Ольга Яковлева
Шрифт:
«Давай ластиками меняться?»
«А зачем?» — спрашивает Ольга.
Тогда Светлана разжимает кулак. И видит Ольга: на Светланиной ладони лежит чудесный ярко-жёлтый ластик и нарисован на нём бегемот. Ольга его взяла в руки, а он мяконький, упругий. И огромный! Ну прямо как полбутерброда с сыром!..
Ольга про себя вздохнула, но ластик положила назад.
«Я не могу меняться! — она сказала. — У меня же видишь какой».
А у неё-то самая обыкновенная стёрка. Хоть и тоже новая, но самая-самая простая.
«А пускай! — говорит Светлана. — Ничего, Я всё равно… Давай, давай поменяемся!»
Но Ольга сказала:
«Я не буду!»
«Не хочешь, да?»
Светлана стояла с опущенной головой, и Ольга тоже голову опустила. Что делать дальше, она не знала. Но здесь как раз звонок прозвенел, и Светлана побежала к своей парте.
А потом ещё такой случай был — уже на этой неделе, в понедельник или во вторник. Уроки кончились, все пошли строем вниз, а Светлана её взяла за рукав, точно вот как сейчас:
«Хочешь посмотреть фотографии с видами города Лондона?»
«Города Лондона?»
«Да. Там мой дедушка был в поездке в тысяча девятьсот пятьдесят восьмом году».
«Ух ты, в пятьдесят восьмом!» — быстро подумала Ольга. Ведь она только родилась в шестьдесят седьмом. А Светланин дед всё это время, все эти долгие годы, пока она не родилась, ездил в Лондон, а может, и в другие города!.. Стало ей от этих мыслей удивительно и как-то тревожно…
А Светлана между тем уже достала из портфеля продолговатую серую коробочку. В ней лежали… слайды! Такие фотографии на цветной плёнке, оправленные в картонные рамки.
Слайды есть у них дома. Ольгин дядя, Илья, когда приезжал к ним в гости из Братска, фотографировал Ольгу и маму, как они живут в деревне, идут за грибами… А потом он отдал плёнку в мастерскую. Там её разрезали на кусочки и вставили в эти картонные рамки. Получились слайды.
«Их же надо через проектор смотреть», — сказала Ольга.
«Вот и совсем не обязательно! — Светлана поджала губы. — Можно просто на солнце повернуть, и всё видно!»
Она быстро вынула один слайд, подняла его на вытянутой руке — так, что солнце из окна стало проходить сквозь цветную картинку. И Ольга на секундочку увидела незнакомую улицу, полную людей, а сзади какую-то реку и вдалеке высокую острую башню.
«А если ты не хочешь… — Светлана быстро убрала слайды обратно в портфель, — а если ты не хочешь со мной смотреть, то так и нужно говорить…»
Ольга осталась одна в пустом, усталом после уроков классе. Тотчас заметила, что между рядами и под партами валяется несколько бумажек. А доска стёрта плохо: видны хвосты цифр, от слишком мокрой тряпки остались белёсые небрежные полосы. «Хотела она со мной дружить, — подумала Ольга, — а я слишком умная оказалась!.. Теперь уж больше не захочет».
Дружить — хорошо, это Ольга знала. Она в деревне подружилась по-настоящему
В деревне здорово было! Ольга ещё спит медвежьим сном, а девочки уже:
«Оля! Ну, ты скоро? Одни уйдём!» — и улыбаются. (Тогда ещё разрешалось Ольгу Олей звать.)
А летом окошки-то всё время открыты, и Ольга отвечает им прямо из-под одеяла:
«Я даже не завтракала!»
«Да мы взяли! Идём!»
«Я даже не умывалась!»
«Там умоешься…»
И — на озеро! Ольга через окно, чтоб тётка Вера не видела. У Тани лодка своя была — отцова. Они втроём выедут на середину — и завтракать: хлеб, огурцы, картошка холодная. А пить — прямо через борт наклонись… Галка за, края лодки ухватится, ноги расставит и кричит:
«Девочки, вы что? Лодку опрокинете!»
А Ольга с Таней нарочно на одну сторону налягут, чтоб лодку нагнуть, до воды дотянуться.
Хорошо было…
После той истории со слайдами Ольга не надеялась, что Светлана к ней снова подойдёт. И вот вдруг, когда она поднималась на школьные ступеньки, Светлана взяла её за рукав.
Ох, какая минута это была неподходящая! Так Ольге хотелось в школу промчаться первой! Но посмотрела молча на Светлану, себя пересилила и послушно пошла за ней.
Они миновали шумную часть двора, завернули налево, прошли немного вдоль заборчика, за которым был пришкольный участок… А через заборчик этот, словно кипящее молоко через край кастрюли, переваливались огромные буйные кусты. И что там делалось, на пришкольном участке, Ольга не знала. Туда ходили только шестые-седьмые классы да члены специального кружка.
Светлана остановилась, опасливо огляделась кругом. Ни одна живая душа не видела их сейчас в этой отдалённой части двора.
— Пошли! — шёпотом сказала Светлана.
— Что такое? — тоже шёпотом спросила Ольга.
Они прошли ещё шагов пять. Но совсем медленно. Светлана считала штакетины:
— Двадцать семь, двадцать восемь… — тут она несильно надавила на штакетину — получилась дырка!
— Скорей! — шепнула Светлана.
Ольга нырнула в лазейку и тут же налетела щекой на сухую ветку, которая торчала, как деревянный штык.
— Дальше, дальше! — Светлана толкнула её головой.
— Сейчас…
— Скорее, замаскировать надо…
Ольга продралась сквозь кусты и оказалась… на огромном поле, разбитом на множество коротких толстеньких грядок.
Может быть, не таким уж и огромным было это поле, а просто так показалось Ольге после шумной толкучки во дворе, и Светланиной таинственности, и неприветливой тесноты кустов… Ольга до этого каждую секунду чувствовала огненный росчерк царапины на щеке, а теперь забыла про всё, стояла и смотрела, боясь перевести дух.