Он похитил её
Шрифт:
— Ты….
– выдохнула из последних сил, глядя на мужчину мутным взглядом. — Как ты здесь?
— Детка, — она услышала его нежный голос и почувствовала легкий невесомый поцелуй на губах. Он оторвался от неё почти сразу, чтобы освободить наконец, её конечности от железного плена цепей и наручников. Она сразу почувствовала облегчение, когда её руки перестали ощущать железный холод оков.
Неужели ей это не приснилось? Соня ощутила, как её поднимают сильные руки и выносят из ненавистного помещения, ставшего ей клеткой.
— Уберите здесь всё, — голос над ухом становится
— Ищем. — отвечает кто-то смутно знакомый. Наверное, человек из его охраны. — Герман сказал, что он пытался сбежать на самолете. Но наши люди успели его перехватить.
— Ты знаешь, что с ним делать. — знакомый металл в голосе. Даже по нему она соскучилась.
Пока он несёт, она ощущает тепло его тела, прижимается сильнее чтобы вдохнуть его запах. Щеки и плечи обдувает прохладой Милана. Осень уже давно вступила в свои владения и пахнула морозным воздухом в легкие.
А вот и теплая машина, как же ей хорошо оказаться с ним рядом, прижатой к его груди. Наконец она может ощутить тепло а не холод.
— Максим, — она поднимает к нему дрожащие веки. — Почему ты приехал?
— Молчи. Тебе нужно беречь силы. — он говорит это почти нежно, оттого ей не верится, что это происходит на самом деле. Она ещё сильнее вдохнула его аромат. Терпкий, знакомый аромат дорогого одеколона. Как же приятно чувствовать этот аромат. Он теперь как наркотик. Притягивает.
Его запах и голос пока он раздавал кому-то указания по телефону, медленно и верно укачивали её. Было так хорошо в его объятиях, что она забыла обо всем. Отключилась. Расслабилась.
Девушку разбудили мягкие прикосновения рук. Она почувствовала, что кто-то раздевает её. Медленно и верно, едва касаясь кончиками пальцев её огрубевшей кожи, пропитанной грязью того завода и потом собственного тела. Всё то время, что она была в плену у похитителей, они не давали ей возможности нормально помыться, и теперь, когда она от них освободилась, самым первым её желанием стала горячая ванна. Максим знал это. Стоило ей открыть глаза, как она увидела его красивый торс, не прикрытый даже легкой футболкой. Он стоял рядом с ней, всего лишь в легких спортивных штанах, надетых на голое тело и бережно снимал с неё одежду. Его взгляд был очень усталым, но при этом казался таким заботливым, что она не удержалась и поймав его руку, прижала к своей щеке. Он на минуту опешил.
— Спасибо, что спас меня, — она проговорила это хрипло, пересохший язык едва слушался и ей было сложно говорить, но она очень хотела, чтобы он это услышал. Хотела быть благодарной.
Максим улыбнулся всего одним уголком рта. И эта его улыбка показалась ей такой родной и любимой, что она просто не могла не улыбнуться в ответ.
Она не знала как ей выразить свою благодарность и потянулась к его груди, но он перехватил ей руки. Наклонился к ней ближе и проговорил, как ей показалось, сквозь сжатые зубы, сдерживая себя. Как будто боялся, что она может разбиться.
— Три месяца, детка. Три гребанных месяца, я без женщины….
Он немного помедлил и добавил.
— А всё из-за тебя…. Ни на кого кроме тебя, у меня так не стоит. Ты
Он говорил это грубо, со своей обычной холодностью в голосе, но смысл сказанного вызвал у неё сильный жар. Она покраснела как какая-то школьница, от кончиков пальцев ног до корней волос на голове. Такое интимное признание. Она догадывалась о чем-то подобном, но он не говорил это вслух, и она не смела верить в эту информацию.
— Наташа поможет тебе раздеться и принять ванну, — спокойно сказал он, отходя от кровати. Они сейчас были в его комнате, той самой из которой они когда-то выехали в клуб «Аннабель» — Мне нужно ненадолго отлучиться. Когда вернусь, мы с тобой спокойно поговорим.
— Нет, Максим, не уходи. Пожалуйста….
– она умоляюще смотрела на него. — Я соскучилась.
— Соскучилась? — он посмотрел на неё с горечью. — Если соскучилась, то почему сбежала? Странно ты скучаешь, детка.
Она не ответила, ведь он задал ей логичный вопрос.
— Ты тогда меня обидел, — выдавить эту фразу было нелегко, но она справилась. Девушка не видела, как у него дрогнули мускулы на лице и как побелели костяшки пальцев, сжимающие телефон. Однако она услышала противный хруст ломающегося аппарата, Максим слишком сильное его сжал. Настолько сильно, что экран треснул и пошёл мелкими расщелинами. Ей показалось, что она ослышалась, когда он пробормотал.
— Прости….
— Ты сказал….?
— Ты слышала. Я извинился. Мне очень жаль, что я был таким подонком с тобой. Я не могу обещать, но я постараюсь исправиться. Ей Богу, я сделаю всё для этого.
Он говорил это глядя четко в пол перед собой. До неё только сейчас дошло, что он в принципе, не привык извиняться. Именно по этой причине, его слова были ценными, почти на вес золота. Она не знала, каких усилий ему стоило сказать эти слова. А если бы знала, удивилась ещё сильнее.
— Максим, — девушка смотрела на него, отмечая что за последнее время он как-то осунулся. Выражение лица усталое, темные холодные глаза смотрят болезненно, общий поникший вид. — Спасибо, что спас меня.
— Ты это уже говорила. Это всё?
— Нет. Я…. Можешь посидеть со мной?
— Нет. — ответил он резко, после чего добавил мягче. — Я позже к тебе приду. Тебе нужно отдохнуть, София.
После ухода Соколовского ей так и не удалось поспать. Сразу после этого, в комнату вошла незнакомая девушка, и помогла Софии дойти до ванной комнаты.
После всех её злоключений, девушку по-прежнему немного трясло, однако теплая ванна и последовавший за этим обед, придали сил и немного взбодрили девушку. А когда Наташа принесла ей совершенно новый ноутбук и предупредила, что это подарок Соколовского, Соня была абсолютно счастлива. Долго осваивала новый гаджет, ведь раньше у неё ничего подобного не было. Однако события прошлых дней, не могли не наложить на её состояние отпечаток, и где-то через час, после того, как она полазила в интернете, на неё накатила такая усталость, что девушка почти сразу же вырубилась.