Окраина
Шрифт:
– Буду тебя ждать, – кивнула мать.
Она улыбнулась ему и помахала рукой, а он вышел из церкви, пересек грунтовую стоянку и оказался на улице. И опять почувствовал себя запутавшимся и сбитым с толку ребенком. Он понимал, что все это глупо и что между матерью и этим человеком ничего нет, а если что-то и было, то его мать имеет полное право опять почувствовать нежные чувства после стольких лет, прошедших со дня смерти его отца, – но все равно был не в своей тарелке. Тот факт, что его мать знала проповедника до того, как узнала его отца, был просто фактом и не более того,
Грегори направился в сторону центра города и торговой улицы. Ему то ли не хватало времени, то ли было просто лень появиться здесь раньше, поэтому, несмотря на регулярные поездки в продовольственный магазин, первый и последний раз он был здесь в первый после приезда уик-энд во время празднования Дней Меди.
Толпы людей исчезли, тротуары были пусты, и только припаркованные машины да изредка проезжавшие по дороге пикапы или дребезжащий «Форд» говорили о том, что это место еще не окончательно превратилось в город-призрак.
Он шел по разбитому тротуару и рассматривал витрины магазинов – какие-то были открыты, другие закрыты, – которые смотрели на улицу, располагаясь на первых этажах каменных и кирпичных зданий. Букинистический магазин, антикварный, ломбард, ювелирный, мастерская по ремонту обуви, аптека…
В середине квартала, между мастерской и магазином ковбойской одежды, он наткнулся на узкое здание без окон и с темным открытым проходом.
Бар.
Грегори остановился.
Это был тот же бар, мимо которого они с родителями проходили много лет назад, направляясь на молитву.
На секунду он заколебался, прежде чем войти внутрь.
Грегори так и не смог понять, кого он ожидал там увидеть. Враждебно настроенных ковбоев-батраков, сидящих за стойкой? Тех же самых мужчин, которые оскорбляли его отца много лет назад, только постаревших? Он не был в этом уверен, но, когда входил в дверь, его мускулы напряглись.
Ему не к чему было беспокоиться. Бар не выглядел ни угрожающе, ни пугающе. Это была типичная заштатная таверна в маленьком городке. В плохо освещенном заведении находилось всего несколько посетителей: пара сидела в дальнем углу за стойкой и двое помощников шерифа в форме за маленьким столиком.
А еще в нем был Пол.
Его друг сидел на стуле прямо перед кассой рядом с каким-то стариком. Увидев Грегори, он окликнул его по имени и помахал ему рукой.
– Привет, – поздоровался Грегори, подходя. Он присел на стоявший рядом стул. – Не ожидал тебя здесь увидеть.
– Я провожу здесь большую часть своего времени, – ухмыльнулся Пол. – Люблю места, где все называют меня по имени. Пиво для моего друга, – позвал он бармена.
– Нет, спасибо, – покачал головой Грегори. – Для меня немного рановато.
– Так ведь уже десять часов.
– Кофе, – сделал заказ Грегори, улыбнувшись.
Пол повернулся
– Это Грегори Томасов, мой лучший друг с… черт, с детского сада и до окончания школы. Он только что вернулся в город.
Старик повернулся и протянул Грегори высохшую руку.
– Привет. Меня зовут Одд Моррисон.
– Необычное [28] имя, – улыбнулся Грегори.
– А мне об этом раньше не говорили, – сухо ответил мужчина.
28
Здесь автор обыгрывает значение имени «Одд». В английском языке «odd» значит необычный, странный, разный.
Грегори рассмеялся.
– Одд – моя правая рука, – пояснил Пол. – Водопроводчик, строитель, каменщик и человек, который может починить все, что угодно.
– Понял, – сказал Грегори. – Он выполняет разную работу.
– А вы остряк, – сказал старик и отхлебнул пиво. – Или хотите таким казаться.
– Он не любит людей, которые смеются над его именем. Особенно чужаков.
Грегори густо покраснел:
– Простите. Я совсем не это имел в виду. Я просто…
Пол с Оддом расхохотались.
– Узнаю старину Грегори, – заметил Пол. – Все еще боится кого-нибудь обидеть. – Он несколько раз хлопнул рукой по барной стойке. – Да обижай ты его сколько хочешь, ему это по барабану.
– До тех пор, пока я могу в ответ обижать тебя, – добавил старик.
Бармен принес чашку кофе. Грегори поблагодарил его, а Пол постучал пальцем по стойке: запиши, мол, на меня.
Грегори отпил глоток. Совсем не плохо.
– Кстати, все хочу тебя спросить, – сказал он, – разве ты не должен сейчас быть у себя в кафе?
– А тинейджеры на что? – отмахнулся Пол от вопроса. – Да и потом, там сейчас мертвая тишина. Те немногие клиенты, которые у нас есть, появляются или до работы, или в обеденный перерыв. А вот поздним утром в заведение мало кто заходит.
– А по вечерам?
– Да по-разному, – пожал плечами Пол.
Одд приподнял одну бровь.
– В общем, бизнес – полный отстой, – подвел итог Пол. – А знаешь, я ведь хотел открыть магазин здоровой пищи…
– И фреш-бар [29] ? В Калифорнии это сейчас очень популярно.
29
Бар, в котором подают свежевыжатые соки.
– Нет, только магазин здоровой пищи. Но это тоже жуткий депрессняк. Когда стал вспоминать все магазины здоровой пищи, в которых был, я вдруг понял, что не видел в них ни одного здорового покупателя. Это или худые и уродливые извращенцы, или умирающие старики в поисках последнего волшебного средства от старости. Здоровые люди не едят здоровой пищи. Поэтому я открыл кафе. – Пол покачал головой. – Я просто надеялся, что это будет интереснее, чем это оказалось на самом деле.