Олигарх-подкаблучник
Шрифт:
Утро получилось и вовсе бурным. Фантик, вернувшийся от Стефаниды Петровны, привык к прежнему сексуальному режиму. И теперь настойчиво приставал к Фатиме. Та отбрыкивалась и шипела, то ли желая показать, что и у нее есть характер, то ли смекнув, что в этой квартире Фантику больше пойти не к кому. И теперь вовсю пользовалась своим исключительным положением, изводя кота.
— Фатима, я тебя не узнаю, — укорила ее Кира. — Ты становишься настоящей стервой.
— Мяу! — сердито огрызнулась на нее кошка. — Не приставай! И вообще, с
— Фатима, ты ведешь себя неправильно. Если ты будешь царапать мужику морду, он тебя тоже поколотит.
И словно в воду глядела. Обозлившись на супругу, Фантик отошел в угол, потом запрыгнул на шкаф, а оттуда неожиданно спикировал на Фатиму, с высокомерным видом шествующую к своей миске. Вряд ли он собирался нанести ей серьезные увечья. Скорей всего, хотел просто попугать строптивицу и показать той, кто в доме хозяин.
Сначала ему в самом деле удалось прижать кошку к полу. Но затем Фатима вывернулась и с неожиданной ловкостью заехала мужу по физиономии. Не привыкший к такому поведению жены, Фантик взвыл и шарахнулся в сторону. Очень некстати на его пути возник столик на тонкой ножке. Столиком этим Кира необычайно гордилась. Его ножка была украшена красивой резьбой, а столешница сделана из кусков зеленого жадеита. И сейчас все это великолепие начало угрожающе шататься и крениться.
Первой на пол со столика рухнула изящная коробочка с рукодельем. Клубки обмотали сражающихся котов, словно веревками. А потом на них посыпалась всякая мелочь, которая лежала на столике. Трубка от телефона, половинка яблока, гель против усталости ног, новогодняя открытка и еще куча разной необходимой в хозяйстве мелочи.
Коты оказались почти совершенно засыпанными. Но Фантик, демонстрируя доставшееся ему от предков коварство, все же умудрился укусить Фатиму за спину. Кошка, действуя по-простому, едва не выцарапала ему в отместку глаз. Они изорвали открытку в клочья, прогрызли гель, который размазался по всему полу и меху животных. А во что превратилась телефонная трубка и половинка яблока, даже смотреть не хотелось.
Кира и не смотрела. Все ее усилия были направлены на то, чтобы утихомирить супружескую потасовку. Конечно, в каждой семье время от времени случаются размолвки и даже скандалы. Но этот ни шел ни в какое сравнение с остальными. Попытка растащить кошек окончилась для Киры расцарапанной ногой. Не то чтобы коты что-то имели конкретно против своей хозяйки, им хватало и друг друга, но она просто подвернулась им под горячую лапу.
— Ах вы, паршивцы! — вскипела Кира, обозревая длинную царапину, которая шла у нее от коленки и заканчивалась высоко под юбкой. — Ну, я вам сейчас покажу!
Она метнулась на кухню, набрала целую кастрюлю холодной воды и, прибежав обратно в комнату, недолго думая, вывернула на головы сражающихся котов целый Ниагарский водопад.
— Вот так! Будете знать!
Фантик издал душераздирающий вопль и сиганул под кровать. Купаться он любил, но не в ледяной же воде! Фатима, которая воды вообще избегала, взлетела по занавескам на карниз, где и устроилась, меряя Киру злым взглядом.
— Еще хотите? —
Нет, кошки больше не хотели. Они забились каждый в свое укрытие и жалобно мяукали. Им было холодно, мокро и очень, очень противно.
— Бессовестные! — ругала их Кира, подтирая огромную лужу на полу и собирая рассыпавшиеся по полу предметы. — Во что вы превратились! Вы же любили друг друга! А теперь деретесь! Что с вами случилось? Как будто бы вас наркотиками напичкали!
И тут Кира замерла. Метаморфозы произошли с одной только Фатимой. Фантик явно и сам недоумевал, что происходит с супругой. А что такого могла налопаться кошка, чтобы ее характер таким кардинальным образом изменился? Или дело не в еде, а, наоборот, в недостатке каких-то витаминов, которых кошке не хватает?
— Фатима! Собирайся! Мы идем гулять!
Это было волшебное слово. Фатима обожала гулять. Она даже соглашалась вышагивать на поводке, лишь бы подышать свежим воздухом и ощутить вкус свободы. Все-таки она очень многим пожертвовала ради Фантика, согласившись жить под его кровом, но в несвободе и бок о бок с его хозяйкой.
Вот и сейчас Фатима, недолго думая, сиганула с карниза.
— Мур-р? — вопросительно произнесла она. — Ты не шутишь?
— Какие уж тут шутки! — вздохнула в ответ Кира. — Пойдем гулять, вдвоем с Фантиком вас оставлять нельзя.
В предвкушении прогулки Фатима безропотно позволила вытереть себя, высушить и запихнуть в переноску. Потом Кира обсушила Фантика. И, посадив его у батареи, сказала:
— Сиди тут и хоть ты будь умником.
Сконфуженный Фантик пообещал, что будет вести себя хорошо. Он так печально смотрел вслед Кире, уносящей Фатиму, что у девушки даже слезы на глаза навернулись.
Знакомый ветеринар, осмотрев Фатиму, лишь покачал головой:
— Все рефлексы у животного в порядке. Температура тоже. На редкость здоровая кошка. Только почему она влажная? Вы ее мыли, что ли?
— Облила водой.
— Вот это зря. В ее положении всякие закаливающие процедуры лучше отменить. Котята появятся со дня на день.
— Знаю, доктор. Дело не в котятах. Она стала жутко агрессивной.
— Она? Вот эта милая кошечка?
Как раз в этот момент Фатиме надоело лежать на столе. И она, недолго думая, цапнула врача за руку. И попыталась удрать.
— Ого, вот это темперамент! — поразился врач. — И что? Теперь она у вас часто такая?
— Да. Все время либо раздражена, либо откровенно злится. А сегодня она устроила драку с мужем.
— М-м-м… Может быть, он повел себя неподобающим образом?
— Как обычно ведут себя мужчины. Но обычно Фатима все сносила покорно. А сегодня надавала ему зуботычин.
— Она… Простите, кому она надавала зуботычин?
— Мужу.
— В смысле вашему мужу?
— У меня мужа нет! — гордо ответила Кира. — Своему мужу!
— Ах, вот как. Ну, тут я ничем не могу помочь. Это проблема не моего профиля. Обратитесь к психологу.
— Разве существуют кошачьи психологи?
— Насчет этого не знаю. Я имел в виду обычного человеческого психолога.