Опасность
Шрифт:
— Согласна, — кивнула Прюденс, тщательно все взвесив. — Примерно в середине лета я пущу слух, что собираюсь расторгнуть помолвку. К концу же сезона все наверняка про нас забудут.
— Очень может быть.
— Да, неплохой вариант. — Прюденс слегка нахмурилась. — Это, однако, означает, что два с половиной месяца мы будем вынуждены притворяться, что помолвлены.
— А вы сумеете так долго играть роль счастливой невесты, Денси?
— Не знаю, — честно призналась она. — Играть на сцене мне еще никогда
— Немного практики — и все будет отлично.
— Вы уверены? — Прюденс склонила голову набок и с сомнением взглянула на графа. — А как же вы, милорд?
— Не беспокойтесь, моя дорогая. Уверяю вас, со своей ролью я справлюсь. Актерский талант у меня в крови. — Себастиан усмехнулся.
— Верно. Как же вам повезло, что ваша мама была актрисой. — Прюденс вздохнула. — Но все-таки мне немного жаль, что все так получилось.
— Взгляните на нашу помолвку с другой стороны, — предложил Себастиан. — Может быть, теперь ваш разлюбезный братец перестанет вызывать меня на дуэль всякий раз, когда я с вами танцую.
— Да, это верно. — Прюденс осторожно откашлялась. — Прежде чем мы продолжим притворяться, что помолвлены, мне хотелось бы кое-что выяснить относительно вчерашних событий.
Себастиан улыбнулся:
— Догадываюсь, что именно вам хотелось бы выяснить. Вероятно, что же я делал в спальне леди Торнбридж?
— Да. Никогда не поверю, что у вас с ней на самом деле было назначено свидание. В последнее время я за вами пристально наблюдала, милорд, и знаю, что вы не раз исчезали из зала так же таинственно, как прошлой ночью. И насколько я могу судить, уходили вы не для того, чтобы с кем-то встречаться.
Себастиан с холодным восхищением смотрел на нее.
— Вы очень наблюдательны. Впрочем, я ни капли не удивлен, ведь вы потрясающая женщина.
— Не уверена, что это можно считать комплиментом. Итак, что происходило прошлой ночью? Янтарные глаза Себастиана блеснули.
— Вы действительно считаете, что я стал взломщиком? Прюденс прищурилась:
— Я допускаю, милорд, что, всеми силами пытаясь рассеять скуку, вы могли заняться каким-нибудь недостойным хобби.
— Другими словами, вы решили, будто я превратился в обыкновенного воришку. Я неприятно поражен, что вы обо мне такого низкого мнения.
— Полной уверенности у меня не было, — поспешила успокоить его Прюденс. — В конце концов, деньги вам не нужны. Все говорят, что вы богаты как Крез. Что же вы делали в спальне леди Торнбридж?
— Ваше первое предположение было частично верным. Как я уже пытался вам рассказать, я искал ожерелье. Но ожерелье особенное.
— Что?! — Прюденс в изумлении уставилась на него. — Я вам не верю.
— Но это правда. Ожерелье вовсе не принадлежит леди Торнбридж…
Прюденс моментально заинтересовалась:
— А чье оно?
— Оно
— Зачем?
— Надеялась купить ее молчание, — тихо сказал Себастиан.
— Молчание? Леди Торнбридж шантажировала эту женщину? — догадалась она.
— Именно так. Когда леди Торнбридж потребовала еще драгоценности в обмен на дальнейшее молчание, жертва поняла, что конца вымогательствам не будет. Она решила предпринять какие-то меры, чтобы остановить леди Торнбридж.
Прюденс нахмурилась:
— И она обратилась к вам?
— Нет. К сыскному агенту с Боу-стрит по фамилии Уислкрофт. А он уже связался со мной. Видите ли, мы с ним заключили соглашение, по которому он мне рассказывает о самых интересных делах.
Прюденс, казалось, уже целиком была захвачена этой историей.
— И он пришел к вам?
— Да.
— Как интересно! — едва выдохнула Прюденс. — Ну и как, нашли вы прошлой ночью ожерелье?
Лицо Себастиана расплылось в самодовольной улыбке.
— Признаться, да.
— Где же оно? Что вы с ним сделали?
— Утром оно было возвращено своей законной владелице. Эту часть операции выполнил Уислкрофт.
В подобных делах я предпочитаю сохранять анонимность. Никто, кроме вас, Уислкрофта и моего друга по имени Гаррик Саттон, не знает о моем тайном хобби.
— Понятно. Догадываюсь, почему вы держите его в тайне. А что леди Торнбридж? Она наверняка опять возобновит свои угрозы?
— Сомневаюсь.
— Почему?
— Потому что, прежде чем меня так бесцеремонно прервали — сначала вы, а потом Торнбридж, — я успел оставить в сейфе леди Торнбридж вместо ожерелья записку.
— Записку? — удивилась Прюденс. — Что же в ней написано?
— Только то, что происхождение леди Торнбридж на самом деле отличается от того, каким его представляют высший свет и лорд Торнбридж. Короче говоря, Денси, леди Торнбридж из самых низов, и, если это когда-либо откроется, место в свете для нее заказано.
— Из низов?
— Она очень умное, тщеславное создание, сумевшее пробить себе дорогу в высшее общество. Я нисколько не виню ее за то, что она сумела всех провести и заиметь влиятельного мужа.
Прюденс хмыкнула:
— Другими словами, она немало потрудилась для того, чтобы достичь желаемого, и вы ее за это уважаете, но не одобряете ее страсти к шантажу, не так ли?
— Особенно когда она выбирает жертву, которая сумела пролезть в общество из публичного дома. У леди Торнбридж есть теперь все, что душе угодно, и не стоит прибегать к шантажу другой дамы из высшего общества, происхождение которой ничем не отличается от ее собственного.
— Верно. — Прюденс кивнула в знак согласия. — И вы написали ей об этом в записке?