Они жаждут
Шрифт:
— Ну, хорошо, — сказала она, поднимаясь. — Я лучше освобожу место для кого-нибудь еще.
— Очень было приятно побеседовать с вами, миссис…
— Палатазин, — сказала Джо, и тут же пояснила: — Это венгерская фамилия.
Сделав несколько шагов, она остановилась и обернулась.
— Спасибо, — сказала она, — спасибо, что помогли.
— Надеюсь, что в самом деле помогла, — сказала женщина.
Джо покинула столик, за которым сидела, и двинулась к дверям столовой. Она вышла наружу, в яркий солнечный свет. Она смотрела теперь на громадный палаточный городок, сооруженный
— Минуточку, — сказал чей-то голос за спиной Джо. Она обернулась и увидела женщину из Красного Креста, с которой только что разговаривала, сидя за столиком. — Простите, как вы сказали ваша фамилия?
Сердце Джо забилось чуть сильнее:
— Палатазин.
— Бог мой, — тихо сказала женщина. — Я просто… я подумала, что крестик выглядит точно так же. Этот мужчина… он ваш муж, наверное?
Джо была так потрясена, что потеряла на несколько секунд дар речи. Губы ее несколько секунд беззвучно шевелились, и только после этого она смогла выговорить:
— Энди?
Она заплакала, и доктор Оуэнс обняла ее за плечи и быстро повела к джипу, стоявшему неподалеку. Они подъехали к оштукатуренному домику — теперь там разместили пункт Красного Креста. Первая комната, в которую дрожа, — вдруг совершила ужасную ошибку? — вошла Джо, была полна столов, стульев, коек, спальных мешков и людей. Она услышала высокий мальчишеский голос Томми: «Эй!», и только после этого увидела его самого — он как раз встал навстречу ей со стула у стены. Ноги Джо ослабели. Она бросилась бежать к нему, смеясь и плача одновременно. Она крепко обняла мальчика, не в силах произнести ни слова. Рядом стоял кто-то еще, незнакомый человек в рваных джинсах, футболке и с грязной бородой. От него так воняло, что люди старались держаться подальше — вокруг незнакомца образовалась безлюдная зона десяти футов в радиусе.
— Мы думали, что вы погибли! — сказал Томми, глаза которого налились слезами. Вид у него был по мнению Джо просто великолепный, но кое-где на лице пролегли морщины, которых там быть не должно. — Мы думали, вы обе погибли во время землетрясения!
— Нет-нет! С нами все в порядке. А как вы здесь оказались?
— У нас кончился бензин. И ночь пришлось провести в пещере, в горах. Там было еще человек двадцать. Всю ночь продолжались толчки. Потом мы услышали шум вертолета, он нащупал нас прожекторами, почти уже на рассвете. Потом мы… ох, как я рад снова вас видеть!
— Энди, — сказала Джо и посмотрела на доктора Оуэнс, — с ним все в порядке?
Глаза врача чуть потемнели:
— Мы удалили ему посторонний предмет примерно час назад. Он был очень… в подавленном состоянии. Операция эта сравнительно простая, но он несколько раз порывался уйти. — Она посмотрела на Томми, потом на Джо. — Кажется, вчерашняя ночь ему далась нелегко.
— Мы нашли ЕГО, — сообщил вдруг Томми, и в голосе его прорезалось незнакомое напряжение. По спине пробежал холодный ток. С того самого момента, как он покинул салон грузового С — 130, «геркулес» и в желудке Палатазина начались первые приступы
— Там, в замке. Мы нашли Хозяина.
— Устами младенца, — прогудел бородатый грязнуля, — кровососов там было, как ос в гнезде!
— Теперь все кончилось? — спросила она Томми. Но мальчик не успел ответить.
В комнату вошла сестра Красного Креста и мощного сложения врач в белом халате.
— Вот это он, — сказала медсестра, показывая на бородатого спутника Томми. — На нем столько грязи, что можно заводить вошиную ферму. И он отказывается мыться. Я ему сказала, что в таком виде на территории санпункта он оставаться не может, доктор Уйткоум, но…
— Мыться? — переспросил бородач и беспомощно посмотрел на Томми.
— Ты же слышал, что сказала сестра. Боже, ну и воняет же от тебя, брат! — Доктор широкой ладонью хлопнул Крысси по спине. — Послушай, у нас проблем и без того хватает, и эпидемия нам ни к чему. Сам пойдешь или мне вызвать патруль?
— Мыться? — изумленно повторил Крысси.
— Точно. Со спецмылом. Пошли.
Рок настиг Крысси. Опустив плечи и что-то упрямо бормоча он двинулся к дверям. В дверях он остановился и обернулся к Томми.
— Сохраняй надежду, малыш, — сказал он бодро.
Когда врач снова схватил его за руку, он свирепо на него посмотрел, высвободился и исчез за дверью.
— Я хочу видеть мужа, — сказала наконец Джо доктору Оуэнс. — Сейчас.
— Хорошо. Он наверху. — Она кивнула в сторону лестницы, у входа на которую стоял стол, за которым сидела пара медсестер, перебиравших папки. Табличка на столе гласила: «Посторонним дальнейший проход воспрещается».
Когда Джо оглянулась, Томми смотрел ей вслед.
— Я подожду, — сказал он. — Я никуда уходить отсюда не буду.
Джо кивнула и последовала за доктором. Сердце ее тяжело и громко билось, когда она поднималась по ступенькам, а потом шла по коридору с бетонным полом и целой вереницей больших комнат с каждой стороны. Похоже, что раньше здесь проводились какие-то занятия, потому что в коридоре стояло много письменных столов, поставленных штабелями. Теперь здание стало импровизированным госпиталем. Сквозь открытые двери комнат Джо видела кровати в каждой комнате. Повсюду сновали медсестры, толкая перед собой тележки на колесиках, заполненные медикаментами и разным медицинским оборудованием.
— Он еще под действием наркоза, — предупредила доктор Оуэнс. — Наверное, он не сможет долго с вами разговаривать. Но один ваш вид очень ему поможет.
Она остановилась, рассматривая листок, приклеенный к стене рядом с одной из палат. На листке имелось шесть фамилий.
— Э. Палатазин, — прочла доктор Оуэнс. — Хорошо, что у вас такая фамилия, ее уж никак не забудешь…
Она замолчала и обернулась, увидев, что Джо без приглашения, сама, уже вошла в палату. Доктор Оуэнс не видела больше смысла задерживаться здесь и отправилась по своим делам. Дел сегодня предстояло много.