Опаленная колыбель
Шрифт:
Ребята его начинают к нам по полшажочка подкрадываться.
Они бы и из станнера выстрелить рискнули – да только передатчик не у Линского, а у меня. А я в глубине флаера за его спиной. Да и реакция у меня куда лучше, чем у обкуренных вояк генерала. На кнопку нажать я раньше успею. Понимают.
– Вот как мы сделаем, – Линский говорит невозмутимо, словно ужимок ребят не замечает. – Я оставлю вам передатчик на северном конце этого каньона, в пяти кмах отсюда. До полуночи вы вполне успеете добраться туда.
Сказал –
Ребята Шутемкова к своим флаерам – но Линский наш флаер уже поднял, а за нами и остальные шесть машин поднимаются.
Вот для чего он их управление на наш флаер передавал.
Я сначала не понял, где подвох.
Чувствую – есть, ну не может Линский просто так их освободить! А в чем именно – сразу и не пойму.
Смотрю только на Линского тупо – неужели обманул он Шутемкова и его ребят?
Но Линский ведет флаеры на север каньона, как и обещал. Садится, снимает три имперских флаера с внешнего контроля. Передатчик у меня отбирает.
– Эх… глупо это все, Серж, – бормочет. – Глупо. Но если ты так хочешь…
Вылезает, к одному из имперских «Скатов» бредет. На пилотское кресло передатчик бросает, обратно тащится понуро.
– Так лучше, Серж? – улыбается. Жалкая такая улыбка…
Но я уже и сам все понял.
– Давай, папаша, все же сделаем круг, – прошу тихо. – Посмотрим…
– Да пожалуйста! – Линский плечами передергивает.
Поднимает наш флаер, назад идет. Три ангарских сто первых «Ската», что висят на управлении с нашего флаера, за нами идут. Имперские девяностые в конце каньона остались, как Линский и обещал.
Да только прав был Линский – зря все это. Глупо и зря.
Когда мы к костру вернулись, живых там уже не было.
Ведь передатчик – это не только возможность избавиться от своего ошейника. Для имперцев это гораздо больше. Первый, кто добрался бы до него, смог бы распоряжаться жизнями всех остальных. Сделать их своими рабами…
И начали ребята не с того, чтобы до передатчика добраться и дружно все ошейники снять. Так бы нормальные люди поступили – но ребята слишком долго в этих ошейниках ходили. И начали с другого – с устранения бывших товарищей. Чтобы те первыми до передатчика не добрались…
Может, не во всем император нам с Дымком врал? Может быть, в самом деле многих имперцев в нормальных людей уже не переделать?…
20. Западня
Все-таки сообразительные ребята в нашем ангарском СВИ служат.
Мы еще до города долететь не успели – а бывшие сторонники Линского уже смекнули, что к чему. Самая верхушка, что при Тяпкине власть держала, у кострища в скалах осталась. А остальные, как оказалось, Линского просто боготворили… И где это они, интересно, такие преданные раньше были, когда Тяпкин переворот устраивал? А весь месяц после этого?…
Ладно.
Два часа не прошло, как папашу нашего снова в президенты инаугурировали. Но Линский, конечно, не зря директором свища был. И память у него тоже профессиональная. Так что вместо торжественного банкета сразу же к чисткам перешел. Совсем уж откровенных перевертышей, что Тяпкина поддержали, разогнал, а кого и под арест взял. А остатки своей настоящей команды – тех, кого Тяпкин имперцам еще не успел продать, – снова вокруг себя рассадил.
В общем, с головой погрузился во всякие приятные мелочи. Так увлекся, что даже про меня забыл…
Ну и фиг с ним. Погулял я по нашему городку пару часов… Но не такой уж он мне и родной. Вот база торговцев на Хоккайдо… Хоть там и комнатушки, как гробы, и…
Линский здесь и без меня справится. А в Конфедерации меня Анна и Дымок ждут! Так что махнул я на все рукой, да пошел к нашим ребятам из охраны внешнего периметра. Показал им, где три имперских «Ската» остались. Два им отдал, а на третьем в Конфедерацию махнул.
Анна ужасно обрадовалась. Но чувствую – гнетет ее что-то. И что-то Дымка не видно…
– Дымок? – говорю подозрительно.
– Да, – Анна грустно кивает. – Он… даже не знаю, что с ним…
Я мигом подобрался.
У меня уже рефлекс. Стоит братишку без присмотра оставить – все. Готовься к очередной шутке судьбы. Братишка из нее прямо скомороха делает. Только скоморох этот злой какой-то. Только от него отвернешься – и получите! И хорошо, если еще по мягкому месту. В последнее время все больше по голове прилетает…
Комп новый получил – пришлось из города когти рвать.
До императорского архива добрался – так чуть к исбистам не угодили! Эти ребята даже Шутемкова довели до того, что сокровенной мечтой у него смерть стала. Что уж про нас с Дымком говорить… На волоске висели. Да и то еще вопрос, все ли с этим пунктиком – Конфедералы-то из-за этого архива на нас тоже косятся…
Ну, торговцам с Хоккайдо он в самом деле помог. Ладно. И отдачи пока, вроде, не было. Тьфу-тьфу, чтобы и дальше не было, конечно – но не факт, что ее не будет…
Потом этот Дядюшка Сэм. Отключить-то его Дымок отключил. Всего на месяц. Так холодная война между Империей и Конфедерацией разморозилась! И как оттаяла!
В принципе, все… И вроде, можно бы расслабиться. Ну в самом деле – куда уж хуже-то?!
Но изнутри так и гложет – а кто его, это чудовище малолетнее, знает?
Хоть он на этот раз и не совсем один – вроде, с Фейнманом они вместе. И не о сети они с ним говорили, вроде, а о Дядюшке, о шахматах и еще о каких-то лагранжианах… Вроде, ничего серьезного, но… Фейнман-то – он ведь тоже интел, чтоб его! И лагранжианы эти… Может, они еще пострашнее императора? Я об этих лагранжианах в школе только краем глаза и слышал!