Омаранская сага

Коул Адриан

Громко постучал в дверь. Через мгновение он услышал голос Денновии.

— Капитаны приказывают, миледи, — прогудел он. Вы должны открыться.

Дверь медленно открылась, и лицо Денновии, более бледное, чем он помнил, взглянуло на него. — Не могли бы вы быть немного осторожнее?
– сказала она мягко.

Он понизил голос, не задумываясь, мгновенно послушный. Кто мог отказаться от любого приказа этого божественного существа? Неудивительно, что Форнолдур выставил себя дураком из-за

нее. Она позволила ему войти, закрыв за ним дверь.

‘Ты один? она спросила.

— Да, — он озадаченно кивнул. Она, казалось, ждала его.

Ну, он там. Торопиться. Я больше не могу терпеть, когда он здесь.

Зухастер глубоко нахмурилась, проследив за линией ее пальца. Она указывала на толстое одеяло, в которое что-то завернули. Когда он подошел к нему, его нахмуренное выражение сменилось выражением шока. ‘Что это? — выдохнул он, глядя на девушку.

Она посмотрела на него с ужасом, как будто видела его впервые. — Вас не послал Уоргаллоу?

— Варгаллоу? Он в замешательстве огляделся по сторонам, а затем внезапно раздвинул складки одеяла. Лицо мертвого Форнолдура смотрело на него, губы отведены в обвиняющей гримасе.

Зухастер вскочил, вытащив из ножен короткий меч. От чьей руки он умер!» - прорычал он, полный уродливых подозрений,

— Кто тебя послал? — повторила Денновия.

В дверях появилась фигура. Они не заметили, как он открыл дверь и угрожающе встал позади них. Это был Келлорик, и его лицо было таким же холодным, как сталь в его руке. — Я послал его, — сказал он сквозь зубы. — И если ты не сможешь объяснить смерть Форнольдура так, чтобы я был доволен, ты присоединишься к нему в этом дешевом саване.

Внезапно вся каюта осветилась ярким белым светом из-за чего-то снаружи. Воздух затрещал, когда в нем танцевала сила, и все почувствовали, как их волосы застыли. В ослепительном свете в хижине появилась еще одна фигура — мужчина, прятавшийся в углублении дальней стены. Зухастер рефлекторно схватил свой топор и размахивал им и мечом так, как будто собирался напасть на человека без дальнейших церемоний. Но голос Келлорика прорезал воздух, как нож.

Молчи! Это Император или его призрак!

Жгучий свет погас, хотя, казалось, он был с ними целую вечность. Им потребовалось много времени, чтобы приспособиться к темноте.

Оттемар вышел вперед. — Никакого призрака, — сказал он. — Я Оттемар Ремун.

Зухастер поклонился и отошел назад, смущенный демонстрацией оружия. — Сир, прошу прощения. Я понятия не имел-

Келлорик тоже поклонился, но на его лице было ясно видно его замешательство. — На этом корабле царит безумие, — выдохнул он, но не настолько тихо, чтобы Оттемар его не услышал.

Действительно есть», — сказал Император. Остерегайтесь этого. И против необдуманных поступков. Наш враг испытает каждого из нас, как он испытал Форнолдур.

Келлорик

и Зухастер снова уставились на ужасное мертвое лицо, и хотя они увидели упавшего коллегу, они увидели что-то еще, что-то мрачное, темное, ползущее зло.

Высоко над кораблем, кружа в складках ночи, черное воздушное создание наблюдало, как яркий свет внизу погас, словно огонь, потушенный волной. Ветер пытался сбить темную птицу, но она была слишком сильна и небрежно отлетела в сторону. Он видел достаточно. Он летел вперед и вверх, пока в самом сердце ночи не увидел над собой огромную тьму, которая была его целью, безмолвный Полет Теней. Для этого были новости, поскольку потерянный жезл власти больше не пропадал.

12

Порождение глубин

Уоргаллоу созвал специальное собрание, и оно собралось в его узкой хижине на рассвете. Море оставалось спокойнее, порывы ночного ветра утихли, как будто они уже достаточно стали свидетелями поражения иссквелленского войска. Корабль снова оказался в руках Келлорика, Бранног был освобожден вскоре после того, как Избавители совершили свой странный обряд. На палубе и на своих постах команда чувствовала себя неловко, чувствуя, что события ночи имели для них гораздо большее значение, чем кто-либо был готов сказать. Ходили слухи, что Форнолдур мертв, и было много предположений относительно того, как он умер.

Оттемар не присутствовал, когда встреча началась. Варгаллоу сидел с Колдривом, а рядом с ними был Бранног. Руванна осталась с Каменщиками и Землетворцами, хотя Бранног говорил с ней. Келлорик настоял на том, чтобы Зухастер присоединился к нему за столом, и не было никаких возражений.

— Среди мужчин царит тревога, — сказал Уоргаллоу. — Я могу понять, почему. Вчера вечером пришлось воспользоваться жезлом…

— Не это вызвало у людей беспокойство, — сказал Келлорик.

Был стук в дверь. Вошла Денновия, а за ней Оттемар. Девушка не сводила глаз со стола, но Оттемар кивнул Бранногу, удивление которого было очевидным. Колдрив смотрел на это так, как будто это было не больше, чем он ожидал.

— Он здесь с моего согласия, — сказал Уоргаллоу. — Я знаю, что мы планировали на Медальоне, но я хотел, чтобы Империя думала, что мы оставили его позади.

— И ты управляешь Империей? — коротко сказал Келлорик. Колдрив пристально посмотрел на него, словно отмечая его. Келлорик осознавал этот взгляд, сам скрывая свои мысли.

— Нет, — сказал Оттемар. — Но прислушайтесь к его совету, Келлорик. Мы находимся в состоянии войны. Один человек не может править в одиночку. И вы такая же часть команды, как и любой другой. Я завишу от тебя так же, как от Уоргаллоу.

— Тогда почему ты не счел уместным поделиться своей уверенностью?

— На борту судна заразилась болезнь, — сказал Варгаллоу. — И его посеяли наши враги. Что-то, что действует на нас, когда мы меньше всего этого ожидаем, поворачиваясь в нас, как нож…