Омерта десантника
Шрифт:
– Но он сказал, что Ширвани здесь! – вставил свое слово Федор. – По-моему, это главное. Наши догадки, командир, подтвердились!
– Лопухов и Ветров! Замаскировать трупы! – распорядился Сафронов. – Пять минут – и трогаем.
Между тем к подполковнику подошли ефрейтор Стручков и Алеша Озерин, которые занимались не самой приятной, но необходимой при спецмероприятиях работой – личным обыском трупов.
– Вот, посмотрите. – Старший лейтенант протянул Сафронову два аккуратно сложенных тетрадных листа. – Нашли у их старшого.
Изучив то, что было изображено на больших листах в клеточку,
– Поселок Пионерский, – произнес Максимов, изучая небрежную, но при этом грамотно набросанную схему местности. – Лес, пять км на север… Кажется, вертолетная площадка.
– Не кажется, а точно, – кивнул Сафронов. – Там поляна, как раз под «Ми-24».
– Пятнадцать тридцать, – ткнул пальцем в цифры Максимов. – Через сорок минут.
– Стало быть, – оглядев старшего лейтенанта и остальных бойцов, заговорил командир, – из этой бумаженции следует, что через сорок минут вот в этом самом месте, – Сафронов указал на поляну, служившую летным полем, – должен приземлиться вертолет.
– Выходит, эта команда не разведдозор, – произнес Федор. – Мы еще удивлялись, что они такой крюк сделали. А они шли именно на это «взлетное поле», а вовсе не проверяли тропу к соседней базе.
– Кабы заранее знать, – щелкнул пальцами, не в силах сдержать эмоций, Сафронов. – А эти словечки – выходит, пароль?!
– «Для сокола любая погода летная, – прочитал старший лейтенант Озерин. – Отзыв: сокол не воробей, добычу на лету берет…» Чего же они, – кивнул в сторону укрытых ветками трупов, – на память все это заучить не могли?!
– Они ребята лихие, – произнес в ответ Федор. – Им что чужую, что собственную глотку перешибить – никаких вопросов. А вот с русским языком и зрительной памятью чуть похуже.
– Алеша! – Сафронов перевел взгляд на старшего лейтенанта. – Ты возглавишь разведгруппу! Задание прежнее – провести первичную разведку местности, уточнить координаты базы и местной наркофабрики, затем связаться с авиацией.
Сафронов переглянулся с молчавшим и не участвовавшим до сей поры в боевых действиях капитаном-авиакорректировщиком. Он был придан разведгруппе для связи с подразделением ВВС. Тот тоже молча кивнул.
– А нам с Федором Григорьевичем придется пройтись до этого аэродрома и на этих соколов с воробьями полюбоваться, – убирая тетрадные листы в карман-планшет, проговорил Сафронов. – С нами пойдут – ефрейтор Стручков и… майор Корольков, – кивнул переводчику подполковник.
Не прошло и часа, как Сафронов и четверо его подчиненных уже наблюдали «посадочную площадку», заняв при этом весьма выгодную боевую позицию в яме-траншее естественного происхождения.
– В аналитической группе бригадной разведки мне приходилось изучать тексты, написанные рукой Ширвани, – проговорил Дима Корольков. – Очень похожий почерк.
Сафронов одобрительно посмотрел на переводчика, переглянулся с Максимовым. За долгие годы, прошедшие с тех афганских дней, Дмитрий Корольков превратился из нерешительного, тихого переводяги-очкарика в собранного, крепко сбитого, четко выполняющего команды офицера разведки. Куда-то делись очки – то ли Корольков сделал операцию, то ли поставил линзы.
– Значит, Ширвани послал своих гонцов встретить вертолет? – произнес Федор.
– Последние
Подполковник упреждающе поднял руку. Через мгновение и остальные услышали шум приближающейся винтокрылой машины, а затем над лесом появился и сам «Ми-8» с опознавательными знаками федеральных сил. Он завис над «взлетной площадкой», точно чего-то ждал.
– Была не была, – махнул рукой Сафронов. – Пошли, Дима.
Натянув на лица шапочки-ниндзя, Корольков и Сафронов в полный рост вышли на «взлетное поле». Федор и ефрейтор Сережа Стручков остались в засаде. Впрочем, подбить с земли вертолет было делом не из легких, тем более что гаубиц и ПЗРК [19] у разведчиков ВДВ не было.
19
ПЗРК – переносной зенитно-ракетный комплекс.
Сафронов помахал обеими руками, и вертолет тут же пошел на снижение.
– Для соколов любая погода летная? – произнес в форме вопроса Сафронов, когда из вертолета выбрался среднего роста и средней комплекции человек в спецназовском камуфляже федеральных сил, но при этом без знаков различия.
– Сокол не воробей, добычу на лету берет, – без всякого выражения отозвался он.
Вот так встреча! У Сафронова аж сердце екнуло. Хорошо, что этот «пришелец» не видит его лица, выручила ниндзя-шапочка. Интересно, а Федор со своей позиции увидел, узнал его?! Перед Сафроновым стоял не кто иной, как помощник генерала Шубина. Именно он тогда, в общежитии, допрашивал Надю, помогал генералу проводить «оперативно-разыскные мероприятия». Сейчас шубинский «адъютант» несколько изменился, но в том, что это именно он, у Сафронова не было никаких сомнений.
– Передайте своему командиру, что договор подписан, – произнес «адъютант». – Это лично вам, – протянул он Сафронову и Диме по две толстые пачки зеленых купюр. – Остальные недели через две… Мы не сможем здесь долго оставаться, немедленно свяжитесь с Ширвани.
– В Москву полетит? – стараясь сымитировать местный акцент, спросил Сафронов.
– Получили деньги, извольте не спрашивать лишнего, – жестко отрезал «адъютант».
По прикидкам Сафронова, в вертолете помимо двух пилотов была еще пара-тройка автоматчиков. Ни слова не говоря, подполковник полез в карман, точно хотел убрать деньги и достать радиотелефон. И, ни слова не говоря, рубанул «адьютанта» в солнечное сплетение. Корольков тут же выхватил спрятанный под курткой десантный «АКС» и навел его на кабину летчиков. Федор и Стручков за считаные секунды оказались рядом с вертолетом, держа в руках готовые к бою автоматы…
Прикрываясь согнувшимся от удара «адъютантом», используя его как живой щит, Сафронов рванул в пассажирское отделение вертолета.
– Бросить оружие вперед и выйти! Иначе пристрелю вашего командира, – рявкнул подполковник.
Из пассажирского отделения без лишних звуков вылетели два автомата, которыми обычно были вооружены не военные, а бойцы всяких спецслужб – СОБРа, «Альфы» и др. Затем наружу с поднятыми руками выбрались двое крепких ребят в камуфляже, но, опять же, без знаков различия.