Опекун
Шрифт:
— Это — Джон, мой друг и компаньон, — сказал Марк всем присутствующим. Отчего-то тут. то там раздались короткие смешки.
— Приятно познакомиться, — ответила я дружелюбно, — но ты будешь первым на очереди, в кого вонзится эта вилка, если ещё раз меня напугаешь — Уильям прав. темнота раскрепощает, и, возможно, при свете дня я бы не позволила себе таких шуток с человеком, которого… услышала впервые. Джон снова громко рассмеялся.
— Так, кого мы ещё тут не знаем? — спросил Марк, прерывая хохот Джона.
— Уильям Хиггинс, мой
— Приятно познакомиться, — раздались голоса Марка и Джона.
— Необычное место для необычных знакомств? — раздался жесткий шёпот Линды. — Ты издеваешься надо мной, Джон Иорк? — шёпот мгновенно стал нарастать.
— Линда? — голос Джона потрясенно дрогнул. — Мы на секундочку, — извинился он, и я услышала, как они, снова о чем-то перешептываясь, вышли из-за стола. думаю, всё недоуменно смотрели сейчас в ту сторону, в которой находилась эта парочка, судя по всему, знавшая друг друга достаточно хорошо. Я тихо рассмеялась про себя. Ну, Эмили! Ну, сводница!
В это время официант принёс вина и разлил его по нашим фужерам. Отпив несколько глотков, я пришла в восторг от этого непревзойденного выдержанного сладковатого вкуса. Но, к своему стыду, я нисколько не разбиралась в алкоголе.
Эмили и Уильям о чём-то тихо разговаривали, я повернула голову в сторону Марка и почувствовала его запах, ни с чем несравнимый аромат свежести с привкусом цитрусов.
— Кейт, — он нежно погладил меня по спине. — Как прошёл день?
— О! Я бы сказала, плодотворно. Столько покупок, сколько я сделала за один день с твоей сестрой — перечеркнули все мои прежние походы по магазинам за всю мою несознательную жизнь.
— Да, — согласился Марк. — В этом и есть вся Эмили, — я была уверена, что его лицо тронула улыбка.
— А ты чем сегодня занимался? — Марк не успел ответить на вопрос. Появившийся официант с нашими заказами внёс небольшую паузу в наши разговоры.
Удивительно, как у него только получалось ориентироваться в полной темноте, ничего не уронив и не спотыкаясь на каждом шагу. Представив себя в роли официанта, который провожает посетителей до их столиков и подносит им еду в кромешной тьме, я бы, однозначно, либо лежала в больнице с переломанными конечностями, либо покалечила кого-нибудь из людей и с переломанными ногами и руками в больнице, лежали они. Третьего было не дано.
— Попробуешь? — услышала я голос и почувствовала что-то теплое и твердое у своего рта. Аккуратно взяв с вилки кусочек ароматной еды, я старалась определиться с собственными вкусовыми ощущениями. Ещё никогда мне не доводилось кушать то, что я не видела.
— Божественный вкус! — восхитилась я. Джон и Линда вернулись за стол, весело о чём-то разговаривая.
— Не могу отличить, кто из вас кто, — гоготнул Джон, тем самым повесив это замечание в воздухе, заставляя нас мучиться в догадках, кто на кого похож и кому были обращены слова.
— Эмили, — пояснил Джон. — Или Уильям. Ваши силуэты… —
Повернув голову в сторону, где предположительно сидели Эмили и Уильям, я тоже захихикала. Короткая прическа Эмили и растрепанные волосы моего друга буквально имели одни и те же очертания, и если бы не хрупкая фигурка девушки, то их и. правда, невозможно было бы отличить в темноте по силуэтам причесок.
— Джон, только благодаря твоей наблюдательности я терплю тебя ещё и на работе, — подметил Марк, на что Джон буркнул что-то в ответ, и те снова залились смехом.
— Марк, — шепнула я в его сторону.
— Да, — склонился он над моим лицом, и я снова почувствовала его приятный запах.
— Мне необходимо в туалет, — пропищала я.
— Мы на минутку, — обратился он ко всем присутствующим и встал, поднимая меня вслед за собой, поддерживая под локоть, чтобы я ненароком не упала и кого-нибудь не задела.
— Как темно, — шагала я неуверенно, даже, несмотря на его поддержку.
— Боишься темноты? — заботливо поинтересовался он.
— Нет, не совсем, — я мотнула головой.
— А что тогда? Почему ты так неуверенно идешь?
— Ты будешь смеяться, — я не хотела ему говорить, что на самом деле меня смущало.
— Не буду, — пообещал он. Хоть я и знала наперед, что он всё равно будет смеяться.
— Нет, — захихикала я, представляя, как Марк отпускает мой локоть, я спотыкаюсь и падаю кому-нибудь на стол, в то время как чья-нибудь рука с острой вилкой замахнулась над своей закуской… И только Богу известно, на какой части тела останется отпечаток от столового прибора на моём теле. Мне, наверное, не следовало уделять так много времени ужастикам, просмотр которых однозначно отложил отпечаток на воображении.
Внезапно Марк остановился, и я налетела на него всё с той же глуповатой улыбкой на лице, представляя нелепые картинки в голове.
— Ты улыбаешься, — сказал он и обхватил меня за талию. — Такая нежная… — прошептал он и впился в мой рот губами, отчего сердце замерло, пропуская несколько ударов. — Я весь день мечтал тебя увидеть, — прошептал он над самым ухом, и его рука скользнула ко мне на бедро. Я подалась к нему навстречу и почувствовала его затвердевшую плоть.
— Так вот, в чём преимущество этих ресторанов. Кажется, теперь я понимаю Сьюзан, — сладко протянула я.
— Что? — непонимающе спросил он.
— Этот ресторанчик был любимым местом матери. Они часто бывали здесь с отцом, — пояснила я.
— У Сьюзан был отличный вкус, — согласился он, выпуская меня из рук. — Я подожду тебя здесь, — сказал он, подталкивая меня к двери.
В дамской комнате было светло, что, несомненно, меня обрадовало, навряд ли бы официанту захотелось сопровождать меня и в туалете. На ватных ногах я подошла к зеркалу и посмотрела на себя: раскрасневшиеся щёки, растрепанные волосы и безумный взгляд… Открыв кран, я сбрызнула лицо холодной водой.