Олимпиада. Дом трех городов
Шрифт:
– Липа, – прорычал напарник, – ты невыносима.
– А что я? – искренне недоумевая, спросила я. – Я тебя не толкала.
– Ты. – начал было маг, поднимаясь. – Нет, ничего.
Проводив его взглядом, я пожала плечами и, медленно поднявшись, продолжила пусть вперед.
– Кто знает, что произошло между Шишем и Липой? – тихо спросила Дина у Эллои и Лиссы, думая, что я их не слышу.
Я приоткрыла глаза настолько, чтобы видеть девушек, но не привлекать к себе внимания. Эллоя оглянулась на меня и, помахав девушкам, отошла в
– Сама в шоке, – пробормотала волшебница. – Обычно нашего вредину даже пинком не выбьешь из равновесия, а тут он просто свалился.
– Ха, – еще тише ответила Дина, – а после все три круга едва ли не сметал других с бревна от злости. Будто ему пропеллер вставили в.
Девушки оглянулись на мага и вздрогнули, видя, что Шишень не спит, пристроившись на свою сумку, а наблюдает за ними.
– Доиграетесь, – прошептала я, – опять чары безмолвия наложит.
Но хоть мне и было жалко подруг, сейчас я радовалась, что на какое-то время избавилась от взгляда напарника.
– Спина чешется. – потершись лопатками о стену, простонала я. – Он там мишень что ли выжег? И чего злиться-то? Сам же мне отворот-поворот дал, а теперь злиться!
Утвердительно кивнув сама себе, я закрыла глаза и отрешилась от болтовни девочек и шума в зале, давая отдых телу перед занятием у Ардуса.
Занятия прошли, как и всегда, но теперь я радовалась своим маленьким успехам и планировала, как буду тренировать простейшие заклинания воды. Я заранее повторила их по конспектам и, по пути обратно в общагу, неторопливо планировала дела на вечер.
– Липа! – Шиш догнал меня и пристроился рядом, взглядом распугивая идущих навстречу студентов.
– Да что? – рассеянно спросила я. – Как думаешь, в какой последовательности Ардус задаст делать водные, а?
– Что? – в свою очередь переспросил маг, тряхнул челкой, вздохнул и произнес: – Так что ты хотела спросить?
– Когда? – Сунув руку в сумку и нащупав блокнот и ручку, я их вытащила, собираясь записать пришедшую в голову мысль. – Ты о чем?
Видя мою рассеянность, напарник тихо зашипел и принялся теснить меня к лавочке у живой изгороди. Быстро переступив по плиткам и едва не споткнувшись, я глянула на свои ботинки и устало взмолилась:
– Шишик, ты чего творишь? Давай в общаге, а?
Маг моргнул, рассматривая меня сверху вниз, а после повторил вопрос:
– Так что ты хотела спросить?
– Ну я просто вдруг подумала, что все мои слова могут оказаться лишь домыслами и наветом на Гедымина, – призналась я. – Тебе не кажется? У нас нет ни одного прямого доказательства, кроме того, что во всем замешан вампир, а Дым слишком много знал.
– Нашла чем голову забивать, – разочарованно протянул парень. – Надзорники взяли твои слова на заметку. И все. Никто не собирается обвинять твоего вампиреныша лишь на основании рассуждений одной очень. очень мелкой ведьмы.
Я насупилась, слыша в тоне молодого человека море яда, и,
– Тебе жить надоело?
– Это тебе надоело, – констатировала я и, мстительно запустив в напарника парочкой мелких, но безвредных проклятий, направилась к общаге.
– Липа, – окликнул маг, – подожди.
– Ну прямо семейная ссора, – фыркнул кто-то позади нас, но я даже оглядываться не стала, чтобы реакцией не подтверждать это заявление.
– Не могу не думать об этом, – уже на лестнице сказала я, точно зная, что Шишень топает где-то сзади. – С одной стороны. Сам посуди, все указывает именно на Дыма. Но с другой, нет ни одного прямого доказательства. Пусть в Надзоре никто и не будет опираться лишь на мои слова, но их же приняли к сведенью.
– Надзор – не детсад на выгуле, – хмуро ответил мне напарник. – В руководстве сидят умные маги и колдуны. Они со всем разберутся. А нам лишь.
– Знаю, – со вздохом перебила я. – Нам нужно быть осторожными и не ввязываться в неприятности.
– Именно, – согласился Шиш. – Для раскрытия дела только это от нас и требуется. Мы.
Мы, конечно, можем мнить себя умниками.
– Ха, говори уже правду, – ехидно фыркнула я, – не щади мою гордость. Ты же не считаешь меня умной.
– Ну. – маг замешкался с ответом. – У тебя есть ряд отличных качеств, которые мне нравятся.
– Но умной я от этого не становлюсь, да? – обиженно простонала я. – Ладно, озвучь хоть три качества, которые тебе во мне нравятся.
Достигнув площадки нашего этажа, я бросила сумку на пол и уселась на нее, внимательно рассматривая мага снизу вверх. Он постоял, склонив голову на бок, а после бросил сумку в метре от меня и устроился напротив, сложив ноги по-турецки.
– Ты не любишь врать, – начал Шиш, пристально меня рассматривая, и я тут же пожалела о своей просьбе. – Особенно себе. Можешь не договаривать, не отвечать прямо, но ты никогда не врешь в глаза. И никогда не отрицаешь реальность. В этой реальности я нравлюсь тебе, а ты нравишься мне, но эти отношения не нравятся моей матери.
От неожиданности я подавилась вдохом и приглушенно закашлялась.
– Еще у тебя есть голова на плечах, – продолжил маг, как ни в чем не бывало. – Ты можешь ввязаться в сомнительное, но никогда не станешь сознательно рисковать.
– Ладно, это понятно, давай другое обсудим, – перебила я напарника.
– Что? – вздохнул Шишень и откинулся назад, опираясь на локти.
– Ты признаешь, что я тебе нравлюсь, – стараясь не окрашивать эту фразу вопросительными нотками, произнесла я. – Ты знаешь, что нравишься мне. Но при этом все упирается в твою маму.
– Да, – согласно кивнул напарник. – Можно, конечно, настаивать на том, что я тряпка, раз не могу идти против родительницы.
– Хм. – кашлянула я. – Вообще-то я понимаю причины.