Оковы прошлого. Книга 2
Шрифт:
В замешательстве я свожу брови вместе и смотрю на него, не понимая, о чем он говорит.
– Забираем мои вещи... куда?
Смущение не идет Куинну. Его поза, руки в карманах брюк. Взгляд, смотрящий прямо на меня, губы, сжатые в тонкую линию.
– Ты останешься у меня.
От шока мой рот открывается, я не верю в услышанное.
– В твоем доме небезопасно, - продолжает он, вынимая руки из карманов и скрестив их на своей широкой груди, язык его тела говорит об уверенности и нежелании слушать какие-либо аргументы.
Я
– Сейчас ты переходишь черту, Куинн. Извини, но я не настолько... беспомощна. Мой дом - это единственное место, где...
– я замолкаю, стараясь подобрать нужные слова.
– Это мой дом. Это единственное место, которое у меня осталось, где темнота до меня не доберется.
Все его тело напрягается, ноздри раздуваются. И в тот момент, когда его жесткая натура отступает, я вижу проблеск боли в его непоколебимой оболочке.
Черт. С таким же успехом я могла бы влепить ему пощечину. Я пытаюсь что-то сказать, дать ему понять, что я не это имела в виду... Черт, я не знаю, что я имела в виду. Да, с Куинном я чувствую себя в безопасности. Но я не хочу чувствовать себя зависимой от этого. Быть зависимой от него.
Ночи, которые он провел со мной, держа мою руку, пока я урывками спала на той больничной койке, вновь всплывают в моей памяти, внезапно и я чувствую себя подавленной. Где бы я ни была, он - моя гавань.
И он меня хочет.
– У меня должно быть что-то свое, - я пытаюсь обратить свои мысли в слова, что только усугубляет ситуацию. Господи, да что такое со мной?
– Ты ведь понимаешь это?
Он делает шаг вперед и с громким щелчком захлопывает за собой дверь.
– Ты понимаешь, что люди, которые похитители тебя вчера, знают, кто ты такая. Как бы мне ни было больно это говорить, но ты должна услышать эти слова, Эйвери. У них не было намерения тебя отпускать. Ты знаешь слишком много, и они не дадут тебе просто...
– Остаться в живых?
Вырывается тяжелый вдох.
– Именно. Но я обещаю, мы решим эту проблему и поставим точку, чтобы ты смогла оставить все в прошлом.
Мне хочется закричать. Может, даже разрыдаться. Еще одна вещь, которую нужно оставить позади. Когда же это кончится? А что если бы я не стала изменять наркотик? «Трифекта» - так человек в маске назвал его. Если бы я просто стояла на своем и отказала ему в этом, он бы убил меня, и все было бы уже кончено. Не было бы нужды бежать. Не нужно было бы бояться.
Больше никаких секретов и никакой лжи.
Правда вертится у меня на языке, мне просто надо исповедаться в своих грехах. Куинн должен знать. Я должна рассказать ему все в надежде, что он сможет найти хоть одну зацепку, чтобы остановить это безумие.
Тем не менее, как и происходит в моей бесконечно ироничной жизни, зазвонил телефон, вытаскивая меня из глубин паники. Я делаю глубокий вдох, чтобы расправить легкие, и смотрю на телефон. На экране вспыхивает имя детектива Карсона.
–
– Слышал, ты взяла отпуск, - говорит Карсон.
– Это правда?
Я потираю лоб, мысли путаются.
– Эм, да. Это так. А что такое?
Несколько секунд тишины, а затем раздается его встревоженный голос: - Черт. Тогда мне нужно знать, с кем контактировать, - говорит Карсон.
– Было найдено еще одно тело. Жертва, которую надо осмотреть...
– Выезжаю, - я все еще прижимаю телефон к уху, направляясь к своему шкафчику.
– Но я думал, ты в отпуске? Эйвери, ты можешь передать это...
– Карсон, - рявкаю я, а затем на мгновение закрываю глаза, пытаясь скрыть раздражение в голосе.
– Я сказала, что выезжаю. На ней есть отметка? На бедре жертвы?
Пока Карсон продолжает говорить о том, что его только что вызвали из юридической фирмы, в поле моего зрения появляется Куинн.
– Дай мне телефон.
Я колеблюсь.
– Зачем?
– Я скажу Карсону, что ты никуда не едешь.
Я стойко выдерживаю тяжелый взгляд Куинна.
– Карсон, пожалуйста, захвати для меня кофе, встретимся через пять минут, - я заканчиваю разговор и поворачиваюсь к шкафчику, чтобы вытащить халат и брюки.
– Я не хочу ничего слышать, Куинн. Дело не в тебе или во мне, мне просто нужно идти.
Он прижимает ладонь к деревянной дверце шкафчика, словно загоняя меня в ловушку.
– Я знаю, - поворачиваюсь к нему, чтобы встретиться с ним взглядом.
– Я знаю, что ты чувствуешь. Просто... Черт.
Он ударяет ладонью по дверце, и я вздрагиваю. Дело не только в его желании защитить меня - ему нужно быть там и делать свою работу, а он не может.
– Тебя не проинформировали о новом теле.
Он бросает взгляд на молчащий телефон, пристегнутый к ремню.
– Я отстранен от дела, помнишь?
– грустная, натянутая улыбка отразилась на его лице. – Итак, еще одна жертва. Еще одна женщина. Вероятно, еще одна проститутка, - Куинн опускает руку, ускользая от моего прикосновения, и я снова тянусь к своему медицинскому халату.
– Думаю, не имеет смысла напоминать, что это может быть очередная попытка выманить тебя.
На самом деле, я вообще об этом не подумала.
– Я буду в безопасности, - я стягиваю юбку, чтобы переодеться в штаны. Куинн отводит глаза, как и всегда, оставаясь джентльменом.
– Ничего такого, чего ты не видел раньше. Совсем недавно, на самом деле.
– Мои слова заставляют его посмотреть на меня, и я подмигиваю.
– Есть правильное время и место, но сейчас не оно, - он приблизился, пока я натягивала брюки на бедра.
– Но это не значит, что я не думаю о тебе постоянно с самого утра, - он хватается за завязки моих брюк и притягивает к себе, его губы оказываются в опасной близости от моих - слишком близко, когда он дергает за них, туго стягивая на талии.