Опаленные мечты
Шрифт:
— Я люблю тебя, Равенна. Больше, чем что-либо или кого-либо в своей жизни, — шепчет он. — Пожалуйста, помни об этом.
Я не понимаю, почему он говорит так… грустно. Рокко больше нет. Мы, наконец-то, свободны.
— Что происходит?
— Ничего, детка. — Он улыбается краешком губ. — Я просто хотел, чтобы ты знала. Вот и все.
Я продолжаю объезжать его, восхищаясь ощущением его тела под своим, а он все смотрит мне в лицо, и все это время на его губах играет грустная улыбка.
Глава 21
Натянув
Я нахожу нужное мне имя в списке контактов и набираю номер. Уже далеко за полночь, но он ответит. В это время никто не звонит дону, если это не экстренный случай.
— Что случилось? — раздается голос Сальваторе Аджелло.
— Рокко Пизано мертв.
— Его убили сербы?
— Нет. Я.
Наступает мертвая пауза, после чего дон снова говорит:
— И ты звонишь, чтобы признаться?
— Нет. Я позвонил, чтобы сказать, что Равенна не имеет к этому никакого отношения. Она не должна пострадать.
Я работаю непосредственно на дона уже много лет, и он достаточно хорошо меня понимает, чтобы знать, что не стану убивать никого без причины. Особенно капо. Но это не меняет того факта, что я сделал это без его одобрения. Я пошел против дона и предал семью. Наказание за это — смерть. Я не могу бежать и не могу лгать ему. К тому же он наверняка уже в курсе, что произошло на званом обеде, включая наш с Равенной поцелуй на глазах у всех.
Аджелло снова молчит, отчего у меня нарастает паника в душе. Чтобы обезопасить Рави, я бы не побрезговал убить и его. Но не уверен, что у меня когда-нибудь появится такая возможность.
— Пожалуйста. — Я закрываю глаза и сжимаю телефон в руке.
— Он это заслужил?
— Он заслуживал гораздо большего, чем в итоге получил.
Еще пауза. Возможно, она длится считанные секунды, но мне кажется, что это целая вечность.
— Ты у Рокко дома? — спрашивает Аджелло.
— Да.
— А тело?
— В его кабинете.
— Хорошо. Слушай меня очень внимательно, Дзанетти. У тебя четыре часа, чтобы прибрать за собой, затем забирай свою женщину и уходи через пять часов. Ты понял?
Он нас отпускает?
— Ты понял, Дзанетти?
— Почему? — спрашиваю я.
— Ты спас жизнь моей жене. Теперь я дарю тебе твою, так что мы квиты. Если еще раз увижу тебя в моем городе, ты мертв.
— Мы уедем через четыре часа.
— Хорошо. Не забудь замести следы, потому что если кто-нибудь свяжет тебя с этим гребаным бардаком, я дам своим людям зеленый свет, чтобы они пришли за вами обоими.
Он отключается, не оставляя мне сомнений в том, что говорит серьезно.
Я кладу телефон
— Мне нужно еще одно тело, — говорю я, как только Феликс отвечает на звонок.
— Что?! Ты с ума сошел? Ты знаешь, сколько времени…
— Хватит болтать, Феликс. Это срочно.
— Вопрос жизни и смерти?
— Да. Мне нужно тело женщины, с чёрными волосами, двадцати лет. Место доставки — Нью-Йорк, я пришлю тебе адрес.
— Хорошо. На следующей неделе кого-нибудь для тебя найду.
— Мне нужно тело через три часа, Феликс. Ни минутой дольше. И мне нужна машина.
Я обрываю звонок и выхожу из комнаты, чтобы взять свой ноутбук и чертежи особняка.
* * *
Спланировать пожар в доме, который будет выглядеть как утечка газа, и стереть все свидетельства моего участия в нем за два часа — практически невозможно, но у меня нет выбора. Даже если утечка газа не подтвердится, это не будет иметь значения, пока все верят, что Рокко, Равенна и я погибли при пожаре.
Я еще раз проверяю чертежи, разложенные на полу рядом с кроватью, затем гляжу на Равенну. Она все еще крепко спит.
— У меня все получится, Рави.
Схватив ноутбук, открываю программу видеонаблюдения, просматриваю архивные файлы и нахожу запись с камеры у ворот, на которой видно мою машину, когда уезжал сегодня. Запись сделана сразу после четырех часов дня. Я редактирую полуминутный ролик, заменяя его фиктивным видео с закрытыми воротами. Затем перехожу к моменту, когда я пробрался на территорию и убил двух охранников на посту. Изменяю и эту часть, а также несколько кадров, где камеры зафиксировали, как я расправляюсь с остальными охранниками.
На редактирование всех компрометирующих кадров у меня уходит почти два часа. Так как у меня уже было несколько сохраненных записей, сделанных в разное время суток, мне оставалось только найти подходящие и отредактировать записи в журнале, а затем соединить их. В результате получилась чистая непрерывная запись, на которой видно, как мы с Равенной приезжаем в особняк в середине дня, а Рокко появляется в половине десятого. После этого переключаю все камеры между входной дверью и воротами так, чтобы они показывали неподвижное изображение в течение следующих двух часов.
Первый этап завершен. Пора спускаться вниз, чтобы подготовить сцену для второго этапа.
* * *
Низкий гул двигателей наполняет ночь, когда выношу через входную дверь пустые канистры из-под топлива. Спустя несколько секунд два черных внедорожника огибают поворот на подъездную дорогу и останавливаются возле ступенек. Водительская дверь открывается, и из нее выходит мужчина лет сорока. Тот же самый, что привез для меня тело на прошлой неделе.
— Еще одна поставка от Феликса Аллена, — произносит он и подходит к грузовому отсеку машины. — Женщина. Черные волосы. Умерла от естественных причин. Я не смог в сжатые сроки достать кого-нибудь в возрасте около двадцати лет, поэтому вы получили кого-то в возрасте около тридцати. Извините.