Опасные страсти
Шрифт:
Он оделся и, дождавшись, пока оденется Элисса, натянул сапоги, взял Минотавра под уздцы и повел коня прохладным лесом в сторону поля, по которому они должны были нагнать арьергард армии.
Элисса исподволь наблюдала за ним, гадая, не стоит ли открыть ему свои чувства. Может быть, она поступила неправильно, промолчав в ту минуту, когда он так ждал слов любви. Впрочем, рисковать не следовало. Лучше подождать.
Что-то блеснуло на солнце впереди и чуть поодаль. Прищурившись от ярких лучей, Элисса присмотрелась, стараясь понять, что это такое, и увидела на вершине валуна длинное сверкающее дуло мушкета.
Ее пронзил испуг — ствол был нацелен прямо в сердце Адриана!
— Адриан! — Времени на раздумья не оставалось. Она бросилась вперед и встала перед Адрианом, раскинув руки, чтобы защитить его. В тот же миг послышался треск мушкет-ного выстрела. Адриан тоже заметил оружие, но было уже поздно. Голову Элиссы пронзила слепящая боль, она вскрикнула и начала оседать, соскальзывая по груди Адриана и едва слыша его голос, звавший ее по имени. Адриан опустил Элис-су на землю, заслоняя своим телом и дюйм за дюймом оттаскивая под прикрытие камней. Последнее, что она увидела перед тем, как погрузиться во тьму, было ярко-синее небо.
У Адриана перехватило дыхание. Элисса неподвижно лежала перед ним в траве, а его руки тряслись так сильно, что он боялся прикоснуться к девушке. От ужаса его сердце неистово колотилось, словно пытаясь вырваться из груди.
— Элисса… милая… — Горло Адриана сжалось. Он отпрянул от девушки и увидел струйку крови возле виска. Он хотел обратить время вспять, пустить события по другому руслу, но понимал, что бессилен это сделать. — Элисса, милая… это я, Адриан. Ты меня слышишь?
Она не отвечала.
Адриан всмотрелся вдаль, пытаясь обнаружить стрелка и смутно сознавая, что они все еще в опасности. Он не увидел никого, мушкетный ствол тоже исчез.
«Сохраняй спокойствие, — велел он себе. — Ты перевидал тысячи людей, пострадавших в сражениях. Возьми себя в руки. Заставь себя пошевелить мозгами!» Но он никогда не чувствовал себя так в боях, ни разу не ощущал такого безумного всепоглощающего страха за своих людей.
Адриан глубоко вздохнул и еще раз оглядел окрестности, отыскивая признаки грозящей опасности. Удаляющийся стук копыт подсказывал ему, что противник бежал, но наверняка утверждать это было трудно. Трясущимися руками он вынул из кармана носовой платок и приложил к ране на голове девушки, чтобы остановить кровотечение. Он с облегчением убедился, что Элисса дышит, увидел, как ее грудь мягко вздымается и опадает. Он проверил ее пульс и отметил, что сердце девушки бьется ровно.
— Все хорошо, милая. Все будет хорошо. — Адриан перевел дух, стараясь обрести самообладание, с трудом веря тому, что такой закаленный солдат, как он, мог испытать столь сильное потрясение.
Присмотревшись к лицу Элиссы, он увидел алую каплю, которая сбежала по ее щеке и упала на блузку. Лицо девушки было белым, словно алебастр, таким бескровным, что он различал голубые жилки вен под кожей.
Все еще охваченный тревогой, Адриан крепко зажмурился. Элисса поправится, говорил он себе. Должна поправиться. Раны в голову всегда сопровождаются обильными кровотечениями. Сейчас ему остается сделать одно — доставить ее в расположение армии и передать на попечение хирурга. Он внимательно осмотрел линию горизонта, желая убедиться в том, что больше им ничто не грозит, затем туго обвязал
— Лежи спокойно, милая. Я вернусь через минуту. — Как ему не хотелось оставлять ее одну! Элисса рискнула своей жизнью, чтобы спасти его. Адриану была невыносима сама мысль о том, что она едва не погибла из-за него.
Он углубился в лес и, сделав крюк, приблизился к точке, откуда был произведен выстрел. Как он и думал, нападавший уже исчез. Адриан прошел по его следам до того места, где стрелок сел на лошадь. Отметив, что животное было подковано обычными армейскими подковами, он торопливо вернулся к Элиссе.
Как только он опустился рядом с ней на землю, Элисса негромко застонала. Адриан положил голову девушки себе на колени и откинул назад ее волосы.
— Все в порядке, милая. Сейчас мы поедем к врачу, он о тебе позаботится.
Элисса вновь застонала, ее веки дрогнули и распахнулись.
— Адриан?
Адриан почувствовал облегчение, которое тут же сменилось тревогой.
— Я здесь, ангелочек.
— Голова раскалывается… — Элисса прикоснулась к импровизированной повязке. — Кажется… у меня течет кровь.
— В тебя стреляли. Впрочем, скорее, стреляли в меня. Ты заступила на линию огня, и мушкетная пуля задела голову сбоку.
Элисса потянулась к Адриану и взяла его за руку. В ее голубых глазах читалось беспокойство.
— Тот человек, который стрелял… он все еще здесь?
Адриан покачал головой:
— Этот трус давно сбежал.
— Ты… ты видел, кто это был?
— Нет, но обязательно узнаю. — Адриан не сказал Элиссе, что в нее стрелял солдат, один из множества людей, которые ежедневно окружали их. Он не желал пугать девушку, хотел лишь, чтобы она поправилась. — Обними меня за шею. Я подниму тебя и посажу перед собой в седло.
Элисса обессиленно кивнула, и ее тонкие руки обвились вокруг его шеи. Когда Адриан приподнял ее и прижал к своей груди, по телу девушки пробежала чуть заметная дрожь, и его сердце сжалось от мучительной боли.
Негромко увещевая жеребца, который при звуке выстрела отпрыгнул на несколько шагов, Адриан поднес Элиссу к Минотавру и осторожно посадил в седло, потом сам вскочил на круп животного. Прислонив девушку к своей груди, он крепко обхватил ее за талию и пришпорил коня.
При той скорости, которой они вынуждены были ограничиться, обратный путь оказался гораздо дольше, чем рассчитывал Адриан. К тому времени, когда они поравнялись с длинной колонной марширующих солдат, Элисса забылась у него в объятиях. От вида крови на ее лице, алых капель на прекрасных светлых волосах у Адриана перехватило дыхание. Это он виноват в том, что ее ранили. Он совершил ошибку, взяв Элиссу с собой. От этой мысли его замутило.
Адриан вполголоса выругался. Черт побери, надо было понимать, сколь опасно их предприятие! Он должен был запретить Элиссе ехать, запретить ей покидать Вену. Адриан бросил взгляд на длинные светлые ресницы девушки. Он должен был защищать ее, но не сумел. Сегодня Элисса могла погибнуть, и в этом был бы виноват только он.
Представив свою очаровательную спутницу, бездыханно лежащую под жарким солнцем Австрии, Адриан почувствовал, как внутри у него все перевернулось, на лбу выступил холодный пот.