Она не моя
Шрифт:
– Даже для меня? Не надоело меня перед всеми монстром выставлять? Мамаше своей в трубку зачем жалуешься? Думаешь, я глухой? Бедная несчастная Агата… Я разве бухаю? Курю? Наркоманю? По бабам шляюсь? Дочкой не занимаюсь? Тебя хоть раз пальцем тронул, несмотря на то, что провоцируешь ты знатно? Нет. Да, полгода без работы, но это не только моя вина! Ты что, считаешь себя какой-то особенной? Думаешь, что нужна ещё кому-то такая никчемная?
– Толик, я не хотела тебя задеть… – делаю шаг навстречу мужу, но он сразу же отмахивается
– Иди, иди! Подумай над тем, что тут в очередной раз развела. А я, может, наконец, нормально поработать смогу без твоих истерик…
Не выдержала больше, схватила ключи, распахнула дверь и выбежала в подъезд.
«Ты что, считаешь себя какой-то особенной? Думаешь, что нужна ещё кому-то такая никчемная?» – язвительно звенело в ушах, пока я неслась по улице в неизвестном направлении.
Сначала я хотела набрать номер Лары Покровской – той самой многодетной подруги, которую упоминал Толик.
Мы с ней знакомы с первого курса университета, но по-настоящему сблизились только, когда обе находились в положении, ещё не закончив учёбу. Она уже два раза была замужем и одна растит троих детей, но, благо, ей часто с ними помогают родители. Поэтому у Лары есть возможность пытаться устроить свою личную жизнь, бегая на свидания с ухажерами.
Я запоздало вспоминаю, что именно на одну из таких встреч подруга собиралась сегодня вечером, поэтому ей явно будет не до меня с моими трудностями.
Звонить и тревожить маму в таком состоянии – гиблая идея. Во-первых, я с ней уже связывалась сегодня днём, а, во-вторых, я точно знала, что мама расстроится, и будет во всем винить меня, как обычно приняв сторону Толика.
«Агата, брак и семья держатся на мудрости женщины. Мужчины могут плутать, ошибаться, но они должны всегда чувствовать тепло и уют рядом со своей женой».
Может, мама и права, но сейчас я меньше всего нуждалась в её нотациях. Мне надо побыть наедине со своими мыслями, справиться со своей душевной болью, проанализировать и понять, когда всё пошло наперекосяк.
И именно из этих раздумий меня выбило столкновение с юным велосипедистом.
– Девушка, а, девушка! Сигаретки не найдётся? – вздрагиваю от того, что страшный сиплый голос звучит совсем близко.
Успев ощутить неприятный запах, поворачиваю голову на звук и сталкиваюсь с расфокусированным взглядом пожилого мужчины.
По его внешнему облику и специфическому амбре нетрудно догадаться, что он, скорее всего, бомж, и мне стоит, как минимум, опасаться, но я даже не отодвигаюсь подальше. Сейчас мне настолько всё равно, что я отрешённо вступаю с ним в диалог. Надо же как-то отвлечься от нескончаемого потока слез.
– Я не курю.
– Может, тогда мелочью поделишься, красавица?
– Поделилась бы, наверное, но я забыла сумку дома.
– А в карманах нет?
– Нет.
– А если найду? – тупо не замечаю, когда мужчина успел встать и
Остатки уставшего мозга сигналят: «Угроза! Угроза! Угроза!», но я не реагирую. Мне по-настоящему плохо, и нет сил защищаться. Нет сил даже поднять раскалывающуюся на части голову.
Только когда чужие грязные руки начинают мелькать прямо перед лицом, меня словно прорывает очередным приступом непрошенных слез. В этот момент, мне кажется, я трясусь как в припадке, но больше не могу это контролировать.
– Эй, дорогуша! – слышу словно в тумане голос того же бомжа. – У тебя что, ломка? Что так скрючило то?
– Отойдите от меня! – кричу во весь голос, заходясь новым приступом безысходности и отчаянья.
– Жди здесь, подруга! Я сейчас Ильича приволоку. Он спец по таким буйным – быстро усмирит. Ты как раз в его вкусе будешь.
Глава 3
POV Егор
Ничего.
Абсолютно никакой реакции.
Даже не шелохнулась. Будто она глухая.
А, может, под наркотой?
Хотя я был уверен, что до этого говорил и так достаточно громко и отчётливо, но всё же решил значительно повысить голос, чтобы повторить обращение. Ну и мало ли дождь в первый раз заглушил для неё моё дружелюбное послание.
– Девушка! Ау! Вам нужна помощь? Если вы не заметили, вас скоро дождём со скамейки смоет…
Стою и предвкушающе улыбаюсь во все тридцать два в надежде, что мой кривенький юмор будет оценен, но она снова даже глазом не повела, словно меня вообще здесь нет.
Чувствую, как внутри начинают нарастать гнев вперемешку с недоумением.
Дотрагиваться до женщины я по понятным причинам брезгую, но, вспомнив ситуацию, в которой сам оказался не так уж и давно, про себя отмечаю, что ей и правда нужна помощь.
Я не могу просто развернуться и уйти, несмотря на то, что поворачиваю голову в сторону Лехи, который предательски прячется под навесом какого-то здания и привычно скалится.
Окей. Последняя попытка.
– Девушка! Если вы мне ничего не ответите, я буду вынужден вызвать специалистов. Сейчас позвоню в скорую… Я не шучу!
Для подтверждения своих слов демонстративно копошусь в кармане уже почти насквозь промокшей куртки и выуживаю оттуда мобильник.
Защитное стекло тут же покрывают капли дождя. Женщина по-прежнему не двигается. И это уже начинает по-настоящему пугать.
Блять! Ну её к черту! Вместе с дебилом Журавлёвым и его ублюдским пари!
Прикладываю палец к айфону, девайс приветливо оживает. Разворачиваю его экраном вниз, чуть под углом, чтобы хоть как-то прикрыть дисплей от падающей с неба воды, и клацаю по зелёной иконке с белой трубкой. Быстро набираю сто три и уже почти успеваю донести телефон к уху, как чуть не роняю его на землю от неожиданного звука чужого женского голоса.