Ольвия
Шрифт:
— Окружили могилу Ора, — рассказывал взволнованный сотник, и голос его все еще дрожал. — Уже начало светать. Видим — дыра. В могиле… Воины всполошились, но я их успокоил… Сейчас будет вылезать вождь, — говорю воинам, — и не подобает вам быть такими перепуганными… Стоим. Ждем. А Ор не вылезает… Вдруг слышу, кто-то в дыре шуршит… Будто лезет. Сюда. На белый свет… А потом в дыре чихнуло. Я подошел ближе и — чтобы успокоить своих воинов — говорю учтиво: «Будь здоров, великий Ор!..» В дыре — молчание. Я снова подаю голос: «Ор, не гневайся, а выслушай
— И-и… что?.. — весело спросил Тапур, чем очень удивил сотника. — Пожелал ты здоровья Ору… Что дальше?
— А дальше будто зашуршало что-то в могиле и… стихло. Потоптались мы еще немного, а потом я и кричу: «Слушай, Ор! Зачем ты затеял это дело? Тапур тобой недоволен. Ты мешаешь ему спокойно жить. Он хоть и сын твой, но — берегись. Либо сиди в могиле, как сидят все мертвые, либо скажи, чего тебе надо? Если сам не можешь вылезти, пришли своих слуг».
Анахарис умолк, утирая мокрый лоб. Тапур весело посмотрел на него, хмыкнул:
— Гм… Дальше…
— А дальше из могилы выбрались трое… Все в земле, вымазаны, словно духи. На людей не похожи. Воины отшатнулись, да и мне не по себе стало. Но держусь… Спрашиваю тех троих, что из могилы вылезли: «Вы кто такие?» Один из них и отвечает, что они — слуги великого вождя Ора… Я… я привел их в лагерь…
Тапур какое-то мгновение молчал, комкая в кулаке бороду.
— Хорошо, — наконец отозвался он, — приведи их ко мне…
— Слушаю, мой вождь!..
Анахарис вышел и через минуту вернулся с десятком воинов и тремя незнакомцами. Тапур впился в них острым взглядом. Все трое и впрямь, будто духи, вымазаны в земле, волчьи их лица закопчены сажей… Держатся осторожно, настороженно. И — словно бы очень напуганы… И одеты как-то не по-скифски…
— Должно быть, нелегко выбираться из могилы?
Все трое кивнули бородами, и с бород их посыпалась земля.
— Хоть бы землю с себя стряхнули! — сердито упрекнул их Тапур. — Тоже мне, слуги вождя Ора! И как вас Ор терпит на том свете? Так, чего доброго, вы и своего господина в запустение приведете.
Один из троих, высокий, черный, с блестящими наглыми глазами, недовольно буркнул:
— Путь с того света неблизкий. Кроме того, мы очень спешили, потому что Ор велел нам не мешкать.
— Гм… Вы, кажется, и так не замешкались.
Они закивали головами.
— Мы торопились!
— Кто вы? — Тапур внимательно прислушивался к их выговору, и он показался ему подозрительным.
— Мы уже говорили…
— Кто?!! — угрожающе крикнул Тапур. — Я не люблю со слугами долго болтать.
— Мы же говорили… Слуги великого вождя Ора в мире предков, — поспешно ответил высокий.
— Почему вы так скверно говорите по-скифски? У вас что, языки не наши? Или вы и сами, может, не наши?
Сотник Анахарис только теперь понял, почему они сперва показались ему чужаками. Язык… Хоть и говорят по-скифски, но и впрямь языки у них не скифские.
—
Двое переглянулись, а третий, тот, что с блестящими глазами, шагнул чуть вперед и поспешно ответил:
— В мире предков свой язык. А мы там давно, вот и разучились говорить по-вашему… то есть, — быстро поправился он, — по-скифски.
Его спутники закивали бородами: да, мол, да.
— Негоже забывать язык своих отцов.
— В том мире все забудешь.
— Как Ор поживает в мире предков? — спросил Тапур. — Доволен или в гневе?
— Совсем худо Ору у предков.
— Вот как! Почему же это? — Тапур будто бы удивился.
— У вождя кончилось золото, а без него там хоть волком вой. А Ор все-таки вождь, а не какой-нибудь пастух!
— Бедный Ор… — вздохнул Тапур. — Так он вас, верно, за золотом прислал? Неужели ему лень было самому явиться?
— Зачем ему ноги бить, когда у него есть слуги? — ответил тот, с блестящими глазами. — Ор гневается на своего сына. «Что это за сын, — кричит, — который забыл родного отца? Сам живет в достатке, а отец должен прозябать в нищете, как последний бедняк!..»
— И как же это я забыл об отце? — покачал головой Тапур. — Ай-ай!.. Не годится!..
— Однажды Ор сказал нам: «Слуги мои лучшие! Вылезайте из могилы, идите к моему сыну, пусть он не скупится, а передаст мне побольше золота».
— Так и велел?.. — быстро спросил вождь.
— Так и велел, — спокойно повторил тот, с блестящими глазами. — Еще и пригрозил нам не возвращаться к нему без золота. Так что мы должны его слушаться.
— О боги, как изменился мой отец в мире предков! — воскликнул Тапур. — Ведь когда жил на земле, то никому не доверял золота. Ни сыну своему, ни жене. А тут вдруг отправил за золотом слуг… Да еще таких, как вы… ненадежных.
— В мире предков все доверяют друг другу, — поучительно промолвил тот, с блестящими глазами.
Тапур быстро спросил:
— А чем вы докажете, что передадите золото в руки Ора?
— Но мы же возвращаемся на тот свет.
— Хорошо… — погасил Тапур улыбку и зловеще добавил: — Я вам охотно помогу попасть на тот свет. — И внезапно быстро спросил: — А как поживает в мире предков мой брат, вождь Сак? Не гневается, что я похоронил его не в отдельной могиле, а вместе с Ором?
«Какой еще вождь Сак в могиле Ора? — удивленно подумал сотник. — У Тапура не было братьев…»
Но тот, с блестящими глазами, уверенно ответил:
— Твой брат вождь Сак велел передать, что ему очень тесно в одной могиле с Ором. Да и золотых украшений у него мало.
— Гм… — покачал головой Тапур, — придется и для брата передать золото. А больше Ор ничего не просил?
Трое переглянулись, а тот, с блестящими глазами, хлопнул себя по лбу.
— Вспомнил… Ор просил коней. Те, что были у него, совсем состарились и никуда не годятся.
— Бедный Ор… — вздохнул Тапур. — Даже коней лишился… Ай-ай!