Она - только способ...
Шрифт:
Женщина фыркнула и гневно бросила.
– А жить я на что должна в столице? А питание кто будет оплачивать? Из собственного кармана?
– Платите нам сверху МИЛЬОН, - вмешался мужчина, - и тогда мы согласимся. А то нашли дураков.
Савелий, я и кардиолог одновременно открыли рты, настолько нагло и бездушно вели себя эти… недочеловеки.
– И вообще, - продолжил недочеловек мужского пола, - мне на фиг не сдалась эта пуговица. Одни траты с ней, а толку нет. Я приехал писать отказную, но за МИЛЬОН, так уж и быть, передумаю.
– Пишите отказную, - поднимается с кресла Савелий, - денег
Смирнов весь закаменел, а лицо побагровело от злости. Казалост вот-вот и он взорвётся.
– А кто нам проезд оплатит? И обед? Пришлось в городе жрать, не голодными же целый день ходить.
Женщина подходит к врачу и бросает на стол билеты.
– 800 рублей за билеты и 1000 за обед.
Я торопливо достаю кошелек, но Савелий предупредительно смотрит на меня и я замираю.
– Сами раскошелитесь, - рявкнул Смирнов и наглое семейство трусливо переглянулись, - сейчас отвезем вас в краевую опеку. Там напишите отказную. Дальше – добирайтесь как хотите.
В эту самую минуту в кабинет вошла медсестра. Девушка держала за руку хрупкую девочку с небесно-голубыми глазами.
– Для Полины готово место в палате на третьем этаже. Вы будете оставаться с ней, мамочка?
– Нет, - буркнула женщина и не глядя на дочь прошипела мужу, - проси денег, ну!
– Дайте хоть штуку, господа. Мы на мели, серьёзно! Жалко что ли?
Савелий больше не смотрит на недородителей, его взгляд устремлен на Полину. Не отрываясь он следит за малышкой, а я перестаю дышать от удивительного открытия – глаза мужа и девочки абсолютно одинокого цвета и разреза. Чудесно!
***
Когда через час мы едем с вокзала, куда забросили бывшее Полинкино семейство, Савелий порывисто начинает.
– Надо подключить все наши связи… Денис тоже может помочь… Надо положить тебя к малышке в палату, одной ей тяжело будет. И с опекой надо быстро решить… Но главное, я костьми лягу, но лишу этих тварей родительских прав на Полину. Всех сейчас подключим и усыновим девочку. Даю тебе слово!
Я не отвечаю… Плачу и улыбаюсь одновременно.
Эпилог
Год спустя.
– Полюш, беги зови папу, а я пока твою ленту поглажу.
– Пап! – по квартире расползается громкий крик дочки и я не могу не улыбнуться, - ма-ма зо-ёт.
Поля всё такая девчушка, как и год назад – активная, быстрая, шумная и шебутная. Мы обожаем все её проявления. Она больше не пугается и не смотрит исподлобья, а в остальном - малышка не изменилась.
Только внешне наша принцесса немного поменялась – волосы отросли и стали собираться в локоны на кончиках. Глаза стали больше и ярче. В весе дочка не добавила, после операции мы не могли наладить режим питания и до сих пор проблема с питанием существует, но мы не унываем. Мы обязательно отвоюем нашу девочку, уже год боремся на всех фронтах и это никакой не конец.
При подготовке к операции выяснилось, что у Поли целый «букет» серьёзный заболеваний, а ещё задержка в развитии и серьёзные нарушения речи. С чем-то из этого списка мы научились справляться, а через что-то ещё предстоит пройти. Главное мы вместе, а с остальным – повоюем.
– Вовка будто почувствовал, что мы собрались
Выключив утюг, я оборачиваюсь на голос мужа и с улыбкой наблюдаю за вошедшей троицей.
Сава, Поля и крошечный пупсик в автолюльке. Муж, дочь и сын – мои самые ценные бриллианты, моя жизнь, моя любовь.
Вовка появился на свет два месяца назад. Его появление – настоящее чудо, к которому мы не готовились, но были очень рады. О беременности я узнала на двадцатой неделе, когда уже отходила половину срока. Мы с Полинкой практически не выходили из больниц, поэтому я даже заподозрить не могла, что задержка связана не со стрессом и переживаниями. Когда узнала – рыдала от смеси радости и шока. Врач посоветовал сразу сделать прерывание, но мы отказались - решили пусть всё идет, как и идет.
Я ходила в женскую консультацию, обследовалась, выполняла рекомендации, но делала это лишь тогда, когда было время и мы не лежали с дочерью в больнице. Я даже начало схваток переживала дома – у Поли поднялась температура и я ждала когда ей станет легче. Но вопреки всему и всем – роды прошли идеально и сын родился здоровым. Савелий первым взял его на руки, а второй к брату прикоснулась Полина. Мне в ту минуту казалось, что дочка радуется рождению Вовы больше нас. Именно она дала имя нашему мальчику и именно она первая уложила его спать, причем еще в роддоме. Малышка прилегла к брату на кровать и он быстро заснул рядом с ней. Кстати теперь они часто засыпают вместе.
– Подойди, милая. Вплету тебе ленту в косу и можно выезжать.
– Ма-ма, а там клёс-я будет?
– Крёстная Даша? Будет конечно. Тебя покрестили, теперь будем братика крестить. Потом папу…
– Так. Стоп. Мы не договаривались.
Полинка хихикает, а я чмокаю мужа в щеку и тихо бурчу.
– Даже Денис покрестился, чтобы стать для Польки крёстным отцом, а ты не хочешь.
– Я не Денис, Лер. И я пока не готов вступать в ряды праведников. Пью, ругаюсь матом.., трахаюсь как жеребец, - шепчет мне на ухо муж, а потом добавляет громче, - как-нибудь в другой раз. Сегодня сына окрестим и двинемся в горы. Буду учить тебя и Полинку кататься на сноуборде.
– О, нееет. Смирнов, ты хочешь моей смерти.
– Жизни. Я хочу твоей жизни. Вечной. Как там в сказке, Поль? Стали они жить поживать и…
– Доп-ла на-ши-ва-ть.
– Правильно, дочь. Какие у меня дети умные. В папу, скорее всего.
Мы втроем смеёмся, а Вова смотрит на нас сонными глазами и беспрестанно болтает руками и ногами.
– Папа тоже в церковь приедет, - тихо говорю я, когда мы выходим из дома, - он Поле с Вовой привёз велосипеды.
– Особенно Вове, ну, - усмехается Савка, но по доброму.
– Он старается, Сав. Понял, что ему тяжело одному. Предприятие окончательно продал, теперь дом выставил. Он кстати обещал здесь поискать подходящее жилище.
Муж улыбается, потому что знает, что отцу нужны не внуки и дом. Папе нужна только я. В последний год, я перестала вестись на его провокации и капризы и он сник. Теперь вот хочет быть поближе к нам. Впрочем и этот момент я пустила на самотек – пусть все идет, как идет. Подумаю о сложностях, когда с ними столкнусь.
– Дашка с Деном уже в церковь приехали, скоро и остальные подтянутся.