Олимпиец

Осколков Артур

Не дождется.

—Эй! С кем не бывает, — сочувственно кивнул я и поддел ногой лежащие у ног копье. Шершавое древко удобно легко в руку. Я крутанул его для пробы, довольно кивнул и бросил косой взгляд на врага. — Продолжим?

Монстр презрительно фыркнул.

И правда. Что ему какая-то деревяшка? Отмахнется своей ручищей и все. Прутик сломан.

Собственно поэтому я и не стал изображать из себя древнего гоплита и терпеливо ждать. Во-первых, у меня не было фаланги союзников из миллиона копий. А во-вторых,

я не любил играть от обороны.

Лучшая защита — нападение.

Я разбежался и метнул копье в быстро приближающуюся фигуру. Планировал в голову, но слегка не рассчитал, и снаряд улетел чуть ниже.

Острие копья опасно пропело в воздухе, со громким звоном врезалось твари чуть пониже легкого и… бесславно отскочило в сторону.

Монстр ухмыльнулся.

Нет, не так. Даже остановился на пару секунд. И все ради того, чтобы небрежным жестом смахнуть невидимую пыль с внезапно покрывшейся каменной коркой груди.

Я тихо присвистнул.

— Ага. Ты и так можешь. Что ж, — я подобрал из ближайшей кучи на полу меч и щит. — Повторим?

Ухватив оружие покрепче, я размахнулся еще раз и на этот раз оправил в минотавра меч. Лезвие закружилось в воздухе и с дикой скоростью устремилось вперед.

Он даже не попытался уклониться. Меч пролетел мимо правого плеча, совершил еще несколько оборотов и с размаха врезался в деревянный ящик, где и застрял.

Минотавр презрительно скривился и сплюнул на пол. Затем он сделал еще два шага вперед, на секунду навис надо мной и резко опустил вниз кулак. Он явно рассчитывал расплющить мою голову, как перезрелый арбуз.

Нет, спасибо. Мне голова еще нужна. Я в нее ем.

Танцующим шагом я отступил в сторону, пропуская удар мимо. Замах твари оказался слишком силен, и минотавр против свой воли провалился вниз. Его чудовищная морда оказалась наравне с моей головой. Всего на секунду, но мне этого хватило.

В моей руке, словно из воздуха, появился пистолет. Я направил его твари прямо в глаз и плавным движением нажал на спуск.

Банг! Банг! Банг!

Пули одна за другой отрикошетили от покрывшейся коркой морды. Под камнем не было видно, но я был уверен, что урод ухмылялся.

Его правая рука с чудовищной скоростью рванула ко мне. Я не успевал увернуться или отойти, потому подставил щит.

Бам!

Металл выдержал, но сильно прогнулся. Второго удара он уже не переживет.

Я отбросил ставшую бесполезной железяку в сторону и отступил на пару шагов назад. В пистолете было еще семь патронов, но против его способности… Только время тратить. А больше оружия у меня не было.

Мой враг тоже это знал.

Уродливая, покрытая бородавками морда минотавра расплылась в отвратительной улыбке. До меня донёсся запах гнилого мяса и… дешевых сигарет.

Очаровательно.

— Что, малец? — прогрохотал

он. — Доигрался?

— Вау, — я убрал пистолет за ремень и несколько раз саркастически хлопнул в ладоши. — Ты и говорить умеешь? А то я сомневался. Все рычишь да фыркаешь.

Я наклонился вперед, приложил ладонь ко рту и заговорщицки прошептал.

— По секрету, приятель? Я думал, ты вообще неразумный. Как животное.

— Да как ты смеешь! — оскорбленно прогремел тот и поднял оба кулака над собой, на манер молота. — Я великий Астерий! Потомок самого Минотавра! Я…

— Да, да, — я небрежно помахал рукой в воздухе и наклонил голову в сторону, с интересом изучая быстро звереющего гиганта. — Один вопрос. Почему ты не мычишь? Ты же большая корова, разве нет?

Я с ухмылкой приложил пальцы к голове, на манер рожек.

— Ну давай. Скажи: «Му-у-у-у!».

Тот не ответил. Но по покрасневшему от ненависти глазу понял, что игры закончились. Минотавр впал в самую настоящую ярость и собирался прикончить меня на месте.

Прямо. Сейчас.

Вот только у ярости одна проблема. С ней ты теряешь голову. А также перестаешь смотреть по сторонам.

Потому когда монстр уже готовился опустить свои кулаки-молоты мне на голову, он не заметил, как позади него что-то сверкнуло.

Оставленный в деревянном ящике меч по мой команде рванул назад. Острое лезвие кружилось в воздухе и опасно свистело. Меч провернулся последний раз и… с размаха вонзился минотавру прямо в шею!

Тот захрипел, схватился за горло и тяжело рухнул на колени. Изо рта на пол хлынула кровь вперемешку с багровой пеной.

Он был ранен. Серьезно ранен. Но все еще жив.

Это поправимо.

Я подошел к нему вплотную, поднял пистолет и хладнокровно разрядил все семь патронов прямо ему в морду. Уж это должно его прикончить.

Или… Нет?

— Ах ты ж, скотина живучая, — удивился я. — Ты там бессмертный, или что?

Морда зверолюда напомнила потрепанный коврик. Побитая в мясо, с кое-как свисающими лоскутами кожи. Челюсть и нос были пробиты в четырёх местах, нескольких зубов не хватало, но…

Он сумел прикрыть каменной коркой верхнюю часть черепа и единственный глаз.

А это самое главное.

Астерию было больно. Очень больно. Он выл от ненависти ко мне и дикой, безумной ярости. Но он все еще был жив. И собирался драться дальше.

Я увернулся от его полубезумного удара рукой, но за первым следовал второй. И третий. И четвертый. Казалось раны его только раззадорили. И пусть минотавр потерял в точности, но значительно прибавил в скорости.

Он дико зарычал и слепо шаря лапами в воздухе двинулся прямо на меня.

Меч так и остался торчать у него в шее. Вероятно, зверь побоялся истечь кровью и потому решил не вынимать.