете. Я всегда верил в вас. Но вернемся к делу, господа. После этой предварительной подготовки почвы будет создана возможность действовать для всех легальных и нелегальных немецких организаций в США. Появится много подпольных групп. Американцы немецкого происхождения потребуют власти в США. Тогда фюрер придет с мощной поддержкой, в порты войдут военные корабли, над континентом появятся тучи наших самолетов. Начнутся переговоры, которые завершатся капитуляцией Америки. И в этом будет ваша заслуга, господа. Эту самую трудную и самую большую войну выиграет «Зондеркоммандо Даш». Мы завладеем Америкой. А позже выиграем войну со Сталиным.
— А завтра со всем миром, — шепнул Георг.
— Слушаю? — быстро спросил Каппе.
— Я сказал, — с готовностью повторил Даш, — что завтра мы завоюем весь мир.
— Да, а завтра весь мир, — повторил Каппе. — Но сначала мы ударим по Америке… Или кто-то сомневается на этот счет? Может, кто-то хочет выйти из игры?
Никто не ответил. Восемь мужчин смотрели ему прямо в глаза. Ни один мускул не дрогнул на застывших лицах.
— В таком случае Нью-Йорк взлетит на воздух, — сказал старший лейтенант Каппе.
«И завтра весь мир, — подумал Бургер. — Да, они способны на это. А если бы им было суждено погибнуть, они уничтожили бы и всю Германию. Они б это сумели. И это самая опасная «пятая колонна», какая когда-либо действовала в Германии: гитлеровцы и их фюрер. Они уничтожат и Германию».
Когда Каппе подал руку Бургеру, тот пожал ее с омерзением, не в состоянии скрыть чувства неприязни. Но Каппе воспринял это осторожное пожатие как жест уважения и благодарности.
VI
Париж. Прощание с Европой. Каппе получил приказ сопровождать группу Даша вплоть до ее отплытия на подлодке из порта Лориент.
— Теперь вам можно поразвлечься, — говорит Каппе, — выпить, побаловаться с девочками, сходить в кино и черт его знает куда еще. Лишь бы только мне не потерять вас.
Пьяные, они бродят по Парижу, ходят по кабакам и публичным домам. Деньги не считают — их невпроворот.
Даш и Бургер заскочили в бар «Де дё Монд», наткнулись там на Генриха Гейнка. Он сидел
— А знаете, — доносилось до Даша и Бургера, — я ас разведки, шпион со специальными заданиями…
Они мгновенно обменялись взглядами. Генрих, видимо, спятил или упился до потери сознания. Прежде чем они приблизились к нему, какой-то мужчина подскочил к Генриху и крикнул:
— Вы оскорбили меня! — и правым боковым двинул его по челюсти.
Оскорбленный Гейнк оперся о буфетную стойку и, потеряв сознание, сполз с высокого стула на пол.
Даш бросился по направлению к нападавшему, но тот успел нырнуть в уличную толпу и пропал с глаз.
— Оставь, — сказал Бургер, — ведь ты знаешь, что Генрих вовсе не оскорбил этого типа. Сдается, что это был кто-то из абвера, кто-то следил за ним. Он вовремя нокаутировал этого дурака.
— Ты полагаешь, что за нами тоже кто-то следит?
— Наверняка. Такие важные персоны, как мы, требуют опеки. Георг, справишься ли ты со всей этой бандой?
— У меня есть свой способ.
— Какой? Можешь сказать?
— Узнаешь в Штатах.
— Прежде чем мы туда попадем, напомни своим кретинам, что в Америке никто с ними нянчиться не будет. Если распустят языки, то кончат на электрическом стуле.
Во втором часу ночи они возвратились в гостиницу. Каппе был взбешен, кроме них, только Тилле вернулся вовремя. Но, видимо, каждый из «Зондеркоммандо Даш» был окружен чуткой заботой, поскольку в течение часа грустные и незаметные мужчины в цивильной одежде привозили смертельно пьяных избранников фюрера: вытаскивали их из подозрительных баров, публичных домов, из каких-то запрещенных притонов.
В гостинице Даш обнаружил, что у него пропал бумажник с фальшивыми удостоверениями личности и несколько тысяч долларов. Он доложил об этом старшему лейтенанту Каппе.
— Если бы не тот факт, — сказал Каппе, — что я лично ручался за ваше поведение и лояльность, я лишил бы вас руководства и отправил бы в концлагерь.
— Это, вероятно, какой-то обычный карманник, — защищался перепуганный Даш. — Кто-то, видимо, заметил, когда я оплачивал счета, что у меня в бумажнике куча денег…
— Это единственное предположение, — прервал Каппе, — которое я могу принять. Прошу держать язык за зубами и никому не болтать. Вы получите резервный комплект документов.
— Слушаюсь. Но прошу верить мне, что…
— Хватит, Даш, перестаньте об этом. Я всем прощаю парижские выходки. Я понимаю, что вам необходима разрядка. И верю, что в Америке вы будете более осторожны. Фюрер с нетерпением будет ожидать вестей о вашей деятельности в Нью-Йорке. Это все, что я хотел вам сказать.
Они прибыли в Лориент. Военный катер должен был доставить обе группы на подлодки У-47 и У-584.
Каппе пожал руку Дашу.
— Как самочувствие?
— Отлично, господин старший лейтенант.