Окрыленные
Шрифт:
— Ты смешна! — крикнул он мне.
— Увидимся в два часа. Я принесу тебе ужин, — ответила я, как будто он ничего не говорил.
— Только не суши!
— Тогда остаешься без ужина!
Я улыбнулась, когда услышала его проклятия.
Когда я добралась до подножия лестницы, то обнаружила Дэвона, ожидавшего меня с широкой улыбкой.
— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он приветливо.
— Спасибо.
— Ты знаешь, что он просто попросит меня принести ему что-то кроме суши, верно? — Девон сказал, вытащив
Генри: «Не могли бы вы принести мне поесть что-нибудь, что не пахнет так, как будто его выбросило на радиоактивный пляж?»
Я рассмеялась.
— Что это значит? — спросила я, когда он убрал телефон обратно в карман, совершенно не обратив внимания на текст.
— Я научился ничего не спрашивать у Генри, — ответил он, положив руку на мою поясницу, чтобы помочь мне выйти из дома.
Ливи
— Ливи! — завизжала Морган, когда я вошла в ее палату.
— Эй, красивая девушка. Как у тебя дела? — спросила я, мое сердце защемило в груди.
Провода по-прежнему болтались на ее теле, но носовые канюли пропали, и цвет лица, как мне показалось, стал лучше.
Ее мама встала со стула, спрятанного в углу, и протянула руку для приветствия. Вместо этого я обняла ее.
— Что Вы здесь делаете? — спросила она.
— Я думала о мисс Морган сегодня вечером, — я сжала одеяло, накрывавшее ее ноги. — Поэтому решила прийти сюда и посмотреть, как обстоят дела, прежде чем уехать из города на некоторое время.
— Вау. Это так мило с Вашей стороны. Мы не ожидали увидеть Вас снова. Я рада, что Вы пришли. Морган хотела сказать спасибо за все вещи Генри Александра, которые Вы оставили у медсестер.
— Ой. Это не было проблемой. Генри был счастлив сделать это. Я обещаю, что притащу его сюда однажды. Он не любитель ходить по больницам, кто-то из медсестер не позволил ему съесть все красное желе, — дразнила я.
Морган наградила меня хихиканьем.
— Я сделала для Генри благодарственную открытку. Может Вы… сможете… передать ему от меня? — спросила она нервно.
— Конечно! Ему очень понравится.
Я засмеялась, когда она захлопала в ладоши, как будто был праздник.
— Мама! Принеси открытку!
— Сейчас! — ее мама, чье имя мой измотанный мозг не смог вспомнить, улыбнулась, когда перешла на другую сторону кровати. — Куда ты положила, милая?
— Я положила его между двумя книгами на моей полке, чтобы сохранить блестки от падения.
— Оххххх, Генри любит блестки, — утрировала я с широко раскрытыми глазами.
В тот момент
Ее мама со смехом отошла к другой стороне комнаты. Я нашла взглядом открытку даже раньше нее.
Знакомая переделанная гитара, наполненная книгами, висела на стене.
— Где…, как… — вздрогнула я, когда мое сердце застучало в груди. — Это гитара в виде книжной полки? — спросила я, как будто это оазис в пустыне, который только я могла видеть.
— Ага, — пискнула Морган из кровати позади меня.
Я застыла посреди комнаты от боли в груди, воспоминания переместили меня обратно на середину моста.
— О Господи, — вздохнула я.
— Классно, да? Дядя Сэм сделал это для меня, — Морган болтала, не обратив внимания на мой приближающийся эмоциональный срыв.
— Ливи, — ее мама позвала меня, заставив отвлечься от гитары. — Все хорошо?
— Это… эм… Это сделал Сэм Риверс?
— Да. Господи. Эта чепуха — лучшее из того, что он сделал. Я не думала, ты узнаешь одну из его работ.
— На самом деле… я его знаю. Он показал мне однажды фотографию книжной полки в своем телефоне. — Я прочистила горло, чтобы сдержать дрожь в голосе.
— Вы знаете, дядю Сэма?
— Серьезно?
Они ахнули в унисон.
Я засмеялась, чтобы приглушить слезы, испугавшись, что не смогу больше сдерживаться. Повернувшись обратно к Морган, я наклеила улыбку на лицо. — Мы… мы были друзьями.
— Круто! — Морган вскрикнула.
Когда мой взгляд переместился к матери Морган, на ее лице был понимающий вид.
— Итак… — я смущенно замолчала. — Мне очень жаль. Это грубо, но я не помню Вашего имени.
— О, ничего. Мэг.
— К сожалению, я иногда очень забывчива.
— Не нужно извиняться. — Она наклонилась и прошептала. — Достаточно того, что вы помните о Морган.
— Итак, Мэг, Сэм твой брат?
— О, Боже, нет. Он лучший друг моего младшего брата, Райана. Я думаю, что мы выросли вместе. Знаю этого парня с того времени, когда он был прыщавым подростком.
Даже не могла представить, что Сэм так когда-нибудь выглядел, и это неверие, должно быть, она и прочла на моем лице.
— Я серьезно, — она настаивала. — До этих татуировок он был мужланом. Однако, уверенно взрослел, — она повела бровями.
Я снова засмеялась, а мои щеки покраснели.
— Да, он определенно повзрослел.
— Сэм всегда был хорошим парнем.
Это было правдой.
Я сглотнула и посмотрела на свои каблуки.
— Мир узок. Тебе придется передать привет от меня.
И что я по нему скучаю.
И хочу его видеть.
И удержать его.
И быть с ним.
— Конечно, — протянула она недоверчиво.