Опаленная колыбель
Шрифт:
Вот оно как…
Сбежать решил наш папашка новообретенный? Как понял, что со взломом императорского архива лопухнулся, так нас бросил – и быстрее свою шкуру спасать?
Хотя чего еще от него ждать было? Он же в свище работал. А там других не держат. Зря братишка о нем хорошо думал… На самом деле этот Олег Львович – совершенно точно такие же отходы жизнедеятельности, как и наш президент Тяпкин, разве что говорит красивее…
Дымок тоже на меня грустно косится – и те же самые мысли на его мордашке просвечивают. Ему еще противнее. Он-то Линскому поверил,
Вдруг позади императора небо дрожит.
Забавное это зрелище, когда в закатных тучах двери распахиваются, и словно из-за неба дюжина обнаженных красоток выплывает, прямо из последних лучей солнца. Один робот туда тут же развернулся, басит что-то императору.
– Ну что же, – император говорит. – Давайте расставаться. Приближается мой вечерний моцион.
Ну вот, сейчас наша судьба и решится… В камеру или сразу на бойню?
А может, пронесет?… Вдруг император нас просто так отпустит?… Бывают же чудеса?…
Кладу я Дымку руку на плечо, чтоб быстрее обратно его вести, пока император про взлом архива не вспомнил.
А он, зар-раза, вырывается!!!
– А-а… – пищит вопросительно, и рукой на свой комп указывает!
О своей собственности, что на подлокотнике трона осталась, решил напомнить, блин! Так в свой новенький комп влюбился, что назад его требовать решил у императора! И даже из-за чего мы здесь оказались, и то забыл!
Потом вспомнил, конечно. Осекся. Сообразил, что в компе его архив, который император просто так не отдаст, и ротик прикрыл.
Да только поздно уже.
– А? – император спохватывается, снова к нам оборачиваясь. – Ах, это… – на комп косится.
Задумался. Смотрит он на комп Дымка, складывает его медленно, насечки на кожаном чехле поглаживает. И вдруг по Дымку глазами стреляет хитро.
– Возьмите, Дмитрий Олегович, – говорит лукаво.
Шутит, что ли?…
Зачем нам на бойне компьютер? Или сначала в камеру?…
Или…
Неужели пронесло?! Неужели он нас совсем отпускает?!
Но… Не может же он просто так нас отпустить, да еще копию архива Дымку оставить?… Да за его архив любой золотоворотничковый родную маму собственными же подвязками удавит! Что уж о шпионах Конфедерации говорить!
Сглатывает Дымок нервно. Смотрит на императора подозрительно – но к трону все же делает шажок. И еще. Роботы братишку дулами провожают.
У меня нервы натянулись, как проволока под грузом. В чем подвох?…
Но император пока не издевается. Протягивает комп Дымку, и даже удалять свой архив из него не собирается! Вот только улыбается как-то странно. Вовсе не веселая у него улыбка.
– Возьмите, Дмитрий, – говорит тихо. – Трудно сделать человека своим другом, но можно не дать ему стать другом твоего врага.
К чему это он?… Дымок тоже замер удивленно. Но император уже снова в своей обычной манере ухмыляется.
– Передавайте вашему отцу привет от меня, – говорит с издевкой.
Пока мы от этой муравьиной матки в апартаменты Шутемкова возвращались, Дымок ни на секунду не умолкал. Все над императором издевался. Мол, какая же еще теория
– У отморозков и бог отмороженный! – говорит в сердцах.
Крепко император задел братишку, раз Дымок такими словечками заговорил. Да еще с таким пафосом, как интелы выражаются!
Но как к Шутемкову добрались, ясно стало: не теория Дымка так задела. Вовсе и не глупая эта теория.
Ходит Дымок по комнате кругами, будто заведенный, и все про этого императорского чмо рассуждает. Нет, не в теории дело… Все, что он по дороге про императора наговорил – это вроде ревности было. Обидно братишке, что он сам до всего не додумался.
Мне смешно – как это идею ревновать можно? Но у интелов и не такое случается. До того Дымку обидно, что император первым про этого чмо догадался, что места себе найти не может. По комнате из угла в угол носится, руками размахивает и все бормочет что-то возбужденно.
Но мне сейчас до таких мелочей дела нет – мне кристалл Анны уже карман прожег! Отнимаю я у Дымка комп, выпроваживаю его в другую комнату ковры вытаптывать – и быстрее кристалл смотреть.
На кристалле записи всего на минутку.
Первый раз я все мимо ушей пропустил – только на Анну смотрел, в ее глазки голубые. Потом внимательнее прислушался.
После нашей вчерашней встречи принц перенес свадьбу на послезавтра. А охрану Анны увеличил с трех человек до шести. И вообще запретил кого-либо к нее подпускать без его личного разрешения – даже родного отца, если тот на свадьбу прилетит из Иркутска! Только вряд ли он прилетит. Потому как принц даже с ним Анне связаться запретил. На всякий случай. Чтобы в последний момент не решил свадьбу отменить.
У Анны даже слезы на глазах выступили.
– Серж, милый! – просит. – Если сможешь, свяжись с моим отцом. Не могу я за принца замуж идти. Особенно теперь…
Особенно теперь?… Сглотнул я.
И тут, конечно, запись кончается! На самом интересном месте!
А потом до меня смысл ее слов окончательно дошел, и тут уж не до веселых оскалов стало.
Блин… Если свадьба через два дня… Что делать-то теперь?! Всего два дня! С отцом ее связаться? Все равно не поможет… Похищение устроить?… Да за два дня даже придумать толком ничего невозможно, не то, что подготовиться! Неужели так и пропадет Анна?!
Вдруг чувствую, кто-то мне в ухо дышит. Дымок из-за плеча заглядывает, поросенок любопытный. Так меня запись увлекла, что даже не заметил, как он подкрался. Никогда со мной такого не было!
– Дымок, – говорю. – Беру свои слова обратно. Меняемся с Шутемковым флаером.
Даже хорошо, что Шутемкову наш флаер так понравился.
– Нет, Серж! – Дымок вдруг изо всех сил головой мотает. – Теперь – ни за что! Мне нужен флаер, чтобы выяснить, действительно ли существует это чмо, о котором говорил император. И если оно действительно существует, я должен разобраться, что же оно такое на самом деле. Нет, теперь я не отдам флаер генералу! Без флаера мы застрянем здесь, и я не смогу ничего узнать! Нет, нет! Ни за что!