Он рядом
Шрифт:
— Слушайте, мама, конечно, не ангел, но и не монстр. Просто она…такая. Не держите на нее зла. Отец из-за этого и ушел от нее. Она его душила своей любовью. Вечно подозревала в чем-то, истерила, даже один раз детектива наняла, чтобы проследить за ним. Это и стало последней каплей. Честно говоря, она до сих пор не знает, что мы с отцом общаемся. И про ресторан тоже. До сих пор его ненавидит, — попытался заступиться за маму Тимур, но вышло наоборот. — Просто она очень чувствительная и эмоциональная.
Теперь я боялась ее еще больше. А
— Рит, да не пугайся ты так. Мы поможем, — уверенно заявил Тимур, только легче мне, почему-то, не стало.
— Пойдем-ка, поговорим, — Стас встал и кивнул близнецам в сторону дома. Те, без слов, направились за ним.
— Стас… — напряженно произнесла, подаваясь вперед.
— Останься, — приказал мужчина, рождая во мне очередную волну протеста, но тут же добавил: — Пожалуйста.
— Но…
— Рита, — Андриянов строго посмотрел мне в глаза, и я…осталась.
Не знаю, в какой момент произошли изменения, но еще несколько дней назад ни за что бы не послушалась. Ведь тема разговора напрямую касалась меня. Лишь проводив взглядом спину Стаса, я поняла: он, все-таки, завоевал мое доверие. Безграничное. Когда просто знаешь, что он не подведет, не предаст и защитит от всего на свете.
— Да уж, попали вы, — тихо произнесла Мила и, пересев ближе ко мне, обняла.
— Да мне-то что? Я все равно скоро уволюсь. А вот тебе не повезло, — быстро перевела тему, не желая обсуждать сложившуюся ситуацию.
— Не поняла?
— Ну, с такой свекровью можно сразу вешаться.
— Тьфу ты! Типун тебе на язык! — вскрикнула Сатинская и перекрестилась. — Кстати, вот тебе еще одна причина, по которой нам с Костей вместе не быть. Грымза меня сожрет.
— Ну-ну.
— Я серьезно!
— Конечно-конечно.
— Да иди ты!
— И пойду. Вместе пойдем с тобой посуду мыть, — я начала собирать тарелки, с улыбкой поглядывая на подругу.
По ее лицу было видно, что она сомневается в собственных словах. И к Косте ее тянуло, иначе она бы не стала убеждать меня в том, что у них ничего не получится.
— Мне это совсем не нравится, — хмуро протянула Мила, с недоверием поглядывая на компанию громко смеющихся парней и девушек.
Костя уговорил нас присутствовать на гонках. Вразумить парня не получилось. Для него сегодняшний заезд был делом чести.
— Ты переживаешь за меня, красавица? — наклонив голову в бок, лукаво улыбнулся он.
— Конечно, переживаю, дурья башка! Ты же разбиться можешь! — зашипела Сатинская.
— Если ты будешь болеть за меня, то, клянусь, вернусь живым и невредимым. Ты ведь будешь? — продолжал атаку Костя.
Мила стушевалась. Опустила
— Я, как и все остальные, буду переживать за тебя и ждать. И…
— Не надо говорить за других. Мне важно, что ты…
— Слушай, что ты хочешь от меня? — взвилась Сатинская. — Если у тебя тормозов нет, то я тут ни при чем!
— Так, значит, да? — уязвлено выпалил Костя, приблизившись к девушке вплотную.
— Да!
— Ну и отлично! — прорычал Костя и, резко развернувшись, быстрым шагом направился к машине.
— Костя! Эй! Стой! — выкрикнул Тимур, но его брат сделал вид, что не услышал. — Ну, ты и дура, — разочарованно покачав головой, он бросился к близнецу и, нагнав его уже возле автомобиля, обнял. Что-то эмоционально говорил ему, явно стараясь успокоить.
— Ден, поехали уже! — рявкнул Костя высокому тощему блондину.
— Так не терпится проиграть, Рыков? — высокомерно усмехнулся тот, поправляя длинными жилистыми пальцами челку.
— Не терпится показать тебе твое место, — фыркнул в ответ Костя и, открыв дверь, сел за руль.
Соперник зловеще улыбнулся и последовал его примеру. Они одновременно подъехали к старту, обозначенному белой линией на асфальте, и остановились в ожидании команды.
— Зачем ты с ним так? — спросила я у Милы. Неужели нельзя было поддержать парня. Ведь ему это было действительно важно.
— Я…сама не знаю, — дрожащим голосом отвела Сатинская. — Что же я наделала? — всхлипнула и бросилась к машинам, но не успела.
С визгом они сорвались с места. Нам ничего не оставалось, как болеть за Костю и надеяться, что гонка обойдется без происшествий.
Участникам предстояло проехать несколько сотен метров по прямой и обратно. Вроде ничего сложного и опасного. Только это и успокаивало.
— Все будет хорошо, — шепнул на ухо Стас, обняв меня со спины.
Я прижалась к нему теснее. Но от слов мужчины легче не стало. Сердце билось где-то в горле. Мила неосознанно схватила меня за руку и не отрывала глаз от Костиной машины. Тимур, казалось, даже не дышал, кусая свою ладонь от переживаний.
Гонщики доехали до поворота. Костя уверенно лидировал. Компания молодых людей, которая стояла рядом негодующе улюлюкала, а вот мы наоборот, хоть немного, но выдохнули. Как оказалось, зря. До финиша оставалось совсем немного, когда автомобиль Дена резко ускорился и догнал Костю, а потом еще и специально подрезал его.
— Брат! — с отчаянием выпалил Тимур, когда машину Кости закрутило.
— Костя! — всхлипнула рядом Мила, сжав до боли мои пальцы.
Я с ужасом смотрела, как, словно в замедленной съемке, автомобиль бросает из стороны в сторону. Как, то с одной, то с другой стороны колеса отрываются от земли, будто машина сейчас перевернется. Как с дороги ее выбрасывает на обочину, и, наконец, все заканчивается. Повезло, что не было ограничителей и машина вместе с владельцем не пострадали.