Шрифт:
Козинец Л. П.
Корпус десантников
Повесть в рассказах
Окт
– Это еще что такое? Очередное вторжение марсиан?
Антон повернул голову в сторону залива, откуда только что прозвучала серия негромких взрывов. Сидевшая напротив девчонка фыркнула.
– Ты зря хихикаешь,- серьезно сказал Ант,- у нас тут отнюдь не в обыкновении производить подрывные работы. Извини, мне нужно узнать, в чем дело.
Он отложил прозрачную папку с документами новенькой, поступающей в Корпус - как ее? Екатерина Катунина, историк. Ну-ну. Тронул кнопку селектора. В кабинет ворвался жизнерадостный голос вахтенного по Корпусу Дени.
–
– Дени, что там происходит? Ваша работа?
– Ну что вы, командор! Мы люди мирные, работаем в основном тихой сапой. Это зоопсихологи шумят. Вы же знаете, они вообще беспокойный народ...
Дени явно собирался всласть почесать язык о зоопсихологах, но Ант решительно пресек это поползновение:
– Они-то тут при чем? Или зоопсихологи решили обучить своих подопечных обращаться с тритолом?
– Да нет. Они все свой дельфинарий расширяют, уже за мысом новые сектора монтируют. Перемычка там какая-то помешала или риф, я толком не знаю. Вот они и рванули. Да все уже, больше не будут. Порядок, командор!
– Ну порядок так порядок. А вообще предупреждать надо, ты же вахтенный.
– Да ну, командор! Пустяковенький взрыв, чего, думаю, ажиотаж создавать, отвлекать начальство от важных дел...
Ант покачал головой и отключил селектор.
– Итак, Катунина Екатерина... как у нас со спортивной подготовкой? О, чемпион Игр Посейдона... Годится. Значит, так. Женщин в Корпусе, прямо скажем, немного, а моя бы воля - и вовсе не было б. Тихо, тихо, не выставляй иголки. Это я просто вслух размышляю, где бы тебя поселить...
– Уже. Я уже поселилась. С вашего позволения, буду жить у Ирены.
– Вот как? И тебя не пугает ее зоопарк?
– Зоопарк? Мне уже успели рассказать о вашей нежной дружбе с Люцифером...
– Сдаюсь. Ну конечно, Ирена не пригласит жить у нее кого попало. Значит, мы приобретаем еще один острый язычок...
Ант шутил, но на сердце стало тревожно. Если Ирена доверительно проболтается своей подруге... будет плохо. До сих пор только Борис Иванович и еще три человека знали о том, каким вернулся год тому назад Ант в Корпус Десантников. Материалы работы медицинской комиссии оглашению не подлежат. Пока большие умы думали, что с ним делать, Ант принял экспериментальную группу десантников в качестве инструктора. Борис Иванович поставил непременным условием полную тайну вплоть до выяснения всех обстоятельств. Единственным ощутимым последствием личного эксперимента Анта стал пока тот факт, что занятия в симуляторе отменили. Так что этой симпатичной девушке не придется мучительно искать выхода из сложнейшей ситуации, составленной бесстрастным компьютером. Ант сумел-таки доказать сомнительность симулятора с точки зрения этики. Но оставалась еще и логика здравого смысла...
Откуда узнала Ирена о жестоком эксперименте, проведенном Антом над самим собой? Это ее секрет. Пока она молчала. Надо надеяться, будет молчать и впредь. А хорошо бы поговорить с ней об этом. Доверительно поговорить, рассказать о всех сомнениях, о том, что в глубине души Ант до сих пор считает, что был прав. Именно поэтому он гоняет своих курсантов, что называется, и в хвост и в гриву, максимально осложняя им учебный процесс.
Екатерина ушла. Антон просмотрел отчеты курсантов о прошлых занятиях, так сказать, "разбор полетов". Затем, решив искупаться, спустился к морю. Сегодня с утра душно, в воздухе висит тяжесть, может быть сильный дождь.
Чуть в стороне от пляжа,
Он подошел к монтажникам. Постояв с минуту, попытался сам разобраться в существе дела, но пришлось спросить:
– Что случилось? Морского змея увидели?
Один из монтажников посмотрел яростно и ответил, едва сдерживаясь:
– Хуже. Морского змея, говорят, хоть кто-то видел, а у нас тут такое, чего и в принципе не может быть...
– А именно?
Вместо ответа монтажник ткнул пальцем в монитор слежения. Ант склонился к экрану, посмотрел и пожал плечами: на мониторе возникали вспышки, мелькали хаотические полосы, разобрать что-либо было невозможно.
– Электроника сбои дает.
– Как это?
– Сам удивляюсь... Черт знает что...
– Да ты успокойся и расскажи поподробнее.
– Нечего особенно рассказывать. Вот строим еще один сектор дельфинария. Ну, обнаружили там небольшую складку дна, что-то вроде оврага, а рядом остатки рифа. Мешали. Рванули. Сразу после взрыва послали на погружение трех роботов - "нереи", слыхал? А они минут пять поработали и... взбесились. Командам не повинуются, возвращаться не желают, а на мониторе слежения - во, сам видишь, какая-то абстрактная живопись. Больше роботов под рукой нет, дали запрос. Это же часа три простоя! Сиди тут, кукуй...
– Да брось ты нервничать. Сейчас я нырну, посмотрю.
– Ну ты резвый. Ты что, думаешь, мы сами нырять не умеем? Но, во-первых, там сейчас видимость плохая - при взрыве со дна поднялись тучи песка и прочий данный хлам. Во-вторых, глубина около тридцати метров, это тоже нешуточное дело. И, в-третьих, находиться рядом с вышедшими из повиновения роботами просто опасно. Зашибут ненароком.
– Что-то не нравится мне все это. А тридцать метров меня не пугают. Так что я пошел, все равно собирался купаться.
Конечно, это было мальчишеством, но... Ант отчего-то встревожился. Действительно, ни на что не похоже - роботы отказываются подчиняться командам!
Стянув через голову рубашку и сделав несколько дыхательных упражнений, он нырнул.
Погружался медленно, по спирали, дважды уравнивал давление в ушах. В прозрачной фиолетовой толще воды ясно выделялось желтоватое облако поднятой взрывами мути. Придонное течение плавно сносило облако в сторону мыса, и можно было различить рельеф дна. Ант разглядел одного из "нереев". Машина лежала на куче обломков мертвых кораллов, беспорядочно двигая манипуляторами. Зрелище, напоминавшее агонию гигантского жука, было жутковатое. Чуть поодаль, над самым дном, словно привязанный, кружился по замкнутой орбите второй "нерей", распугивая стайку прозрачных креветок.
И вдруг, ранее, чем успел понять, почему, Ант резко остановился, насколько это вообще возможно в воде. Он завис в нескольких метрах над коралловым кустом поразительной красоты. Чувство опасности было острым, как внезапная боль. Ант сосредоточился, прислушиваясь к своим ощущениям. Кожу лица, рук, груди покалывало, словно в тело вонзались мириады крошечных иголочек. Что такое? Несколькими движениями Ант продвинулся вперед. Покалывание усилилось, и сразу возникла догадка: радиация. Где-то вблизи находился источник излучения, не очень интенсивного, но достаточного для того, чтобы вышла из строя электроника "нереев". Вот это сюрприз...