Опекун

Доронина Слава

— Согрелся? — спросила я у него.

— Не очень, — он быстро взглянул на меня и перевёл взгляд на окно, где за стёклами бушевала непогода. — Не хочу тебя заранее пугать, но, похоже, сегодня мы отсюда не выберемся, — сказал он и снова посмотрел на меня.

Ливень за окном не смолкал. От слов Марка я почувствовала прилив радости наравне с чувством зарождающейся тревоги. Он и я… в этом домике одни… на всю ночь… Стараясь не показать виду, что это заявление меня взволновало, я старалась вести себя естественно.

— Тебе, наверное, стоит позвонить Сьюзан

и предупредить? — предложил он.

«О, Господи, мама», — она с ума сойдет, если я не вернусь домой ночевать». Кивнув в ответ, я полезла в карман джинсов за телефоном.

— Нет связи, — сказала я удрученно. Марк достал свой телефон и посмотрел на дисплей.

— Тоже нет, — слабо улыбнулся он. — Мы полностью отрезаны от мира, — в его голосе послышались нотки радости, мне не показалось?! — С грозой шутки плохи…

— Ну, давай, показывай, что там у тебя из еды, — толкнула я его в бок. Как-никак, но внутренне я была рада незапланированному ухудшению погоды. А Сьюзан… надеюсь, она поймёт меня, как женщина женщину Тем более, прежде я не позволяла себе безрассудных поступков, поэтому была уверена, что попаду под амнистию.

— Ах, еда, — спохватился он, — это хорошо, что ты напомнила! Посиди пока здесь, — он встал с дивана, подхватил пакеты и исчез из гостиной в одном из дверных проёмов.

Проводив его удивлённым взглядом, я откинулась на подушки и закрыла глаза.

Более идеального вечера и представить было нельзя. Спустя несколько минут Марк вернулся с подносом в руках.

— Сегодня моя очередь, — сказал он, поставив поднос на столик, что стоял около дивана.

— Ты не перестаешь меня удивлять, — сказала я, обводя взглядом закуски, что он привез с собой: морепродукты, какие-то замысловатые шарики, мясо птицы и ещё что-то, похожее на морожёное, бутылка вина, сок…

— Мы точно это съедим? — поднос не казался большим, но еды было и вправду много для нас двоих.

— Да, — пожал он плечами, — у меня был напряженный день, и я ещё не обедал, — оправдывался он, — и не ужинал, что собираюсь незамедлительно исправить! Вина? — предложил он, доставая из шкафа возле стены два фужера на длинной ножке.

— Да, немного, — согласилась я.

Мы удобно устроились у стола и за интересным разговором поедали вкусности.

Марк снова расспрашивал меня о музыке, и рассказывал о местах, где он ранее бывал, так же спросил, путешествовала ли я, и где бы ещё хотела побывать. Мы увлечённо болтали и шутили, пока часть яств не поредела от нашего голодного налета.

— Вот теперь я чувствую себя намного лучше, — сказал Марк, отпивая глоток вина.

— Всё было восхитительно!

Мы собрали остатки еды и убрали их со стола. Пока Марк хозяйничал на кухне, я решила немного осмотреться в комнате. Рядом с плазменной панелью я заметила большую стопку дисков и заинтересованно провела по ним пальцем, ища знакомые названия фильмов.

— Можем что-нибудь посмотреть, — предложил Марк, вернувшись в гостиную, — раз основная идея была испорчена непогодой.

— Похвастаться домом было не

конечной целью? — удивилась я.

— Конечно, нет. Кейт, ты снова меня недооцениваешь! — Марк покачал головой.

— А что нас ждало? — любопытство рвалось наружу.

— Ну, возможно, я приберегу это на следующий раз, — хитро улыбнулся он.

— Следующий раз? — я едва сдержала улыбку.

— Один — один, — рассмеялся Марк.

— Так-то, — сказала я серьезно и рассмеялась. Нет, театры, конечно, меня не ждали, но какой-нибудь второсортный юмористический канал, вполне.

— Вечер ещё не окончен, мисс Пирс, — напомнил он, — и я бы на твоём месте так не радовался.

— Так и я о том же, — сказала я, продолжая улыбаться, — что весь вечер ещё впереди…

Марк ничего не сказал, но я заметила улыбку, когда он повернулся, чтобы включить плазменную панель.

— Выбрала что-нибудь? — кивнул он на стопку дисков.

— Ну, в общем-то, да, — сказала я, доставая диск с комедией.

— «Такси»? — он удивлённо вскинул брови.

— Тебе не нравится? Хм… — я задумалась, перебирая ещё несколько дисков.

— Отлично, — улыбнулся он, выхватывая диск и вставляя его в проигрыватель. — Просто немного старомодно, но в целом забавный фильм.

— Ну, сегодня не тот день, когда я хотела бы обременять свою тонкую и ранимую душу грустной историей, а потом киснуть в твоём обществе, утирая слезы, — оправдывалась я, говоря чистую правду.

— Утирая слёзы? Ты настолько сентиментальна? — он наклонил голову на бок, всматриваясь в мое лицо, будто представлял, как оно будет смотреться заплаканным.

— Ну, бывает иногда. При тебе, возможно, я бы постеснялась лить слёзы из-за такой ерунды, но…

— Ты боишься выражать рядом со мной эмоции? — перебил он меня.

— Нет, ты не так меня понял. Я вовсе не боюсь своих эмоций, просто мы не так давно знакомы, и ты для меня новый человек… — попыталась я ему объяснить.

— Ты всё усложняешь, тебе не кажется? — он потянул меня на диван и усадил рядом, накрыв наши ноги пледом. — Ты мне нравишься, и не нужно меня стесняться, а тем более, бояться проявлять эмоции, переживания, радость. Как мне тогда узнать, что тебе нравится, а что нет? — Марк неотрывно смотрел в глаза.

«Ты мне нравишься», — всё остальное было второстепенно. От этих слов на душе стало так приятно и легко, и я улыбнулась ему искренней улыбкой.

— Хорошо, — согласилась я. Только вот не уверена, что у меня получится не скрывать эмоций и переживаний… На протяжении всего вечера я мысленно не отлипала от губ, обнажённой груди и так же мысленно чуть ли не раздевала мужчину взглядом каждые пять минут. Представляю его реакцию, если сейчас накинусь на него, не побоявшись проявить эмоций! А что, если попробовать?! «Хватит сидеть тут, как школьница, и ждать от него первых шагов, — не унималось внутреннее “я“». Не нужно будет даже прилагать никаких усилий, чтобы просто коснуться его лица или провести пальцами по груди — она и так была буквально в нескольких сантиметрах…