Опасные руины
Шрифт:
Но ни Маггот, ни тигр больше не давали о себе знать, и спустя какое-то время несколько охотников закутались в плащи и легли, однако никто из них так и не уснул. Остальные, по-видимому, решили по очереди стеречь лагерь. Они не стали ложиться, а уселись у огня, предварительно подбросив в него еще одну охапку сучьев и хвороста.
Охотники не стали больше пытать пленника, чем Маггот был вполне удовлетворен. Но у него появились другие заботы: воздух становился все холоднее, и его застывшие мускулы потеряли эластичность и упругость. В довершение всего облака разошлись, и на темное небо высыпали крупные звезды. К счастью, луна еще не взошла, а то ему, пожалуй, пришлось бы и вовсе отказаться
Но отказаться от набега на лагерь Маггот не мог, иначе его положение могло бы стать слишком трудным, даже опасным. Ему нужны были еда и оружие, а достать их проще всего в лагере. И вот, прильнув к коре ильма, Маггот пытался решить сложную проблему. Допустим, он сумеет проникнуть за изгородь, никого не разбудив, и запастись всем необходимым. Но тогда утром ему ради собственной же безопасности следует оказаться как можно дальше отсюда, а бежать с больной ногой он не мог, во всяком случае - не с прежней скоростью и проворством. Кроме того, прежде чем начать действовать, ему нужно выяснить, где сейчас находится саблезубый и что он затевает… Вот только как это сделать? Маггот уже готов был отказаться от своего намерения и отправиться своей дорогой, когда донесшийся со стороны лагеря храп подсказал ему, что враги понемногу начинают засыпать. Что ж, ждал же он несколько часов, подождет еще…
Его терпение было вознаграждено. Маггот увидел, как часовой у костра широко зевнул и, подбросив в огонь еще несколько сучьев, поднял руки и потянулся.
Магготу потребовалась доля секунды, чтобы приладить стрелу, натянуть лук, прицелиться и выстрелить. Стрела вошла часовому точно под левую мышку и пронзила сердце. В тот же миг Маггот спрыгнул со своего наблюдательного пункта в развилке дерева, коснувшись земли едва ли не раньше, чем убитый им человек грузно повалился на бок. Еще секунда потребовалась, чтобы перемахнуть через баррикаду из веток, хотя рана на ноге снова открылась и начала кровоточить. Быстро и бесшумно перебегая между спящими, Маггот похитил у одного из охотников колчан со стрелами и срезал с вертела над костром кусок сильно подгоревшей оленины. Только запихивая мясо в рот, Маггот заметил, что один человек в лагере не спит.
Это был пленник. Он казался таким же белокожим, как и его мучители, однако волосы - длинные, но не заплетенные в косицы - были заметно светлее. В темноте они выглядели не то белокурыми, не то серебристо-седыми. И еще пленник был нагим; очевидно, чужаки отобрали у него не только имущество, но и одежду. Лодыжки были туго стянуты ремнем, а разведенные в стороны руки привязаны к вбитым в землю колышкам. На бедрах, на животе, в паху и на лице темнели следы ожогов. Рот пленнику не заткнули, однако тот не только не пытался поднять тревогу, но даже не попросил о помощи.
Мгновенно приняв решение, Маггот наклонился к нему и, быстро орудуя ножом, перепилил связывавшие незнакомца ремни. Он поступил так вовсе не ради того, чтобы помочь несчастному, которого пытали у него на глазах - по большому счету, этот человек ничего для него не значил. Маггот сделал это, чтобы досадить охотникам, которые распугали всю дичь в округе и к тому же целый день гонялись за ним по болотам.
