Опекун
Шрифт:
Понятия не имею к добру или нет, но мечты сокрушительным хуком справа нокаутировали предчувствие.
— Почему бы и нет, — пожала плечами я, — как вариант, стоит попробовать.
— Договорились. Рекомендую, поставить будильник, выходим рано.
Сказано – сделано. Хоть и давно сама по утрам просыпаюсь по причине привычки, но завтра мой телефон пропиликает ровно в шесть. Дамир обычно выходит в семь, часа мне на сборы – за глаза хватит.
Передо мной две двери из неотёсанного дерева с массивными железными кольцами, на каждой из них висит по табличке
Ха, разве это выбор? Конечно же, нет! Схватилась за кольцо и постучалась в ту, где «Водителем будешь».
Входить никуда не пришлось, обстановка вокруг меня сама по себе сменилась на новую, что крайне паршиво, если судить по чёрному небу, углям вместо земли, истошным крикам и многочисленным чертям с вилами и хвостами, мою несчастную тушку занесло в ад.
Твою же дивизию, как так-то?
Пригнулась, чтобы не заметили, и огляделась. В поле зрения никакой норы – нет. Никуда не заползёшь и не переждёшь, когда этот дурдом испариться.
— А-а-а, смотри, кто к нам пожаловал, — раздался писклявый голос и толпа чертей, что тусовалась возле огромного котла, все как один повернули рогатые морды в мою сторону. — Тащите её сюда! Тащите….
На мой взгляд, дальше события развивались, ну вообще не справедливо. Погоню чертей за мной и то, как я яростно от них отбивалась, словно неугодную сцену в фильме пропустили с помощью перемотки, и в следующее мгновение я уже плюхнулась в котёл, слава всему с холодной водой, но этот факт временный, под котлом горит костёр. Лично сама не видела, но откуда-то знаю.
— Уха без дивчины не наваристая, — приговаривали хвостатые, когда я, нащупав дно, встала на ноги.
— Какая уха? Рыбы-то у вас нет! — взвизгнула я в ответ.
— А точно, рыбу забыли, — нахмурился самый высокий и здоровенный чёрт, звонко щелкнул мохнатыми пальцами и, оскалившись, зловеще сообщил. — А теперь рыба есть.
Что-то гладкое скользнуло по щиколотки, затем задело бедро, склонив голову, заметила, что вокруг меня кружат акулята Фролова.
— Ладно я, возможно и заслужила, но акулят-то за что? Их хотя бы отпустите! — потребовала я, добралась до края котла и взяла главного рогатого за горло. — Отпусти, говорю….
Чёрт, в свою очередь, схватив за плечи, начал меня трясти и рычать:
— Просыпайся….
— Дамир? — разглядев в мохнатой морде черты опекуна, пришла в полное недоумение, но после всё встало на свои места. — А я всегда знала, что ты самый настоящий упырь.
Глава 25
— Что ты там бубнишь, вставать собираешься?
Темнота, что окружала, вдруг рассеялась, теперь в глаза бьёт яркий свет, рогатый черт, трясущий меня за плечи, потерял шерсть, зато заимел рубашку с галстуком и окончательно превратился в Дамира.
Фух, похоже, мне приснился кошмар.
Жуткие сны снятся всем, такое бывает, с этим всё как бы понятно, но почему мой и после пробуждения продолжается? Фролов
— Сколько времени? — привстав на локти, ворчливо и, конечно же, сонно поинтересовалась я.
— Пять уже, — сообщил мужчина, причём таким тоном, словно я ленивица провалялась в постели минимум до одиннадцати.
— А для чего понадобилось будить меня в такую рань? — фыркнула я, полностью села и вонзилась в опекуна самым недовольным взглядом. — Пожар? Землетрясение? Топим соседей? Что?!
Возмущение выросло в несколько раз, потому как, я значит тут распинаюсь, причины придумываю, гневные гримасы старательно строю, интонацию саркастическую использую, а мне в глаза не смотрят и похоже, что даже не слушают.
Фролову что рукой помахать, напомнить с кем он говорит.
Да куда он всё пялится?
Твою же….
Резко натянула одеяло до подбородка.
Так понимаю, когда черти из меня варили уху, я в кровати ёрзала, вот шёлковая скользкая майка от ночного комплекта почти до пупа и сползла. Получается ровно с того момента, как присела, мои подружки колыхались перед Фроловым без какого-либо прикрытия.
Вот же дурында, заметила ведь, что Дамир мотал головой из стороны в сторону, словно кому-то без слов «Нет» говорил, почему же не задалась вопросом, а собственно почему? Но я-то ладно, мозг ещё от сна не очухался, туго соображает, но Фролов, он же явно давно встал. Душ принял, оделся, парфюмом облился. Почему гад такой не отвернулся? Правильно говорит «Ба» даже у умных мужчин нижняя голова без исключений и оговорок всегда главней верхней.
— Если забыла, напоминаю, мы договорились, что ты каждый день теперь отвозишь меня в офис, — ну надо же, к кому-то вернулась способность общаться и в глаза при этом смотреть. Интересно, если бы я не прикрылась, сколько бы времени мои подружки Дамира в гипнотическом трансе держали?
— Я не забыла, я не поняла, зачем вставать в пять утра?!
— От дома до офиса два километра, а чтобы от урока был толк, длиться он должен не менее часа. Сделаем крюк, а на это требуется время. Даю на сборы пятнадцать минут, не успеешь, уеду один.
Дождалась, когда Дамир выйдет из комнаты и лишь тогда огрызнулась:
— А вчера мне об этом сложно было сообщить?
Не сказать, что опекуна доставила на работу без погрешностей и с ветерком, но по сравнению со вчерашним днём, проехала, на мой взгляд, очень даже прилично. Дамир не похвалил, но с учётом его характера то, что хотя бы не отругал, уже можно считать – получила высокий бал.
С завершающим этапом, а именно ровно заехать на место подземной стоянки офисного здания, где располагается фирма Фролова, тоже справилась на ура, а когда мы вышли из автомобиля, к нам подбрёл седовласый худощавый мужчина с кепкой в руках и поздоровался с опекуном.