Опера вызывали?!
Шрифт:
Полина взахлеб рассказывала об «уголовнике», я делилась своими душевными терзаниями в отношении опера Громова, когда из кустов совершенно неожиданно выпрыгнул маньяк.
Мы с Полиной даже не испугались. Первые секунд тридцать мы продолжали делиться новостями, не обращая внимания на то, что нам, собственно, демонстрировали.
Нам на криминалистике и пострашнее вещи показывали…
— Мужчина, застегните плащ, замерзнете, все самое стратегическое отвалится, — посоветовала я, когда, наконец,
Полина была зла, поэтому просто припечатала:
— Никто даже не заметит. Гордиться-то нечем.
Кажется, мужик немного обиделся. Запахнул полы плаща, развернулся и тут же угодил в заботливые объятия непонятно из каких кустов выпрыгнувшего Макса.
И мы думали, что следователь мгновенно скрутит маньяка-эксгибициониста, но что вышло, то вышло…
— Макс, ты герой! — патетично начала я, — так сражался…
Макс зло покосился на меня, а я прикусила язык. Я думала, что товарищ следователь навсегда оставил меня в покое после мною же организованного свидания его и Гения. Он не звонил, не писал и никак мне не досаждал. Настолько, что я совсем о нем забыла. А вот он, к сожалению, меня помнил и, кажется, злился.
— Здесь стойте обе! — рявкнул Макс, отряхнул куртку и пошел куда-то в сторону молодых парней с мобильными телефонами в руках.
Не иначе как избавлять себя от возможности стать звездой социальных сетей.
— Какой грозный, — буркнула Полина.
— Его только что почти голый мужик покусал, прояви немного понимания, — хмыкнула я.
А потом гулко сглотнула, когда заметила приближающегося к нам Громова.
Гений расслабленно шагал по аллее, не сводя с меня взгляда ни на секунду.
— Пельмешка, — радостно пропел Чингачгук, — я все пропустил, да?
— Да, — прошептала я, потому что голос вдруг решил, что осипнуть — самое подходящее время.
— Полинка, привет, — радостно отсалютовал подруге опер. — Как дела у Бубузяблика?
— Сам спроси, — пробурчала подруга, мгновенно становясь мрачнее грозовой тучи.
Гений оценил обстановку и предложил:
— Пойдемте, девчонки, я вас мороженым угощу. Полинке две порции, а то лицо такое, словно ей вместо нормально обеда лимон дали.
Мы все дружно забыли о Максе, но следователь снова неожиданно возник на аллее, преграждая нам путь.
— О, Макс, и ты тут, — Гений сделал вид, что оказался в нашей компании совершенно случайно, а не приехал поглазеть, как позорится его коллега.
— Лиля! — рявкнул Макс так, что мы с Полиной подпрыгнули, а Гений нахмурился, мужественно закрывая нас своим телом.
— Я, — недовольно протянула я, — ты как здесь оказался? Снова сбегал из очередного храма удовольствий?
Макс нахмурился, Гений пытался удержать лицо, чтобы не засмеяться, а мы с Полиной переглянулись.
Макс,
Упс!
У меня сердце пустилось в галоп, руки задрожали, а Полина на всякий случай достала мобильный, дабы срочно вызывать к нам адвоката Логинова.
— Это что? — рявкнул Макс, не обращая внимание на то, что Гений ну очень нехорошо на него посматривал.
— Видео, — пожала я плечами.
Ни в коем случае не признаваться! Отрицать до последнего! В конце концов, он мою маленькую шалость ни под одну уголовную статью подвести не сможет.
— Доказательство того, что ты меня подставила! — обвинительно ткнул в меня пальцем Макс.
— Не было такого, — открестилась я, — и при чем тут ты? Может, мне водитель понравился, и я ему записку со своим номером оставила. Записка где?
— Вот! — Макс полез в карман и достал-таки записку, написанную моей рукой. Протянул мне, но Гений выхватил бумагу из рук следователя, пробежался глазами и рявкнул:
— И что это за писулька?
— Зачем, Лиля? — не обращая внимания на коллегу, поинтересовался у меня Макс.
Я вдохнула побольше воздуха в грудь и решила признаться:
— Достал!
— Чем? — не понял Макс.
— Объясни, какие у тебя к ней вопросы, — Гений не оставлял попыток разобраться в ситуации.
— Не лезь! — потребовал у него Макс.
— Она моя девушка, все вопросы к ней можешь смело адресовать мне. А теперь я повторю вопрос: какие у тебя к ней претензии?
— В тот день, когда мы были на вызове, твоя девушка зачем-то подложила под дворники разбитой машины мою визитку и записку, в которой говорилось, что я возмещу ущерб, — Макс, наконец, снизошел до объяснений, — и теперь владелец этой тачки требует с меня денег на ремонт.
— Так пошли его лесом, — посоветовал Гений.
— Послал.
— А он вернулся?
— А он у нас в «Громе» служит! Белов теперь с меня деньги требует.
Гений отвернулся, его плечи затряслись. По всему выходило, что Чингачгук ржал — нагло, бессовестно и очень заразительно.
— Белову надо отдать, — Жека отдышался и, пытаясь состряпать серьезный вид, истово закивал.
— Громов, ты издеваешься? — зарычал Макс. — Почему не на работе?
— Выходной потому что, — мечтательно закатывая глаза к небу, пояснил Гений. — Ты, Макс, уже со всеми погавкаться успел? Вот и результат.
— Кто такой Белов? — подала я голос, потому что была виновата, а за свои поступки нужно нести ответственность.
— Мишаня, — ответил мне Женя и тут же добавил: — Но он женат!