Опальный маг
Шрифт:
"...Расскажи мне о прошлом,
Расскажи мне о будущем,
Таинственный Альгвард,
Страна Гор и Северного ветра..."
Трубадур продолжал петь, полностью отдаваясь музыке и волшебству ночи, вкладывая в песню всю душу и надрыв одинокой души по исчезнувшей стране.
Когда он закончил петь и глянул на герцога, его душа ушла в пятки. Лицо того было покрытой испариной, по лицу катился пот, дыхание было хриплым и прерывистым. Пройдоха встретился взглядом с горящими безумными глазами мага, и увидел, как в
– Лютый!!
Мирно закемаривший после вкусного обеда дракон мгновенно продрал глаза и подскочил, как ошпаренный. Икнув два раза от неожиданности, Лютый уставился ничего не понимающим взглядом на герцога, искренне недоумевая, какая муха того укусила и каких размеров.
– Спать. Отнеси меня просто спать, - надтреснутым голосом буркнул Маргелиус, грубо отсекая все вопросы дракона, который глянув извиняющимся взглядом на трубадура и его спутников, недоумённо пожал плечами и взял в лапы мага, отнеся его подальше от костра.
4
Когда трубадур запел, на Маргелиуса нахлынули воспоминания. Айрис. Нет, не думать об этом. О чём угодно только не об этом. Он не мог спать. Дракон прижался носом ко лбу своего безумного друга, пытаясь унять лихорадочное возбуждение того, мысленно передать часть своего спокойствия, охладить его разум. Но разум мага не отвечал, в нём царил хаос. В следующее мгновение дракон ощутил резкую смену настроения Маргелиуса, его разум из бушующего пламени безумия стал кристально холоден и сосредоточен.
Лютый озадаченно уставился в лицо герцога, не нравились ему такие резкие перемены настроения.
Но лицо Маргелиуса было спокойно и безмятежно, он гладил дракона по голове, и в следующее мгновение Лютый услышал в мозгу его просьбу, прошелестевшую подобно осеннему ветру. Дракон резко вскинул голову, поняв, о ЧЁМ его просят, и упёрся взглядом в глаза своего мятежного друга. Тот выдержал его взгляд и повторил глазами вопрос. Дракон задумался.
Маргелиус вздохнул и, помолчав, произнёс.
– Забудь, Лютый. Извини, что я об этом вообще попросил, просто реально уже не знаю, что и делать. Спи. Не беспокойся за меня.
Дракон, приняв решение, медленно опустил герцога на пол, лёг поудобнее и в следующее мгновение быстрым движением прокусил себе лапу, из раны пошла густая дымящиеся кровь, и протянул герцогу.
Братья Твердолобы прислушивались к перешёптываниям мага и его дракона. Вспышка опального герцога вечером за костром их напрягла, и они тоже не спали.
Услышав непонятные звуки, Тугодум переглянувшись с братом, попутно осторожно разбудил трубадура с Ясенем. Сделав тем знак молчать, он резко зажёг факел, направив свет в сторону мага с драконом, пытаясь понять, что это за странные звуки.
От увиденной картины он чуть не выронил факел, передёрнувшись. Ясень только сдавленно пискнул, а трубадур освободил весь свой желудок на пол.
Маргелиус полулежа
Лютый с задумчивым ласковым видом нежно гладил свободной лапой герцога по голове.
– Надо оттащить этого кровопийцу от Лютого, - тихо сказал Ясень, с отвращением глядя на происходящее.
Но когда Тугодум сделал попытку подойти поближе с намерением оттащить герцога от дракона, последний яростно поднял голову, обдав облачком пара, и гоблин предпочел остаться на месте.
– Что он делает?
– шёпотом спросил Пройдоха, справившись с взбунтовавшимся желудком.
– Сам не видишь что ли? Кровь пьет, - неожиданно тихо пояснил Ясень, его бил озноб.
– Мамочки, а я ещё около этой кровожадной твари тусовался. Яблоки носил, ягодки... А оказывается, он мог выпить мою кровь. Тьфу!
Трубадур, припомнив, как он сам торчал долго около кровососа, и ещё брил того, тоже ощутил приступ дурноты.
Лютый поднял голову и перебил насмешника.
– Не неси чушь. Ему не нужна твоя кровь. Моя кровь поможет ему исцелиться, так как наши разумы слиты.
Тугодум вернулся за шахматную доску и, поглядев на брата, сделал ход конем. Тугомысл поднял глаза на старшего брата и прочёл в его глазах приговор: "Сегодня". Братьям, чтобы понимать друг друга без слов, магия была не нужна.
Когда только забрезжил рассвет и воздух был наполнен прохладной свежестью, Тугодум резко открыл глаза и ткнул задремавшего брата в бок. Они тихо поднялись и, обменявшись понимающими взглядами, направились к спящим дракону и магу. Лютый после потери крови спал, как убитый, и ничего не слышал. Здоровенный гоблин слегка постучал рукой по лапе дракона, сказал скабрезность в ухо, но тот не отреагировал. Он сделал знак брату: чисто. Тугомысл аккуратно поднял невесомое тело мага, поплотнее завернув его в одеяло, и тихо попятился, передав его в руки Тугодуму. Тот нежно, как ребёнка, взял тело герцога на руки. В это мгновение дракон во сне шевельнулся, и душа у братьев ушла в пятки. Подождав, казалось, вечность, пока дыхание дракона выровнялось, Тугодум бесшумно на цыпочках начал красться к выходу.
Выйдя на улицу, они перевели дух и, стараясь не разбудить герцога, быстро заскользили к пролому в крепостной стене, за которой был крутой обрыв с горы в пропасть. После сегодняшней отвратительной сцены они решили, что медлить больше нельзя, пора выполнить поручение Проныры, не дожидаясь пока опальный маг войдёт в силу и станет по-настоящему опасным. Герцог был непредсказуем, безумен, а потому очень опасен.
Маргелиус очнулся от того, что его куда-то несли, ощутил враждебные эманации вокруг себя. Что-то было не так. Он слегка приоткрыл глаза, скосил в сторону и увидел, что находится почти над самым обрывом, над которым его держит один из этих здоровенных небритых гоблинов. Второй нерешительно топчется рядом.