Omega
Шрифт:
– Благодарю, – ответил Майкл пожимая ему руку, и, можно сказать, довольный как ребенок вышел на улицу.
Погода по-прежнему была жаркой, на рубашке выступили следы пота. Достав из браслета линзу, Майкл надел ее на правый глаз. Это был путеводитель: изображение передавалось прямо на сетчатку и в реальном времени, помимо того, что человек видел на тот момент, сбоку прозрачными небольшими
Идя по Иерусалиму, везде он наблюдал похожую картину: огромное количество людей, флаги, торговцы, ароматы разнообразных специй и сантала. Спустя пять минут ходьбы, повернув в очередной переулок, он увидел практически пустую улочку и полноватую женщину, сидящую на стуле. Ее голова была не покрыта, некоторые седые, но больше черные волосы, торчали из уложенной прически. Зато все остальное тело было полностью окутано черной одеждой. Вообще непонятно было, во что она одета, как будто сплошная черная ткань. Ее стул был настолько маленьким, что она сидела чуть ли не на самой земле. Не обращая особого внимания, Майкл неспешной походкой продолжал двигаться в своем направлении. Проходя мимо этой женщины, она схватила его за правую руку. Ее ладонь вроде бы и не сильно сжала кисть, но это заставило его резко остановиться. «Мягкость и сила почувствовалась в одном касании», – позже будет думать Майкл. Он отчетливо успел разглядеть ее лицо. Кожа серо-коричневая, все лицо было покрыто маленькими черными точками, одна из которых на левой щеке, чуть выше середины, была действительно большой и бросалась в глаза. Под карими небольшими глазами выделялись темные мешки, нос был немного округленный, с горбинкой. На вид ей было лет 55. Она посмотрела не него снизу вверх, и сказала тихим голосом:
– Даджжаль.
По выражению лица Майкла можно было сразу догадаться что он ничего не понял. Она чуть больше выпрямила шею, и как будто указывая путь своей головой более громко повторила:
– Даджжаль!
В этот момент она отпустила его руку. Повернула голову
Всю оставшуюся дорогу особо не обращал внимания на старый город, даже не заметил, как уже очутился в новом. Высокие небоскребы, летающие автомобили, которые ввели в эксплуатацию относительно недавно из-за сокращения территорий вследствие наводнений, и все остальные яркие рекламы-голограммы – то, чего не было в таком изобилии в его родном городе, не привлекло внимания.
Иерусалим на то время был одним из самых продвинутых городов планеты, но в сравнении с захватом человеческого внимания, проиграл обыкновенной пожилой женщине. Услышанное слово крутилось в голове Майкла, также поселилась мысль, что за сегодняшний день он так много знакомился, жал руки людям и все немного касались его, и та женщина в том числе. Странные мысли сопровождали его прямо до цветочной клумбы, которая располагалась прямо перед подъездом к отелю. Пройдя во внутрь через охрану и поздоровавшись с персоналом, Майкл сразу увидел Марию. Она была одной из немногих людей, сидевших в огромном помещении за ресепшеном. Большие мраморные колонны приятного бежевого цвета, на которых виднелись черно-белые узоры, как от удара молнии, поддерживали потолок в помещении. Посередине, как и в заведении где обедал Майкл, висела не менее роскошная люстра, а под ней стояли по два кожаных кресла вдоль всего коридора и возле каждых небольшие столики. В конце находилась барная стойка, за которой стоял темнокожий, коротко стриженный мужчина в рубашке, черной жилетке и черной бабочке. Подойдя к Марии, Майкл в первую очередь взял на руки сидевшую рядом с ней младшую дочь.
Конец ознакомительного фрагмента.