Операция "Берег"
Шрифт:
Annotation
1945 год, Восточная Пруссия. Советские войска готовятся к штурму города-крепости Кёнигсберг, идут ожесточенные бои.
Оперативники Отдела «К», вместе с контрразведчиками СМЕРШ и армейскими подразделениями начинают финальную операцию по поиску и уничтожению секретной немецкой базы. Уже созданы сводные штурмовые группы, проведена разведывательная подготовка, но задача остается чрезвычайно сложной…
В центре повествования судьбы рядовых бойцов и командиров Красной армии.
Операция «Берег»
Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Эпилог
Пролог
Автор благодарит:
Юрия Паневина — за помощь и советы;
Александра Борсука (Мobibos) — за технические документы и интересные бытовые детали.
И шторм смывает все следы
Кёнигсберг. Королевский замок.
26 августа 1944 года
17:44
Задрав головы, господа офицеры неспешно озирали масштабную достопримечательность: стены и башни замка были серыми, черепичные крыши и высоченная Часовая башня — красноватыми, в тон заходящего солнца.
— Впечатляет, — признал рыжий обер-лейтенант, его петлицы были черно-техническими, тыловыми, но на груди поблескивали вполне боевые награды.
— М-да, Вальтер, ты прав как никогда, — мрачновато согласился его спутник. Более высокий ростом, тоже обер-лейтенант, но чиновничье-административной службы. Очки в тонкой оправе, худощавое, едва тронутое загаром лицо любителя опер Вагнера и хорошего кофе намекало на типичного военного бюрократа, ловкую «тыловую крысу». Но знак «За общие штурмовые действия» и «За ближний бой» говорили об обратном — фронтовик.
Собственно, ситуация выглядела однозначной: двое друзей, оказавшихся в Кёнигсберге благодаря счастливому случаю — отпуску или командировке — урвали у судьбы несколько часов для прогулки по замечательному городу. Можно было не сомневаться, что документы, личные и проездные, у господ офицеров в полном порядке, порядок они ценят и соблюдают, посему глупо терять часы отдыха и не взглянуть на гордость Восточной Пруссии. Бесстрашные офицеры вермахта широко известны своим безупречным воспитанием, чистоплотностью и щепетильностью в выборе культурных объектов для посещения: памятник архитектуры, музей, кинотеатр и бордель обязаны иметь достойную репутацию и приличный вид. Офицеры германской армии куда попало ходить не будут.
Всё это было почти верно. Ну, за исключением актуальности оценки борделей — посещения столь сомнительных мест в планы конкретно этих господ офицеров не входили — оба обер-лейтенанта были счастливо женаты, да и не предусматривалась оценка местных объектов сексиндустрии планом операции.
— М-да, замок. Что ж, зайдем. Хотя музей уже закрыт, — пробурчал молодой штабист.
Господа офицеры оглянулись на мирно позванивающий трамвай — кёнигсбергский
— М-да, — в третий раз пробурчал очкастый обер-лейтенант, оценивая просторный замковый двор, многочисленные окна архивов и Прусского музея, Рыцарскую галерею, центральную круглую клумбу с древним колодцем.
— Пустое, дружище, не стоит переживать. Чему быть, того не миновать, — утешил друга жестокосердечный техник.
Господа офицеры переговорили с служителем: музей, как и следовало ожидать, был уже закрыт для посещений, но на башню-колокольню подняться разрешалось.
Вид с высоты птичьего полета открывался чудесный. Башня-колокольня имела вертикаль в 82 метра, естественно, любознательные обер-лейтенанты любовались с чуть меньшей высоты, но все равно панорама старого города впечатляла. Мнимая теснота черепичных крыш, глубокие провалы улиц, шпили Кафедрального собора и кирх, темная вода ближнего пруда, изгиб набережной Прегеля[2]… Чудный вечер исхода августа неспешно сгущал теплую дымку.
Офицеры молчали.
— Черт, теперь и мне тошно стало, — наконец признался суровый техник.
Штабист только вздохнул и принялся протирать линзы очков.
Оба офицера знали, что этот город больше не увидят. В смысле, на улицах Кёнигсберга придется побывать еще не раз, что там побывать — плотно и тяжело поработать — но это будет уже иной город.
— Грустно, — сказал техник, имевший безукоризненные документы на имя обер-лейтенанта Вальтера Робина.
— Именно. Имеет смысл сосредоточиться на деле, — пробурчал очкарик.
Офицеры действительно пребывали в официальной командировке и находились при исполнении служебных обязанностей. Теоретически агентурную разведку можно признать «командировкой», они и оформляются слегка похоже. Но к вермахту гости Кёнигсберга никакого отношения не имели, поскольку были офицерами Министерства обороны Российской Федерации. День для товарищей офицеров выдался планово длинный, утомительный, с утра было сделано много. Результат следовало расценивать как отрицательный, что тоже было вполне предсказуемо.
— Что же за головоломка такая? Ведь не иголка, серьезный объект.
От созерцания живописных крыш и островерхих кирх товарищи разведчики отвлеклись, сосредоточившись на мощных дымовых трубах и мачтах-опорах. В промышленном Кёнигсберге их насчитывалось изрядно, видны с высоты вполне отчетливо, но что толку? Наблюдатели и так прекрасно знали большинство серьезных объектов городской инфраструктуры.
Проблема была в энергетике. Разыскиваемый объект относительно компактен, но должен быть серьезно запитан от электрических мощностей города, поскольку потребляет энергии краткосрочно, можно сказать импульсно, но в жутких количествах. По сути, в момент включения объекта в его интересах должна работать полноценная электростанция. Пока было абсолютно непонятно, как немцы этот фокус проворачивают — все усилия Отдела «К» просчитать местонахождение объекта — теоретические, а теперь и агентурно-практические — не давали результата. Построение компьютерной модели, привлечение гражданских специалистов не очень-то помогли. Проблема была в том, что подробных сведений о сетях энергосистемы Кёнигсберга и области было не слишком много, по понятным, но все равно крайне огорчительным причинам.