Олли Таймон
Шрифт:
– У моря, утес… Где маргаритки. Он думает, я помню?
Он закрыл глаза и представил себе море на закате. Высокий утес и на нем маргаритки среди травы.
Темница погрузилась в тишину и холод. Через час в ней было все так же тихо. Только слышалось, как капает в темноте вода, да время от времени попискивают в подземельях крысы. Никто не услышал ни единого подозрительного звука.
Через два часа, когда пьяный Пир, растолкав сонного тюремщика на посту, понес заключенному еду, он обнаружил, что зачарованные прутья решетки
Глава вторая
Легенды лживы
Олли Таймон плелся больше часа по морскому побережью на запад. За это время ему не повстречалось ни одной живой души. Он наткнулся на пару убогих лачуг, вокруг которых были развешаны обрывки рыбацких сетей. Лачуги, несомненно, принадлежали местным рыбакам. Но выглядели они давно заброшенными. Заглянув в них, Таймон не обнаружил даже протухшей рыбы.
Он двинулся дальше и вскоре приметил едва заметную тропку между скал.
Тропка петляла вокруг камней и терялась где-то наверху. Таймон стал подниматься, внимательно глядя под ноги – отыскивая следы. Следов не было. Никто не ходил тут долгое время.
На самом верху Таймон остановился, оглянулся на море. Морская гладь была светлой вдали, но ближе к берегу темнела, пока у самых камней не становилась прозрачной. На дне прибой раскачивал водоросли, меж которых поблескивали стаи мелких рыбешек.
Выше начиналась трава. Недалеко от обрыва среди травы виднелись руины небольшого строения. Сохранились стены и арка-портик из белого камня. Кровля провалилась, и через нее сияло солнце. Меж стен, залитых солнечным светом, виднелось возвышение вроде алтаря. Вокруг строения росли розовые маргаритки. Таймон присел возле руин на камень и стал ждать.
Он прождал несколько часов, сидя в одной позе, подобно изваянию, погруженный в свои воспоминания. На закате он услышал шаги и поднял голову. Далеко вверху на склоне появился Вейдок. Продравшись через заросли вечнозеленого кустарника, он спускался бодрым шагом. Вместе с ним спускалась вместительная корзина, прикрытая платком. Таймон смерил его взглядом, указал пальцем на корзину:
– Рыба?
Вейдок весело помотал головой, подойдя, поставил корзину на землю рядом с Таймоном. И рядом положил продолговатый сверток.
– Рад тебя видеть, друг Олли.
– Взаимно, – ответил Таймон хмуро. Вейдок усмехнулся.
– Были затруднения?
– Только одно. Я нашел место, которое ты описал мне. Это полторы лиги восточнее отсюда. Впредь постарайся описывать места точнее.
Вейдок пожал плечами.
– Мне показалось, что я назвал тебе вполне сносные ориентиры – море, утес, маргаритки, святилище какого-то забытого бога… Место пустынное, но живописное, согласись.
– Соглашусь со всем, кроме того, что среди твоих ориентиров было святилище, – Таймон достал хлеб, положил на него кусок свинины и принялся есть.
– Ты должен помнить это место, –
– В самом деле?
– Вспомни, это было три или четыре века назад. Каждый год с этого утеса дож, правивший в ближайшем городе, кидал в море дорогое кольцо. Кажется, это был такой ритуал в знак заключения брака с морем. Красивая история. Ты сам мне ее рассказывал.
Таймон поморщился, на его переносице собрались две глубокие складки, верхняя губа приподнялась, и показались клыки.
– Вспомнил, – сказал он. – Ничего в ней нет красивого, Вей, в этой истории. Помню, я тогда приходил туда каждый год. Нырял и ждал глубоко под водой, чтобы присвоить кольцо. Но однажды под водой оказался не я один.
– Да что ты? – удивился Вейдок. – Расскажи!
– Рассказывать особенно нечего. Какой-то шустрый маг решил обогатиться таким же способом. Кольца-то были дорогие.
– И что случилось?
– Ничего хорошего. Бедняга увидел под водой меня и перепугался до смерти. Он всплыл, и там-то его схватили люди дожа. Скорее всего, он был казнен. Что ты на меня так смотришь?
Вейдок хлопнул в ладоши.
– Потрясающая история! Преступление и как кара богов – наказание! Я запишу это, когда мы вернемся в Келдию.
– Не стоит, – ответил Таймон. – Я не помню, так ли это было. К тому же, место не то. Тут слишком мелко. Чем тратить время на пустяки, лучше бы присоединился к трапезе, – сказал он.
– Может, позже, – ответил Вейдок, глядя вдаль. – Мне уже довелось посетить местную таверну.
– И у скорняка ты успел побывать, – заметил Таймон, бросая взгляд на новую одежду друга. Вейдок ухмыльнулся. На нем теперь был алый дублет и короткий треугольный плащ, накинутый на плечи и скрепленный фибулой.
– Одежда на заказ дорога. Мне пришлось продать все опалы и два агата. Получил за них две с половиной тысячи глорий.
– Маловато.
– Получил, надо заметить, с большим трудом. Жадные пошли дельцы! Естественно, не от хорошей жизни они завышают цены. Но я надеялся, что хоть у кого-то из них сохранились остатки совести.
Таймон жевал и на тираду Вейдока не реагировал.
– Ладно, бог им судья, – сказал Великий магистр. – У нас остались только большие камни. Два рубина и изумруд. Олли, признаюсь, мне не хотелось бы их продавать.
– Значит, придется отправиться на разведку, – буркнул Олли, запивая еду вином. – Хочется надеяться, что до зимы успеем.
– У тебя есть на примете место?
Олли пожал плечами.
– Есть одно. Если там не побывали рудокопы, то порядок. Впрочем, если не изменяет память, один из рубинов принадлежит мне. Можешь продать его, когда кончатся деньги.
– Я не помню, который из двух принадлежит тебе, друг Олли, – сказал Вейдок сокрушенно. – Что, если я продам случайно свой? Мне бы не хотелось продавать свои камни.