Он бережет твой сон

Кларк Мэри Хиггинс

– Побуду снаружи, пока не прибудет полицейская охрана и сюда, и к вашему дому, миссис Келли, – пообещал О'Брайен.

Билли подождал, пока посторонние ушли, затем медленно произнес:

– Сегодня в метро кое-что со мной случилось. Поначалу я решил, что это была моя собственная неосторожность, но…

Стерлинг наблюдал, как все больше мрачнели лица Нор, Денниса и Шона, пока Билли рассказывал о происшествии по дороге домой.

– Один и тот же парень и толкнул тебя с платформы и вытащил, – категорически заявил О'Брайен. –

Старый гангстерский трюк.

Зазвонил телефон. Билли снял трубку, что-то выслушал, и все краски схлынули с его лица. Затем с трубкой в руке сказал:

– Кто-то очень сожалеет, что толкнул меня на платформе, и посоветовал в следующий раз позаимствовать автомобиль моей матери для поездки в Нью-Йорк.

Глава 16

Через мгновение в вечности, но через неделю по земному календарю Брукс запросил и получил аудиенцию у Небесного совета.

И вот теперь сидел в кресле перед святыми.

– Выглядите так, словно держите на своих плечах все тревоги мира, Стерлинг, – заметил монах.

– Именно так я себя и чувствую, сэр, – кивнул тот. – Как вы знаете, после появления пожарных машин события на прошлой неделе развивались стремительно. Полиция и ФБР убеждены, что Нор и Билли нуждаются в защите до суда над братьями Баджетт. Ожидается, что судебный процесс состоится в ближайшее время.

– Мы все знаем, что этого не произойдет, – сказал пастух.

– Есть ли у вас план сражения? – властно спросил адмирал.

– Да, сэр. Мне бы хотелось немедленно миновать этот земной год, чтобы побыстрее оказаться в месте встречи с Мариссой и начать хоть как-то ей помогать. Ведь пока у меня связаны руки. Желательно получить от вас некие наводящие подсказки, чтобы снова воссоединить Мариссу с отцом и бабушкой.

– Стало быть, не желаете провести еще год на земле? – усмехнулась королева.

– Нет, не желаю, – торжественно подтвердил Стерлинг. – Мое земное время закончилось. С нетерпением жажду помочь Мариссе. Она попрощалась с Нор и Билли всего несколько дней назад и уже убита горем.

– Нам это известно, – прошептала медсестра.

– Изложите свой план, – предложил святой из коренных американцев.

– Дайте мне свободу и власть парить во времени по мере необходимости, а также возможность самостоятельного перемещения с места на место по простому запросу к вам.

– Кого планируете посетить? – поинтересовался матадор.

– Первым делом мамашу Хедди-Анну.

Небесный совет в шоке уставился на Стерлинга.

– Лучше вы, чем я, – пробормотал монах.

– Мама Хедди-Анна мирилась и с худшим, – указала монахиня.

– Боюсь, она появится здесь со дня на день, – заметил адмирал. – Я командовал флагманскими судами в сражениях, но эта женщина, должен признаться, в состоянии легко превратить меня в отчаянного труса.

Все засмеялись. Монах поднял ладони вверх.

– Вперед, Стерлинг. Исполните свой долг. У вас

есть наша поддержка.

– Благодарю вас, сэр.

Стерлинг посмотрел в лицо каждого из восьми святых, затем повернулся к окну. Врата рая настолько близки, что казалось – стоит протянуть руку и можно к ним прикоснуться.

– Пора, Стерлинг,- любезно сказал монах. – Куда вас переместить?

– В Валлонию.

– Как пожелаете, – кивнул монах и нажал кнопку.

* * *

Падал легкий снежок, дул холодный ветер, деревня Кизкек выглядела так, будто не менялась тысячелетиями. Она располагалась в небольшой долине у подножия заснеженных гор, которые, казалось, словно щитом укрывают поселение от внешнего мира.

Стерлинг оказался на узкой улочке на краю деревни. Увидев приближающуюся тележку, запряженную ослом, посторонился и внимательно взглянул на погонщицу. Да это же мама Хедди-Анна собственной персоной, и она везет кучу бревен!

Брукс последовал за ней к черному входу. Хедди-Анна остановилась, лихо спрыгнула, привязала осла к столбу и начала выгружать бревна, энергично укладывая их возле стены.

Когда тележка опустела, отвязала осла и толкнула его в огороженную часть двора.

Ошеломленный Стерлинг последовал за мамашей в каменный коттедж и оказался в огромной комнате с большим камином в центре. Гигантская кастрюля над огнем благоухала соблазнительным запахом тушеной говядины.

В углу, отведенном под кухню, стояли деревянный стол и скамейки. Кресло-качалка располагалось перед телевизором, торчащим посреди, как нарыв на большом пальце. Несколько потертых кресел, тряпичный коврик и поцарапанный деревянный сервант завершали декор.

Стены были покрыты фотографиями двух потомков Хедди-Анны и ее мужа-уголовника. На каминной доске прибиты иконы нескольких святых, очевидно, самых почитаемых.

Пока хозяйка снимала тяжелую куртку и шарф, Стерлинг поднялся по узкой лестнице на второй этаж. Там располагались две маленькие спальни и крошечная ванная комната. Одна спальня явно принадлежала маме. Другая – с кроватками бок о бок – очевидно, где Джуниор и Эдди преклоняли свои невинные головы в годы становления, догадался Стерлинг. Далеко от безвкусного особняка на северном побережье Лонг-Айленда, где они теперь живут.

Кровати были завалены дизайнерской женской одеждой с бирками. Явно подарки от отсутствующих сыновей, и все эти вещи мать нашла абсолютно бесполезными.

Стерлинг услышал слабую трель телефонного звонка и поспешил вниз по лестнице, сразу поняв, что Небесный совет сделал ему подарок, о котором он не смел попросить. «Никогда не думал, что настанет день, когда я смогу понять валлонцев», – подумал он, услышав, как мама просит кого-то прихватить еще вина. Видимо, она пригласила на обед человек десять и опасалась, что не хватит выпивки.