Олимпиада-80
Шрифт:
А наши герои пошли дальше. Точнее не пошли, а запорхали, как обыкновенно порхают по улицам люди, в душе которых играет чудесная музыка. Если бы было можно, они бы пустились в радостный пляс, и так, вытанцовывая, и передвигались бы по дороге.
И наши герои шли в густой тени аллей, по нагретому асфальту проспектов и возле набережной, где ветер гонит влажный воздух с поверхности реки.
Они шли, делясь хорошим настроением со случайными прохожими, и получая взамен приветливые улыбки.
Опустив голову долу, погруженный в свои мысли, навстречу
Макс узнал его. Это был настоятель храма святой отец Василий. Макс взял у Алены несколько гладиолусов и подошел к нему.
— Здравствуйте, — Макс поздоровался.
Тот поднял взгляд.
— Ах, здравствуй, сын мой, — мягко улыбаясь произнес настоятель. — Я рад что ты нашел себя в этом мире.
Макс учтиво протянул ему гладиолусы.
— Цветы? — немного удивленно произнес священник. — Я так далек от бренного мира, что даже не смогу понять их красоту, я уже давно живу в мире духовном. Но я рад принять от тебя этот подарок и благодарю тебя. Иди с миром, сын мой.
Отец Василий взял цветы и перекрестив Макса на прощание, ушел своей дорогой, все так же погрузившись в мысли.
Алена, потрясенная увиденной встречей, — в Советском Союзе на улице священники попадались не так часто, и еще меньше было тех, кто был знаком с ними лично, — уставилась на Макса.
— А ты откуда знаешь святых отцов? — после некоторой паузы спросила она.
— Просто знаю, — безразличным тоном ответил Макс.
— А ты сам случайно не из этих, а то я смотрю тоже как бы не от мира сего?
Макс непринужденно рассмеялся, нежно поцеловал девушку и взял ее за руку.
— Пойдем, — сказал он.
И они пошли дальше.
Они шли вдоль набережной. Здесь было довольно много людей, тех которые сидели на скамейках в тени деревьев, или тех, кто просто прогуливался по мостовой. Алена остановилась возле высоких перил, ограждающих мостовую.
— Смотри как красиво, — произнесла она, показывая на поверхность воды, искрящуюся золотистой рябью под лучами полуденного солнца.
Так они стояли и любовались этим простым и красивым явлением природы, одним из тех, которые так часто окружают человека. Недалеко от них, также любуясь золотым блеском воды, расположилась молодая пара. Увидев наших героев, широкоплечий молодой человек заулыбался:
— Здравствуй, Максим! — подошел он, приветливо протягивая руку.
Макс обернулся. Это были Сергей и Ирья, приютившие его и спасшие от шайки грабителей.
Алена вежливо кивнула им головой и, вытащив несколько цветов, протянула девушке. Та со счастливой улыбкой взяла их.
Постояв еще и перекинувшись несколькими словами со знакомыми, наши герои пошли дальше.
— А у тебя я смотрю здесь много приятелей, — сказала Алена, когда они отошли подальше.
Макс ничего ей не ответил, и лишь взял девушку крепче под руку.
Проходя через сквер, примыкающий одной из сторон к библиотеке, их внимание привлеки двое
После особо яркого и экспрессивного выпада, один из спорящих, видя нежелание оппонента признать доводы, глубоко вдохнул и отвел взгляд в сторону, в поиске новых средств доказательства своей правоты.
Этим ученым был селекционер, тот самый, которого Макс встретил в Ботаническом саду. Он узнал Макса. Увидев букет в руках Алены, селекционер довольно резво для своего возраста подбежал к нашим героям.
— Добрый день, молодой человек, молодая барышня, — поспешно раскланялся он в ту и другую сторону. — Разрешите мне одолжить один из этих прекрасных гладиолусов.
Не дожидаясь разрешения, он выхватил один цветок и все с той же проворностью побежал обратно, с своему собеседнику.
Алена, видя как ученый показывает гладиолус собеседнику и как увлеченно что-то доказывает, прыснула со смеху.
Но она ничего не сказала, а только лишь задорно посмотрела на Макса.
Они пошли дальше. Время неумолимо приближалось к вечеру. Солнце пекло уже не так сильно, бросая свои косые лучи с небосвода.
Проходя мимо жилого квартала, плотно засаженного исполинами типовых советских многоэтажек, внимание Макса привлек одиноко стоящий паренек. На его голове была широкополая шляпа защищающая глаза от солнца, а сам он печально-одухотворенным взглядом романтика, смотрел куда-то вдаль. Это был Юрий, горе-музыкант, которому Макс помог найти нужные записи.
— Ну здорово, Челентано, — подошел к нему Макс.
Тот обернулся и тут же расплылся в улыбке.
— Макс! Как здорово, что я тебя увидел. А то ты так быстро убежал, что я тебя и поблагодарить толком не успел.
— Да ладно, не стоит, — махнул Макс рукой.
Алена подошла к Юрию и протянула тому несколько гладиолусов.
— Вот спасибо, — расплылся в благодарной улыбке тот.
Простившись со своим знакомым, Макс с Аленой пошли дальше.
Они подходили к «Лужникам»; народу вокруг становилось все больше, стали попадаться многочисленные милиционеры в парадной форме. Все попадавшиеся им навстречу спешили в одном направлении — туда, где скоро начнется церемония закрытия Игр.
— Фу-ух, устала тащить, держи, — сказала Алена, передавая Максу букет цветов.
Освободившимися руками, она взяла своего спутника под локоть.
Неспешно обгоняя прохожих наши герои шли в сторону стадиона. Вот уже показалась нарядная, цветущая площадь. Здесь все дышало праздником. Перед центральным входом толпилось огромное количество народа, стремясь быстрее попасть на трибуны. Контроль сегодня был особенно жесток, поэтому очередь двигалась не очень быстро.
Они завидели невдалеке пару из двух немолодых супругов, которые брели взявшись за руки также, наверное, как и в молодости. Алена быстро выхватила часть букета из рук Макса и понеслась к ним навстречу.