Пленнику, впрочем, было все равно, какими причинами руководствуется его спаситель. Посмотрев на Маггота, он криво улыбнулся, сел и быстро растер лодыжки, чтобы восстановить кровообращение в ногах. Потом он завладел оружием убитого часового. Прошла уже целая минута, и Магготу не терпелось как можно скорее убраться из лагеря. Он как раз среза л с вертела последний большой кусок мяса, когда с самой границы лагеря - с той стороны, где были брошены кости, - донесся яростный тигриный рев, шум борьбы,
Несколько охотников тотчас вскочили. Заметив Маггота и пленника, они громко закричали, спеша разбудить остальных. Не теряя ни секунды, Маггот на тролличий манер схватил мясо в зубы и бросился к лесу. Кто-то из охотников заступил ему дорогу, Маггот попытался увернуться, но человек прыгнул и обхватил его обеими руками. Несколько мгновений они боролись, потом Маггот изловчился и полоснул противника по руке ножом. Человек с криком отпрянул. Еще один охотник бросился на Маггота, но упал, сраженный мечом, который пленник забрал у часового.
Обернувшись к Магготу, белокурый незнакомец что-то сказал и сделал движение головой, словно предлагая своему спасителю показывать дорогу. Но Маггот и без того уже перепрыгнул баррикаду из веток и, морщась от боли в раненой ноге, нырнул в спасительную темноту леса. Он не обернулся, рассудив, что человек, которого он спас, может следовать за ним, если хочет. И если может.
Но пленник оказался неплохим бегуном. Когда вокруг засвистели стрелы, срезавшие молодые листочки и со стуком впивавшиеся в стволы, незнакомец наддал и почти нагнал Маггота. Ни слова не говоря, Маггот помчался еще быстрее.
3.
Но вот последняя стрела прошуршала где-то в отдалении, и наступила тишина. Судя по всему, никто их не преследовал, во всяком случае пока, но Маггот не стал останавливаться даже для того, чтобы перевести дух. Ему хотелось как можно скорее вернуться к горам; он был уверен, что там сумеет уйти от преследователей, сколько бы их ни было. Однако боль в ноге давала о себе знать, и Маггот бежал намного медленнее, чем обычно. Кровь из раны продолжала стекать по лодыжке, нога стала скользкой, и несколько раз он едва не оступился. Впрочем, боли он старался не замечать.
Какое-то время спустя Маггот обернулся на бегу и обнаружил, что незнакомец следует за ним по пятам. В одной руке он держал меч в ножнах, в другой - какой-то небольшой мешок или сумку. Бывший пленник тяжело дышал, но вовсю работал локтями, стараясь не отставать.
Наконец они поднялись на гряду холмов и замедлили ход, чтобы, перебираясь с одного кряжа на другой, не скатиться в заболоченную низину между холмами. На одном из лесистых склонов беглецы остановились. Дорога здесь разветвлялась на несколько троп, а выбрать дальнейший маршрут - в темноте, да еще на малознакомой местности - было трудно, почти невозможно. Несколько секунд Маггот разглядывал небо сквозь переплетение веток, едва одетых молодой листвой. Луна давно взошла и успела снова закатиться, но по положению звезд и запаху ветра он определил, что они бегут в южном направлении. В их ситуации следовало бы отклониться западнее, и Маггот решил выбрать тропу, которая вела бы в ту сторону, но пленник тоже изучал небо и, судя по всему, имел свои соображения относительно того, куда им лучше двигаться. Сказав что-то на непонятном языке, он тронул Маггота за плечо и махнул рукой в направлении чуть заметной стежки, которая, скорее всего, увела бы их еще дальше на юг.
Маггот повернулся, чтобы ответить, но вместо слов с его губ сорвалось что-то в высшей степени невразумительное. В первый момент брови его спутника удивленно подскочили, но, показав пальцем на рот Маггота, он негромко прыснул. А секунду спустя и вовсе рассмеялся в голос.
Маггот машинально поднес руку к губам и… наткнулся на кусок мяса, который продолжал держать в зубах. Вынув его, он тоже расхохотался, громко, от души, так что даже плечи заходили ходуном. Впрочем, он довольно быстро спохватился, что их все же могут преследовать, и оборвал смех. Машинально он протянул мясо незнакомцу.