Опекун
Шрифт:
— Мисс Пирс, — внезапно появившийся из ниоткуда Маршал напугал меня, и я, вздрогнув, отпрянула немного назад, хватаясь за сердце.
— Маршал! — выдохнула я облегчённо, отходя от испуга. — Ты меня напугал!
— Извините, — пробормотал он.
— Ничего страшного, — улыбнулась я, — мы разве снова на «вы»? — посмотрела я на него, ничего не понимая.
— Ну… э… — замялся он, отводя глаза. — Да…
— Почему? — я, честно, не понимала, чем были вызваны эти перемены.
— Это… — несмотря на внушительную комплектацию, Маршал сейчас был похож на стеснительного
— Маршал, всё в порядке. Тебе не за что извиняться, — заверила я его.
— Но… — попытался он возразить.
— Маршал! — я посмотрела на него грозным взглядом. — Это, по крайней мере, глупо, испытать вину за то, что от тебя не зависит! Так что забудь, — попросила я его.
— Хорошо.
— Хорошо, Кейт, — поправила я, улыбаясь.
— Хорошо, Кейтлин, — и его лицо просияло в ответной улыбке.
— Ну вот, — я пошла вперёд, зная, что он пойдет за мной, — съездим к Уильяму с Эмили?
— Да, как скажете, — пробормотал он, и я резко остановилась, чтобы посмотреть в его лицо, но заметив весёлые искорки во взгляде, решила проигнорировать очередную официальность.
— Маршал, — позвала я его, когда мы уже были в дороге.
— М? — отозвался он, не отводя глаз от дороги.
— А как долго Марк встречался с Оливией Ховард? — задала я терзающий вопрос.
Он мельком глянул на меня через зеркало заднего вида и, помолчав. ответил:
— Около двух лет. А почему ты спрашиваешь?
— Просто так, — соврала я, не решаясь спросить о причине их разрыва. Я прекрасно помнила слова Марка о том, что у него были веские причины не доверять людям. А моя интуиция подсказывала мне, что это как-то было связано с его бывшей подружкой… Но даже если я и ошибалась, то сам факт её появления меня очень интриговал, ведь что-то же ей понадобилось от него, раз после официального разрыва, инициатором которого был Марк, она переступила через свою гордость и позвонила ему…
Войдя в палату, я застала совершенно противоположную вчерашней картину: Эмили спала на кушетке, свернувшись калачиком, в то время как Уильям бодрствовал, и смотрел на свою возлюбленную. Эта картина вызвала умиление, особенно если учесть, что всё это происходило в стенах больницы…
— Привет, — шепнула я, прикасаясь к руке Уильяма. Он кивнул и как-то обеспокоено посмотрел на меня. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась я, поглаживая его ладонь.
— Могло быть и хуже, — улыбнулся он. — А вот ты выглядишь неважно.
— Я просто не помню, когда в последний раз ела, — честно призналась ему. Утром меня отвлек внезапный телефонный звонок, который отбил аппетит, а про предыдущую неделю даже и вспоминать не хотелось: размолвка с Марком, смерть Уоррена… — Что говорят врачи? Когда тебя выпишут?
— Через пару дней буду как новенький, — засмеялся Уильям.
Я улыбнулась ему в ответ и посмотрела на все датчики и приборы. что его окружали.
— Я
— Кейт. — Уильям заныл, закатив глаза, — не драматизируй. Я жив!
— И., слава Богу! — прожгла я его смертоносным взглядом. — Хорошо, что всё обошлось!
— Эмили сказала, вы помирились с Марком? — отличная тема для разговора…
Уильям был прирожденным виртуозом переводить темы.
— Да, — ответила я смущаясь.
— Хоть какой-то толк вышел из этой аварии, а то я, честно сказать, хотел уже сбежать от тебя и твоего кислого вида…
— Ах, так! — я шутливо надула губы, и мы оба рассмеялись.
Умолчав о том, что с Марком мы помирились уже до аварии, я плавно перевела разговор в другое русло. Рядом с Уильямом время летело незаметно. Эмили так и не проснулась, и мы вдоволь наболтались, тихо перешептываясь свежими новостями.
— Придешь ещё? — поинтересовался Уильям, заметив мои сборы.
— Приеду, — заверила я его.
Мне хотелось как можно скорее покинуть больничные стены. Все эти запахи, баночки, датчики и провода доводили меня до тошнотворного состояния. На ватных ногах я всё же вышла на свежий воздух и, вдохнув полной грудью, ощутила сильную слабость во всём теле. Больница и её стены напоминали мне о смерти родителей, о том, как мне позвонили среди ночи и попросили приехать на опознание тел…
— Маршал… — тихо пролепетала я, ощутив, как сильные руки мужчины подхватили меня в тот самый момент, когда я, прислонившись к стене огромного здания, поползла вниз.
— Кейтлин, что случилось? — он с тревогой заглянул мне в лицо. — Тебе плохо?
— Нет, — перед глазами всё плыло, и я чувствовала сильную слабость. Ещё эти каблуки на ногах казались сейчас неподъёмными булыжниками… — Поедем домой, это всё больничная атмосфера…
Вчера ночью под воздействием стресса я не так остро принюхивалась и присматривалась ко всем этим атрибутам больничного инвентаря, обеспокоенная состоянием Уильяма. Но сегодня…
Маршал помог мне забраться в машину и повёз домой. Я не могла ни о чём думать и. прислонившись лбом к холодному стеклу, слушала тихую музыку, которая разливалась по салону…
Марк
— Что значит, стало плохо?! — рявкнул я в трубку телефона. Я понимал, что Маршал был не виноват в плохом самочувствии Кейтлин, но я всё равно негодовал, потому что меня не было рядом, когда это случилось. — Езжайте домой, я скоро буду, — не хватало, чтобы с Кейт повторилось то ужасное состояние после нападения Генри, тогда я не на шутку испугался за её жизнь. Чувства и страхи сидели глубоко внутри Кейтлин и не отпускали, руша хрупкий мирок в мелкие щепки. Смерть родителей, которые на самом деле приходились ей дядей и тетей, нападение опекуна, а точнее, сводного брата… Эта правда просто-напросто могла бы её сломать, выбить почву из-под ног. Поэтому я решил, что с моей стороны слишком жестоко будет добивать её всеми этими новостями. Я сам ещё пребывал в шоковом состоянии…