Оникс

Эл Лекс

Правильно себя вел, короче говоря.

На несколько секунд я даже испытал удовлетворение от боя с ним. Я будто снова оказался на канвасе тренировочного зала Маленького Джи, а против меня встал один из его учеников. Не самый лучший, далеко не самый лучший, ведь самым лучшим был я. Но все же способный подарить мне минуту-другую хорошей напряженной разминки, а учителю – дать очередной повод для гордости. Способный возвысить бой, превратить его из неуклюжего размахивания конечностями в отточенный и хорошо поставленный танец, в котором каждый пытается стать ведущим.

Но не каждому дано становится ведущим.

Подловив

противника на очередном ударе по ногам, я коротким движением выбил опорную ногу, и он упал на асфальт, лишившись опоры. Попытался откатиться в сторону, но в узком переулке сделать это было сложно – упёрся в стену и на миг замер, не зная, что делать дальше.

Ответ был прост: ничего. Потому что я уже был за его спиной. Схватил его за волосы, оттянул голову назад и со всей силы впечатал её в кирпичную стену. Встреча прошла успешно – противник отключился. Убедившись, что он дышит, но не двигается, я пошёл к девушке. По пути перевернул того, кому сломал нос, на бок, чтобы он не захлебнулся собственной кровью. Подрались мы, конечно, на славу, но делать так, чтобы они умерли после этого – увольте. Не та ситуация.

Бой закончился, адреналин окончательно прогорел в крови, и его место снова заняло ощущение тошноты. Видимо, мне всё-таки попали по голове. Хотя я этого не помню, так что, скорее всего, это произошло до того, как я пришёл в себя. Хорошо, что вообще очнулся.

– Ты в порядке? – спросил я, пытаясь сфокусировать взгляд на девушке, которая почему-то не сбежала и не позвала никого на помощь. Она всё это время стояла тут и смотрела, как я разбираюсь с бандитами.

– Да, в порядке, – ответила она мелодичным голосом. – А вот ты, похоже, не очень. Я думала, они тебя убили!

– Не дождётесь, – усмехнулся я. – А почему ты так решила?

– Ну, когда ты ворвался сюда, они сразу ударили тебя по голове! Вон той трубой.

Она указала на кусок ржавой трубы, валявшийся у стены. Я потрогал место, где болела голова, и почувствовал теплое и густое – кровь. Чёрт, повезло, что вообще смог подняться. Ничего удивительного, что мне так плохо – в прошлый раз после подобной травмы я неделю провалялся в больнице. И шрам остался на том месте, где теперь не растут волосы…

Погодите. Это что, получается, я снова переживаю то, что уже происходило? Но в этот раз всё пошло по-другому? Теперь я вместо того, чтобы проваляться в отключке, смог подняться и сделать что-то стоящее?

Я попытался посмотреть на свои руки, чтобы понять, действительно ли я помолодел на десять лет. Но перед глазами всё двоилось, меня пошатывало, а по краям зрение начало затемняться. Черные полосы заполонили всё поле зрения, и в конце концов картинка совсем пропала. Я почувствовал, как тело падает на асфальт следом за моими врагами.

И в этот момент до меня дошли последние слова девушки:

– И это нам еще повезло, что они не были магами! А то вообще могли бы и пепла от нас не оставить!

Глава 3. Сколопендра

Я очнулся уже во второй раз… Спустя сколько? По ощущениям, прошло минут десять, не больше. Но я понимал, что этим ощущениям верить нельзя. Во-первых, потому что сквозь полуприкрытые занавески пробивались яркие лучи дневного света. Во-вторых, потому что я уже не был в темном, узком переулке, где потерял

сознание, а оказался в помещении. И вместо холодного, мокрого асфальта подо мной теперь была мягкая кровать, укрытая белоснежной простыней, которая ощутимо отличалась от той грязи и гнили, где я был всего пару мгновений назад.

Да и сам я был накрыт такой же белоснежной простыней, будто труп в морге – только живой. Неприятное сравнение, конечно, но по-другому и не скажешь. Однако чувствовал я себя явно лучше, чем тогда, когда впервые пришёл в себя. Голова ещё болела, но уже не так сильно, и перед глазами не двоилось. Состояние, конечно, всё ещё далёкое от идеального, но я мог двигаться и думать относительно ясно, что уже было обнадеживающим знаком.

Я начал оглядываться, пытаясь понять, где нахожусь. Да, комната, в которой я находился, не была грязным переулком, но и до номера люкс, в которых я останавливался в своих многочисленных командировках, ей было ой как далеко. Судя по убранству, это была больничная палата. Небольшая, без изысков: две кровати, по обе стороны от каждой – маленькие тумбочки, над которыми висел телевизор, а в углу стоял крошечный холодильник. Вторая кровать была заправлена настолько аккуратно, что складывалось впечатление, будто на ней никто никогда не спал – всё слишком безупречно, слишком стерильно.

А самое главное и приятное – в палате я был один.

Я сбросил с себя простыню и медленно сел на кровати. Всё тело протестовало – мышцы ныли, как будто я провёл несколько часов в изнурительных тренировках. Я хотел встать, но, взглянув на своё тело, понял, что лучше немного подождать. Что-то было не так.

Моё тело выглядело… странно. Оно было не тем, к которому я привык. Нет, это по-прежнему был я, но не тот я, который просыпался по утрам в последние годы, а будто я вернулся на несколько лет назад. Это было тело моего восемнадцатилетнего «я». Довольно неплохое тело, по-юношески гибкое, не жирное… Но ему было ой как далеко до той универсальной машины, в которую я превратил его за последние десять лет.

Я провёл рукой по плечу, и знакомый шрам от старой детской травмы тут же подтвердил, что это всё-таки моё тело, но из другого времени. Мама тогда чуть с ума не сошла, когда я угодил плечом на ржавый гвоздь, все боялась, что я схвачу столбняк, даже несмотря на прививку. А вот и родинка на груди – привычная, на своём месте, между третьим и четвёртым ребром.

А вот неровный, местами выщербленный и исцарапанный камень, то ли вплавленный то ли вживленный в кожу чуть выше и левее этой самой родинки.

Тронув его пальцами, я вздрогнул от неожиданного осознания. Это не просто камень. Он ощущался как часть моего тела, несмотря на то, что выглядел чужеродным предметом.

Чтобы разглядеть это чудо, сперва я разыскал ванную комнату, спрятанную за крошечной дверкой. Крошечное помещение с душем, унитазом и раковиной, но главное, что меня интересовало – это зеркало. Подняв подбородок, я долго всматривался в отражение: серо-коричневый камень, огранка небрежная, форма неправильная, но легко и без труда узнаваемая. Вне всяких сомнений – это был тот самый артефакт, который я нашёл перед схваткой с наёмниками, и в битве за который мы все погибли. В том числе и я. И теперь артефакт прочно обосновался на моей коже. Или вернее будет сказать «в» коже.