Опала
Шрифт:
"— Прекрати уже чужих нахваливать."
"— Тебе надо менее болезненно воспринимать мир. В конце концов я даже не критиковал."
Александр после уговоров все же расположился в салоне. Благо, его никто никуда не звал. У императора он чаевничал с гвардией, чем был горд безмерно. Но все же лучше бы поспал. Знал бы он, как я ему завидую.
Меня же повели наконец к поместью. Я был готов настолько, насколько было вообще возможно. Несмотря на размеры дома, назвать его сильно
— Пусть войдет.
Очередной раз незаметно вздохнул. Так, все, давай.
— Приветствую, великий князь Виктор Самуилович.
Кабинет, а это именно кабинет главы семьи, был просторным, но вполне себе классическим. Мало чем отличался от моего, если посудить. Жаль, что сгорел, конечно, я его особенно любил. Мужчина лет сорока на вид, но явно старше, сидел в очках над кипой документов. Выказывал так свое отношение ко мне, видимо, а может, действительно просто работал, и в этом ничего такого нет? Как сложно с этим дворянством.
— Все-таки ты. Я уж гадал, какой из цесаревичей ездит по Москве без эскорта. Как тебя угораздило стать посланником императора?
Все-таки пренебрежение? Уж больно раздраженный голос у патриарха Ржевских. Ну, в эту игру можно и вдвоем играть. Не спрашивая разрешения, уселся на диван, переводя разговор в этакое "неформально русло". Сам захотел. Тот лишь потер переносицу и сел напротив. Да-да, наглый сопляк и все такое.
— Засекречено. Я даже бумажки подписывал, поэтому я и могу рассказать. Но причины были вескими.
Ага, я просто попаданец, наконец получивший рояль.
— Так что нужно Императору? И почему он отправил тебя?
Сразу берет быка за рога. Вообще, несмотря на грубость, я не могу отнестись к нему негативно. Уж больно он располагает к себе своим прямым отношением.
— Император хочет породниться. Вы ведь всегда хотели получить статус имперского рода. Он готов идти на сближение.
Какое-то время Ржевский сидел без выражения эмоций. Сложный, конечно, человек, я бы с ним за покерный стол не сел. Да и вообще бы не сел, я же простой как пять копеек.
— Он тебя усыновил, что ли?
Если бы я что-то пил, имел бы все шансы подохнуть, подавившись. Но, слава богу, на чай я не соглашался. С другой стороны, мне и не предлагали.
— Нет, с чего вы взяли?
— У меня свободных детей больше нет, а я что-то сомневаюсь, что, договариваясь с императором, ты решил отдать кому-то из царевичей мою дочь.
Ну да, Марат-то уже женат давно. А любой, кто позарится на Алису, будет
— Ну так Императору не к спеху. Вы еще вполне себе молоды, да и я слышал, что у Марата есть ребенок. Так что договор на долгую. Но детали уже нужно обсуждать с ним.
Ну да, Ржевский хоть и не имперский род, но занимает в стране не последнее место. В связи с чем и вхож к Императору. Так что он действительно может спокойно с ним это обсудить, главное, что император дал принципиальное согласие, а уж этот гризли вцепится в шанс мертвой хваткой.
— Вот значит как. Полагаю, ты здесь не только за этим.
Толще намека, наверное, и не сыщешь. Впрочем, к этому все так или иначе шло. Я показал свою полезность. Благодарить меня прямо он не собирается, да мне, в общем-то, и насрать. Вся эта дворянская возня меня лишь душит, а подход Ржевского не самый плохой на моей памяти. Так что переживу. Может, он действительно не рад, что отдает свою дочь. Причем, возможно, проблема даже не во мне. Я бы, наверное, будь у меня дочь, отбивался бы от ее ухажеров с пулеметом, не меньше. Сложно быть отцом девочки, все норовят обокрасть.
— Великий князь Виктор Самуилович, я, князь Вельяминов Магнус, прошу руки вашей дочери.
— Я даю свое благословение на этот брак.
Такое ощущение, что камень с души упал. Я понимал, что даже с таким подарком мог бы и быть послан. Маловероятно, но вдруг Ржевский оказался бы скотиной? Император слово назад не возьмет. А выставлять диалог как торги... Алиса не предмет торга. Не хотелось бы это так делать. Посмотрев на своего теперь уже тестя, удивился его улыбке. Нет, я решительно не понимаю этого человека.
— Большое спасибо. Вы даже не представляете, какое одолжение мне сделали.
Без Алисы я бы точно не захотел тут жить. Пришлось бы украсть ее, как горец. Правда местные горцы подобным не страдают, но всегда можно зародить традицию. О какой же дичи я думаю.
"— Все как обычно."
— Ну раз уж мы породнились, пусть и де-факто, то давай отбросим формальности и перейдем полностью на "ты". — Как будто он не на "ты" ко мне изначально был. — Да и, пожалуй, надо бы отметить это дело. Надеюсь, ты уважаешь виски?
— Разумеется.
Не пью виски, но портить из-за этого отношения с родственником не стану. Ржевский без жестов, с помощью ци вытащил из шкафа немаркированную, но дорого-богато выглядящую бутылку. И так же не прикасаясь разлил по стаканам.
— Первый тост...
Но ему не суждено было договорить — в кабинет ворвалась Алиса. И все бы ничего, но она была в домашней пижаме с надписью "Ржевский оружейный завод" и рисунком автомата на груди.