Опасная игра
Шрифт:
Конечно, она его узнала. Узнала в тот самый момент, когда он обернулся. И любой, кто хоть раз видел Рамзи Манро, узнал бы его тотчас же. Да и просто любой женщине, хоть однажды грезившей о Князе Тьмы в его земном воплощении, он показался бы знакомым, ведь он был так красив.
Почти таким же красивым он показался Хелене и четыре года назад, когда она впервые увидела его, но годы придали его классическим чертам поистине алмазную твердость и выражение какого-то пресыщенного знания. Если бы Манро довелось родиться раньше, со своим римским носом, подвижным и твердым ртом, миндалевидными, глубоко
И даже если бы несколько лет назад в гостиной ее матери он не поклялся в верности их семье, Хелена все равно не смогла бы не знать о нем. Его имя шепотом повторяли в коридорах оперы и в бальных залах многочисленные матроны и светские львицы, матери семейства и дорогие кокотки. Черты его лица придирчиво разбирали мамаши, наблюдающие, как танцуют на балах их дочки. Его многочисленные любовные победы любили обсуждать во время чинных дневных чаепитий, а язвительные шутки и не всегда пристойные афоризмы моментально подхватывались многими молодыми повесами.
Вспомнив о репутации Манро, Хелена вцепилась руками в его плечи, боясь упасть на землю. Она уже приготовилась стоически вынести это унижение так же, как вынесла многое с тех пор, как счастье отвернулось от ее семьи. Она сделала безразличный вид, пытаясь не потерять достоинство.
И вдруг все изменилось ...
Его губы стали мягче, но одновременно и настойчивее. Их прикосновение теперь было нежнее шелка. Они ласкали, обольщали, влекли к греху ... О Господи! Его язык дотронулся до ее губ, обвел их, словно дразня, приотворил, прикоснулся к зубам.
Хелена даже не знала, что подобное возможно. Казалось, их плоть и дыхание слились. Она забыла обо всем. О причине, заставившей ее оказаться здесь, о своем страхе, о том, что ее ждут в конце этой аллеи. К тому же ее преследовало неприятное ощущение, что чьи-то злые глаза неотрывно следят за ней.
Обняв за талию, Манро привлек девушку еще ближе к себе. Он скользнул рукой по ее шее вверх, обхватив пальцами подбородок. Это простое движение показалось ей зовом, которому невозможно противиться. Столь долго и тщательно возводимые оборонительные укрепления начали рушиться как карточный домик. Внутри вдруг проснулось что-то такое ... давно дремавшее, полузадушенное, опасное ...
Хелена попыталась выпрямиться, но Манро еще сильнее откинул ее назад. Она опять схватилась за его плечи, потому что голова кружилась, а руки и ноги отказывались подчиняться. Он парализовал ее дыхание, волю, скромность, разбудив ощущения, которые раньше беспокоили ее только в нечастых, горячих и смятенных ночных снах.
Она задрожала, почувствовав, как на короткое мгновение Манро еще крепче прижал ее к себе. А потом кольцо его рук вдруг ослабло, и Хелена поняла, что поцелуй сейчас прервется. «Господи, помилуй!» Она отчаянно вцепилась пальцами в твердые мышцы, перекатывающиеся под тонкой тканью сюртука, и беспомощно потянулась вслед за его ускользающими губами.
Пробормотав хриплое проклятие, Манро опять привлек
Грубый хохот пьяных юнцов заставил Манро поднять голову. Хелена не поняла, что увидели они в его глазах, но смех сразу же прекратился. Оказывается, она успела забыть о том, что они с Манро здесь не одни.
– Клянусь дьяволом, – хихикнул кто-то, – я и не думал, что вы собираетесь научить ее таким приемам!
Манро наклонил голову и прошептал ей в самые губы:
– Если хотите благополучно выбраться отсюда, слушайтесь меня.
Наконец-то она смогла встать на ноги, хотя голова еще кружилась, а сердце колотилось, как после долгого бега. Почему он это делает? Зачем ему надо помогать совершенно незнакомой женщине? Хелена была уверена, что узнать ее он не мог. Ее лицо скрывала маска, к тому же она специально старалась говорить еле слышно, чтобы не обнаружить свой йоркширский акцент.
Нет, это исключено! Разве может Манро предположить, что целовал сейчас самую уравновешенную и спокойную из трех дочерей полковника Нэша, из тех трех девушек, которых он поклялся защищать (возможно, как раз от таких оскорблений, какое только что сам нанес) в благодарность за то, что полковник спас его ценой собственной жизни? Она и сама-то с трудом в это верила, хотя, как ни странно, совсем не чувствовала себя оскорбленной.
– Хватит терять время, Манро. Вы не забыли о пари? – решил напомнить о себе Фигги.
– Разумеется, нет. Что ж, приступим к уроку. К следующему уроку.
Юнцы опять захохотали. Хелена сразу же вспомнила и о неприятном положении, в котором оказалась, и о дурацком пари, и о роли, которую должна сыграть в нем. Только она не сможет это сделать. Она никогда в жизни не держала в руках шпагу. Этим пьяным мальчишкам придется найти себе другое развлечение.
– Я не могу ...
Встретившись с предостерегающим взглядом Манро, она замолчала на полуслове. Похоже, ситуация опаснее, чем ей казалось. Здоровый молодой человек в ярко-розовой юбке с оборками и в кудрявом парике сложил толстые руки на груди, затянутой корсетом. Сделав шаг вперед, он перегородил дорожку, по которой Хелена могла бы убежать. Другой, одетый в костюм раджи, с лицом, вымазанным темной краской, недобро усмехнулся.
– Благодарю вас. – Манро встал посреди дорожки. – Прошу вас, мисс, очень внимательно следите за тем, что я буду делать. Я покажу несколько совсем простых приемов, которые вы затем попробуете воспроизвести. Понятно? Хорошо. Молодые люди, кто из вас будет настолько любезен, что позволит мне продемонстрировать эти приемы на себе?
– Что за шутки?! – возмутился юноша в тюрбане. Кажется, его звали Фигги. – Вы говорили, что научите ее, как выбить у меня шпагу!
– Именно это я и собираюсь сделать. Но лучший способ научить – это показать. Не волнуйтесь, юный храбрец, очередь дойдет и до вас. – Манро огляделся. – Кто готов помочь мне? Не беспокойтесь, только у вас в руках будет шпага. От вас потребуется всего лишь атаковать меня. Неужели это так сложно?