Они
Шрифт:
– Копать колодец, – буркнула Жанна.
Леша посмотрел на нее. Она отвернулась к раковине.
– Мы за мебелью поедем, – специально для жены сказал Страхов.
– Вот так-то, братишка, – развел руками Андрей. – Хочешь, поехали с нами?
– Пап, можно? – Стас подбежал к мужчинам.
Жанна что-то сильно бросила в раковину.
– А мать здесь кто-нибудь спрашивать будет? – Она развернулась. – Завтрак на столе. – И вышла из кухни.
– Так вы завтракайте. – Леша обнял сыновей. – А я сейчас пойду, поговорю с мамой.
Жанна сидела во
– Жан, зачем ты так?
– А незачем?
– Послушай, я действительно в последние пару дней что-то переборщил с алкоголем, но это же не повод срываться на всех. Особенно на детей.
– Ладно, проехали. – Жанна выпустила струю дыма прямо ему в лицо.
– Хватит! – Алексей подскочил с места. – Хватит вести себя как сука!
Слово «сука» он произнес очень тихо. Жены на лавке не было. Табачный дым еще витал какое-то время, но потом тоже исчез. Леша обернулся, ожидая подвоха, посмотрел на дверь летней кухни. Нет. Дверь закрыта, девочка-паук если и была, то где-то пряталась. Он перевел взгляд на дом. В окне спальни стояла вся его счастливая семья. Жанна стояла рядом с Андреем, перед ними стояли Стасик и Алена. Ну прямо семейный портрет.
– Пап, мы поели, – услышал Страхов и опустил глаза. На крыльце стоял Станислав.
Леша отвлекся от окна спальни, а когда посмотрел туда снова, кроме Жанны там никого не было. Она смотрела на него, округлив глаза. Когда увидела, что супруг заметил ее, покрутила указательным пальцем у виска. Еще бы! Леша представил себя на ее месте. Если это все были галлюцинации, то Алексей явился перед ней в неприличном виде. Что можно подумать о человеке, который скачет по двору и разговаривает сам с собой? Да что угодно, только не то, что этот словоохотливый человек в полном здравии. Здоровье Алексея было вопросом важным, но всего лишь следствием чего-то произошедшего накануне. Ведь до этого с ним не происходило ничего подобного. Причин такому поведению могло быть несколько. Алкоголь, выбросы химического предприятия, расположенного в десяти километрах отсюда, и возможная высадка инопланетян где-нибудь в лесу. Несмотря на то что это все было куда как серьезно, Леша улыбнулся.
– Ну, ты чего, бать? – Андрей подошел к отцу и закурил. – Завтракать будешь?
Алексей с недоверием посмотрел на старшего сына. Принюхался к дыму. Настоящий. Черт, как закурить охота! Леша подошел ближе и взял сына за руку. Тоже настоящий. И только после этого ответил:
– Нет, сынок. Что-то аппетита совсем нет.
– Ну, тогда за мебелью?
– Тогда за мебелью, – ответил Алексей и уже собирался попросить сигарету у Андрея, когда понял, что есть еще одна возможная причина его глюков. Резкий отказ от курева. Что-то типа белой горячки для курильщиков. Тогда надо переболеть, и все закончится. Черт возьми, почему надо было бросать курить именно сейчас? Хороший вопрос. Но лучше задать другой: зачем надо было вообще начинать курить?
Большой
– Сосед же сказал, что большой мебельный салон, – удивился Андрей и вышел из машины.
– У них здесь все, что больше сортира в конце огорода, называется салонами.
Андрей улыбнулся и посмотрел на потрескавшиеся буквы. Магазин «Мебель», судя по вывеске, существовал годов с восьмидесятых. У нынешнего хозяина наверняка была тоска по тем временам, иначе как объяснить нежелание повесить современную рекламную конструкцию с подсветкой или, на худой конец, отремонтировать старую. Нет, это точно ностальгия. Андрею просто хотелось в это верить. Не все же в этой новой России (кстати сказать, Андрей родился в ней и другой не знал) пытались обогатиться с малыми затратами. Но с каждым годом он понимал (он ведь становился взрослым, армия сделала из него мужчину и так далее, и тому подобное), что это и есть принцип торговли. Положи рубль – возьми тысячу.
– Пойдемте посмотрим, чем у них здесь торгуют.
Алексей вошел первый, за ним Стас. Андрей еще раз посмотрел на вывеску.
«Если так дело и дальше пойдет, они свою мебель будут продавать под открытым небом», – подумал Андрей и вошел в салон.
Продавать им особенно было нечего. Торговая площадь явно не позволяла развернуться, да и на лицах продавщиц Страховы не увидели особого энтузиазма. Женщины предпенсионного возраста явно скучали. И, казалось бы, должны быть рады любому потенциальному покупателю. Ан нет. Они едва не зевали.
После просмотра пары тумбочек, двуспальной кровати и прихожей Алексей решил спросить о наличии другого товара. Но его опередил шустрый мужичонка, от которого за километр разило спиртным.
– Девушки, – улыбнулся пропойца и почесал сизый нос, – мне нужен совок.
«Девушки» подскочили и расплылись в улыбках. Вот чему они были рады. Реальному пополнению кассы они были рады. Пусть двадцатью рублями, но все-таки.
– Вам какой? – не спросила, а пропела самая пышненькая «девушка».
Две других, будто поняв, что с этим кавалером им ничего не светит, ушли в подсобку. Леша набрался терпения и принялся ждать, когда сизоносый купит совок.
– Что значит «какой»? Для мусора.
С его железной логикой не поспоришь.
– Ну да. Но у нас есть черные, – «девушка» положила на прилавок черный совок, – белые, – рядом с черным лег белый, – розовые и синие.
Алкаш почесал за ухом.
– Вы меня совсем запутали.
– Ну, давайте я вам помогу.
Охренеть! Алексей выдохнул.