Омут. Книга вторая. Углы

Черкашина Владислава Андреевна

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, - быстро-быстро моргая глазами, как тупая блондинка из кино.

– Почему бы нам не сходить? – обратился ко мне англичанин.

Вместо ответа я неопределенно пожала плечами. После чего мы быстренько проглотили все, что было перед нами съестного, и отправились на репетицию группы, в которой со времен Малюты Скуратова играл Артем.

Среди участников панк-рок банды было приятно узнать суслика-Егора, который заменил выбывшего бас-гитариста. Глядя на них, даже мысль в голову не приходила, что еще год назад они были «ненормальными»,

потому что, простите за тафталогию, выглядели они более чем нормальными и что ни на есть самыми обычными, типичными и в чем-то даже скучными молодыми людьми – в общем, первокурсниками.

Из вечера я вынесла знания о том, что: первое – выдра-Аня кое-что знает об английском языке, второе – Егор и Регина собираются пожениться, третье – подобное желают совершить еще несколько моих бывших одноклассников (Денис и Лизхен – она сама потом подтвердила, какаду-Ванька и хорек-Оксана – мир и любовь им, Деметрий и Моська – а я думала, он умнее). Впрочем, последние два факта можно объяснить тем, что ребята были созданы друг для друга во всех смыслах этого выражения. Ведь если вспомнить историю, они были задуманы по парам – одиннадцать пар. По мере эволюции Природа отобрала наиболее устойчивые способности, оставив полных шесть пар (хотя, нет, пять, Женька скончался на втором этапе). Пять пар и семь человек, которых потом Профессор, что биологически являлся моим дедом, с помощью вакцины превратил в абсолютных людей. Ну, и четвертое – Артем невзлюбил Джея, правда, пока не ясно за что. Почему я в этом уверена? Отвечаю:

– Ну, пока, - я обняла сначала Егора, потом Артема, затем выдру-Аню, все мы стояли у входа в гостиницу.

– Пока, - девушка-выдра торопилась избавиться от меня и кинулась в объятия англичанина, будто им предстояла долгая и мучительная разлука.

– Пока, - бодро промолвил мальчик-суслик, - завтра, надеюсь увидимся. Кстати, помни, у нас в следующую пятницу фест. Чтобы была там, ясно? – многое могло измениться, только не рвение Егора приглашать всех своих друзей и знакомых на выступления группы.

– Конечно, мы постараемся, - ухмыльнулась я своей мысли.

– Не постараемся, а будем непременно, - поправил Егор с напыщенным видом.

Я не удержалась и захихикала – все же некоторые никогда не меняются.

– Увидимся, - сквозь зубы промолвил Артем, протягивая руку Джею, я сразу же перевела фразу.

Все вдруг погрузилось в тишину. Почему все замолкли? Лев-недоросток убрал свою руку, и я поняла, что упустила. От мощного рукопожатия у Джея хрустнули кости. Англичанин выглядел немного растерянным.

– Нам пора, - выдохнула я и буквально втолкнула друга в двери.

– До завтра, - раздался потерянный голос девочки-выдры.

Вот черт! Мы быстро заскочили в лифт. Я нажала на кнопку. Джей внимательно за сим наблюдал и даже не пытался высвободить руку, в рукав которой я вцепилась.

– Что за паника? – непонимающе улыбался парень.

– Твоя рука, - истерично ответила я.

– Фигня, - ответил он, выдернул ее из тисков.

Двери лифта отворились вместе с хрустом косточек. Мы вошли в номер. Джей скинул с себя зимнее полупальто.

– Смотри, все в порядке, - он сжимал в кулак и разжимал перед моим лицом еще минуту назад сломанную руку.

Правда,

я не берусь утверждать, что она была сломана и тем более в каком месте. Но факт остается фактом, если я как-то привыкла к способности своего друга, то привыкнуть к мерзкому хрусту так и не смогла. И вот перед нами встала задачка – мои бывшие одноклассники видели происходящее, и уже я представляла их удивление, когда завтра они не увидят гипса на руке Джея.

– Зачем он это сделал? – недоуменно прошептала я, бессильно присаживаясь на диван.

Напротив меня рухнул неунывающий товарищ, вернее, не понимающий моего шока. Возможно, это из-за того, что последние годы Джей держался подальше от обычных людей. Элинор безумно радовалась тому, что он поехал со мною в Россию, потому что за двадцать лет своей жизни он ни разу не выезжал за пределы Англии. Даже в Шотландии не был, а она-то чуть ли не в двух шагах от него. Электра – прозвище Элинор в узком кругу – считала, что я появилась в их жизни, дабы сделать ее еще разноцветнее. По крайней мере, в жизни Джея красок явно добавилось.

– Артем? – спросил парень.

Я молча кивнула, глядя на столик, где были хаотично разбросаны газеты и журнальчики прямо передо мною. Тяжело найти в Западной Сибири прессу на английском, поэтому часть мы привезли с собой, а другую часть купили с утра на русском языке.

– Не знаю, - промолвил друг, - может, приревновал…

– К кому? – Джей ведь не знал, что между нами вроде бы что-то намечалось год назад, но потухло, не успев разгореться.

– К Ане, - брезгливо передернул плечами он, а я ухмыльнулась.

– А она тебе разве не понравилась? – я продолжала улыбаться, боги, не представляете, что я пережила за этот день на почве ревности, даже с Артемом пыталась флиртовать.

– Шутишь? – абсолютно серьезно удивился Джей.

Облегчено засмеявшись, я встала и рухнула рядом с ним. Парень положил руку мне на плечи, прижимая крепче к себе, но так, чтобы у меня ничего не хрустнуло.

– Неужели ты подумала, что мне могла понравиться какая-та тупая блондинка с полным отсутствием знания моего родного языка? – он потерся носом о мой, прям, как здоровающийся эскимос.

– Ну, не правда, кое-какие знания она все-таки имеет, - сама видела.

– Да брось, ты слышала ее говор? Даже в Средневековье и то лучше крестьяне изъяснялись, - в итоге он чмокнул кончик моего носа.

– Значит, весь день ты играл на моих нервах просто так? – я слегка отстранилась.

– А мисс ревновала? – парень резко притянул назад.

– Ну… - Джей не дал мне договорить, заткнув рот привычным способом.

Вроде бы официально мы вместе уже четыре месяца и неделю. Но до сих пор внутри меня взрывались фейерверки восторга и нежности, когда наши губы встречались в поцелуе. У меня наконец-то появился парень. И пусть он чуточку старше меня… В августе мне исполнилось семнадцать, а ему двадцать. Сами видите, три года не пропасть. Мне даже думается, что это и есть моя настоящая любовь. За время наших отношений я, пожалуй, влюблялась-то всего пару раз. А поверьте мне, такая цифра говорит о многом. Но самое главное, что чувства мои взаимны. Иногда мне кажется, что мы даже мыслим одинаково. Хотя по части телепатии в нашей «семье» Маделин.