Омаранская сага
Шрифт:
— Если кто-нибудь из вас коснется ваших стержней, я уничтожу вас, — ледяным голосом пообещал им Колдрив. Никто не сомневался в его цели, в отсутствии у него страха.
Анахизер снова засмеялся, его слепые глаза пристально смотрели на Колдрива со злобой, как будто они могли направить в него стрелу. — Как вы связались с нами, Саймон Уоргаллоу? Как ты попал в мою цитадель?
— Ты считал себя в безопасности, но Омара разыскал тебя, — сказал Колдрив, медленно выходя вперед. Повелители выводков и Матери выводков отступили назад, но никто из них не попытался поднять удочку.
Бранног
Бранног подавил шок. Это был настоящий стержень! Уоргаллоу никогда не отказывался от него. Но что именно произнес Колдрив? Реплика? На мгновение мысли Браннога вернулись к Золотому острову, к количеству времени, которое Варгаллоу и Колдрив провели в тайне, работая вместе: кто-то предположил, что они работали с кузнецом по металлу?
Варгаллоу видел выражение лица Браннога, но проигнорировал его. Он не взглянул на Колдрива, который жёстко удерживал свою позицию, как ему было велено. Уоргаллоу поднял руку, вытянул пальцы, растопырил их и указал на слуг Анахайзера, которые все еще не видели его. Рука стала очень яркой, так что Бранногу пришлось отвернуться от нее. Сисифер пытался что-то увидеть, но покачал головой. Остальные хранили неподвижность, хотя и заметили руку Варгаллоу.
Анахизер издал резкий рев. — Ты думаешь, что можешь управлять стержнями! Смешно приходить сюда и пытаться сделать что-то подобное», — сказал он Колдриву.
Все стержни ожили, каждый из них горел бледно-голубым сиянием; они слабо гудели в ответ на руку, разбудившую их. Бранног был потрясен дисциплиной и выдержкой Уоргаллоу. Чтобы сделать это здесь, перед порталами хозяина Анахайзера —
Даже сейчас Повелители выводков не смели прикоснуться к стержням, их глаза были прикованы к Колдриву. Оно светилось очень слабо, но интенсивности в нем не было. И все же обман удержал их.
Анахизер что-то крикнул, и произошел резкий взрыв света. Шар чистого белого тепла пролетел над залом, потрескивая, как молния, а стержни яростно светились, как будто расплавленные. Те, кто был в капюшонах, упали от шока. Колдрив упал на колени. Но он снова поднялся на ноги, держа свой жезл так, словно он мог извергнуть огонь. Он больше не мог ясно видеть, его глаза болели от этой вспышки света.
Некоторые из Повелителей выводков увидели, что он колеблется, и схватили свои жезлы, нацелив их на Колдрива, но по-прежнему не используя их для высвобождения силы. Колдрив оставался неподвижным, сохраняя свою иллюзию.
— Возьмите свои удочки! — прорычал Анахизер. — Он не может помешать вам!
Подстрекаемые новыми ужасами, его слуги выполняли его приказ, пока все не взяли в руки свои жезлы. Они стояли лицом к Колдриву, каждый стержень был направлен на него, пылая синим огнём, готовый струиться в него, если ему прикажут. Они чувствовали, как сила стержней медленно вытягивается из них, а их собственный контроль мало-помалу ослабевает.
Уоргаллоу побледнел, его лицо
Анахизер снова взревел в ярости, и еще одна вспышка белого света вылетела наружу и врезалась в стену, рассыпавшись бесчисленными звездами. На этот раз Колдрив почувствовал, как его видение исчезло, потому что перед ним была пустая белая стена огня. В голове у него зазвенело, и он начал покачиваться, но схватил удочку сильнее. Его заставили встать на одно колено, положив свободную руку на пол, чтобы удержать равновесие.
Он не может продолжать атаку, — крикнул Анахизер. — Крепко держите свои силы! Все остальные стержни теперь были направлены на Колдривса, словно прикованные к магниту.
Уоргаллоу взглянул на своего друга, понимая, что он не сможет долго продолжать, что он обречен. Но Колдрив уже открыл путь к триумфу, поскольку Варгаллоу чувствовал, что его жезл начинает овладевать остальными, как и обещал ему Зойгон. Они не оказали ему сопротивления, и таким образом он смог начать ритуал контроля. Он поднялся и так быстро пересек комнату, что Повелители выводков не заметили этого, пока он не встал перед Колдривом, прикрывая его. Он протянул руку, из нее струился мертвенно-синий огонь, и слуги Анахайзера отступили назад, их собственные жезлы заколебались перед ней.
Колдрив рухнул, его стержень выпал из обессилевших пальцев, прокатился на несколько дюймов, прежде чем замер и вернулся к своей прежней тусклой серости.
Анахизер застыл, наблюдая за этой новой фигурой с пустым лицом, с открытым ртом и поднятым кулаком, чтобы выпустить еще больше огня. Но он этого не сделал.
Уоргаллоу сосредоточился на своей задаче, ничего не говоря. Позади него его товарищи разорвали строй, и Бранног повел Оттемара, Келлорика и воинов в зал. Они были в замешательстве, задаваясь вопросом, следует ли им использовать свои мечи против Повелителей выводков, или же против самого Анахайзера. Но мерцающая сила, окружавшая их, сдерживала их.
Безликое существо у портала повернулось к ним с еще одним насмешливым смехом. — Ваши создания силы? воскликнул он. ‘Это все? Это ваш хозяин из Омарана?
Уоргаллоу не хотел говорить, это нарушило концентрацию. Он закрыл глаза на тот факт, что остальные пошевелились, а не должны были. Перед ним Повелители выводков были вовлечены в борьбу, сами не колеблясь, они боролись, чтобы остановить медленную каплю силы из своих стержней в руку незваного гостя.
— Ни один жезл не превосходит другой, — спокойно сказал Анахизер. Это тупик. Вы не можете надеяться победить нас.
Сизифер и Денновия появились позади линии воинов, но Сизифер прорвался сквозь них. Она тихо говорила с разумом своего отца. — Я добавлю свои силы к силам жезла, отец. Используйте силы, данные вам Омарой, чтобы сделать то же самое. Усиление Варгаллоу. Гримандер и Целители тоже сделают то же самое. И если Вудхарт все еще присутствует под нами, он тоже это сделает.
Бранног кивнул, яростно концентрируясь. Он и Сисиффер застыли, бросив в борьбу свои силы. Они опирались не только на себя, но и на ту часть себя, которая простиралась далеко в их линию, к другим Сущностям, подпитывая ее всепоглощающей страстью к выживанию.