Он рядом
Шрифт:
— Знаете, Стас, чем дольше я с вами общаюсь, тем сильнее вы мне нравитесь, — кокетливо накручивая локон на палец, прощебетала Лилия. — Именно таким я себе вас и представляла.
— Представляли? — растерялся Андриянов, не понимая, о чем она.
— Я — ваша самая преданная фанатка, — рассмеялась женщина. — Смотрю ваше шоу с первого выпуска и не пропускаю ни одного. Всегда поражалась вашей внутренней силе и спокойствию. Это просто волшебство какое-то! Не представляю, как вы управляетесь с абсолютно любой собакой. Честно признаюсь, когда смотрю выпуски с бойцовскими породами, боюсь за вас страшно.
— У нас очень много писем, поэтому мы выбираем только самые запущенные случаи, — проигнорировав восторги в свой адрес, выдавил Стас.
Ситуация становилась неконтролируемой. Что такое влюбленные фанатки, он уже знал. Оставалось только надеяться, что Лилия адекватный человек и не станет его преследовать или как-то вредить Маргарите.
— Я прекрасно это понимаю, поэтому и не сержусь, — игриво подмигнула Лилия. — Но, надеюсь, на вашу профессиональную помощь.
— Мне кажется, такая женщина, как вы, может справиться с любой напастью. И очень сомневаюсь, что у вас могут быть проблемы с вашим питомцем. Собаки всегда чувствуют силу, а в вас она, несомненно, есть, — ушел от прямого отказа Стас, спрятав его за комплиментом.
— Даже сильным женщинам иногда хочется почувствовать себя слабой. Опереться на сильное плечо и…
— Уверен, в вашей жизни еще появится такой мужчина, — перебил ее Андриянов. — Мы отвлеклись от темы. Напомню, у меня мало времени. Через десять минут я должен выехать.
Лилия открыла рот, чтобы что-то сказать, но замолчала, увидев официантку с подносом. Он поставила на стол тарелку с ароматным бифштексом и две чашки с кофе.
— Давайте начистоту, Стас, — женщина отставила в сторону тарелку с мясом и подалась вперед.
— Давайте, — Андриянов скрестил руки и откинулся на спинку дивана.
— Я, так же, как и вы, всегда знаю, чего хочу и всегда добиваюсь желаемого. Любыми способами.
— Звучит как угроза. Мне стоит бояться? — насмешливо поинтересовался Стас, прикидываясь дурачком. Если из-за него Риту уволят, она никогда этого не простит.
— Что вы? Разве такой сильный мужчина может испугаться хрупкой, беззащитной женщины? — мило хлопая ресницами, промурлыкала Лилия.
— Так, к чему этот разговор? Я думал, мы будем говорить о благотворительном вечере.
— Конечно. Именно это я и имела в виду. Всех мужчин я подбираю лично. И именно вы станете украшением нашего аукциона. Поэтому я и хотела получить ваше согласие. И хочу, чтобы все прошло идеально. Понимаете? — резко сменила тактику Лилия, демонстрируя полное безразличие к Андриянову.
— Понимаю. И обещаю, что буду вести себя прилично, если вы об этом.
— Не только. Вы также должны быть соответственно одеты. И еще кое-что.
— Я внимательно слушаю.
— Все мужчины, участвующие в аукционе, должны быть свободными от отношений. Сами понимаете, женщины будут платить огромные деньги за надежду…
— То есть, вы хотите, чтобы помимо участия в аукционе, я еще и…какие-то услуги оказывал? — напрягся Стас. Ему уже это все порядком надоело и единственное, что хоть как-то сдерживало его — обещание Рите.
— Нет, что вы. Все совсем не так. Ваша обязанность — провести вечер с выкупившей вас женщиной. Только до окончания вечера. Дальше
Стас закашлялся, маскируя смех. Такой наглости он не ожидал. Это насколько нужно быть уверенной в собственной неотразимости, чтобы нести подобную чушь? Мужчина даже растерялся от такого напора.
— То есть, вы хотите, чтобы я отказался от своих потребностей и личной жизни только из-за какого-то благотворительного вечера? Мне казалось, это вам нужно, чтобы я там присутствовал, а не наоборот, — быстро взял себя в руки Андриянов, окатив Лилию ледяным взглядом.
— Конечно, это так…
— В таком случае, в ваших интересах прекратить ставить мне условия. Я согласился участвовать во всем этом только по просьбе своей лучшей подруги, которой Рита приходится сестрой. Ни о каких ограничениях и попытках посторонних влезть в мою постель речи не было.
— Стас, вы…
— Я не собираюсь лишать себя чего-либо из-за сборища толстосумов, которым хочется затейливо потратить нажитые миллионы, вместо того, чтобы просто помочь нуждающимся без показухи. Я, конечно, не собираюсь никого осуждать, но и никому не позволю предъявлять мне какие-то нелепые требования, — в очередной раз перебив женщину, отчеканил Стас.
Плясать под дудку этой ненормальной он не собирался. Да и увольнять Риту она не станет. Скорее сделает так, чтобы девушка сама уволилась, чему Андриянов даже был бы рад. Он считал, что Рите стоит найти более спокойную работу, учитывая ее доброту и ранимую натуру. Ему не хотелось смотреть на слезы любимой. Но сказать об этом прямо или надавить он тоже не мог. Понимал, что этим не добьется желаемого, а лишь нарвется на очередные колючки воинственного ежика. Тем более девушка только-только начала оттаивать и принимать мужчину, хоть и продолжала слегка сопротивляться, скорее всего, по привычке.
— Я поняла вашу позицию, Стас. И для вас мы пойдем на уступки, — Лилия разочарованно поджала губы.
В ее глазах зажглись недобрые огоньки. Отказ мужчины больно ударил по самолюбию, но Стас в тот момент переживал только за Риту. Даже засомневался, правильно ли повел себя. Стоило ли высказываться так резко? Ведь теперь вся злость от его слов выльется на девушку.
— Я рад, что мы поняли друг друга. А сейчас, прошу прощения, я тороплюсь. И так задержался дольше, чем планировал…
— Еще одна деталь, — остановила его Лилия. Стас замер. — Все участники аукциона должны быть в одинаковых костюмах. Их оплачивает спонсор благотворительного вечера. Вам нужно будет прийти на примерку и, желательно, завтра. Сами понимаете, времени осталось совсем немного.
— Хорошо. Во сколько?
Лилия передала Андриянову визитку ателье, предварительно написав на ней время и свой номер телефона.
— Можете звонить мне в любое время, — кокетливо улыбнулась она, обнажив белоснежные зубы.
— Всего хорошего, — кивнул в ответ Стас, бросил на стол деньги за свой кофе и направился к выходу.
Он задумчиво шел по улице, не замечая никого и ничего. Все мысли крутились вокруг Риты. Андриянов переживал за нее и был уверен, что Лилия выкинет что-нибудь мерзкое в ее сторону, чтобы хоть как-то отомстить за уязвленное самолюбие.