Оковы прошлого. Книга 2
Шрифт:
Глава 15
Фирма
Эйвери
Лимузин останавливается перед отелем «Скайларк». Он красивый и изящный, украшенный тонкой, парящей башней, и совсем не такой, как я ожидала.
Я склоняюсь ближе к тонированному окну, и мой взгляд следует за множеством этажей, мерцающих городскими огнями до самого верха.
– Я почувствовала то же самое, когда впервые увидела это здание, -
Я бросаю на нее взгляд.
– Удивлена?
Она улыбается.
– Совершенно и бесповоротно. Не то, что ты ожидала, не так ли?
Я качаю головой в знак подтверждения, что это совсем не похоже на то, что я себе представляла, когда меня готовили вступить в тайное секс-сообщество. В моем ухе раздается шипение, затем голос Куинна объявляет, что он проверяет связь.
Ларкин прикладывает палец к уху.
– Мы слышим вас, детектив. А теперь, пожалуйста, не отвлекайте нас. Нам предстоит довольно сложное дело и без копа, все время жужжащего над ухом.
– Еще не поздно все отменить и пойти другим путем, - резко отвечает Куинн. Я слышу настойчивость в его голосе и, признаться, глядя на этот роскошный отель, я совсем не уверенна в том, что ждет меня за его стенами... и что будет дальше... я почти согласна пойти на попятную.
– Вы хотите поймать наживку или крупную рыбу?
– спрашивает Ларкин, адресуя свой вопрос мужчине на другом конце канала.
– Вы сами сказали, что, если в дело вмешается ФБР, они ворвутся во всеоружии.
На мгновение воцарилось напряженное молчание. А затем раздался голос Куинна:
– Тебе лучше быть уверенным в успехе операции, Ларкин.
– Пауза.
– Все, чего я хочу, – это затянуть ошейник на шее главаря этой преступной группировки. Сегодня, - добавляет Куинн.
Ларкин оглядывает кабину лимузина, ловя каждый наш взгляд.
– Ошейник? Как бы мне ни нравился полицейский жаргон, давайте внесем ясность, - он щелкает пальцами, и водитель открывает ему дверь. Ларкин выходит и поправляет галстук.
– Ошейник означает нечто совершенно иное в этом мире, детектив.
С этими словами Ларкин протягивает руку и помогает Алексис выйти из лимузина. Карсон опускает свою руку мне на колено, и я поднимаю глаза.
– Вполне нормально, если ты нервничаешь, - подбадривает он меня.
– А ты?
Его глухой смех наполняет машину.
– Я беру тебя в Фирму, а Куинн следит за каждым моим шагом. Нервничать - это сильное преуменьшение.
Мое лицо краснеет. Карсон - детектив, поэтому вполне логично, что он заметил искры, летающие между Куинном и мной. Мы более чем очевидны в своем отношении к друг другу для любого, кто присмотрится.
– Эй, - зовет он, успокаивающе сжимая мою ладонь.
– Помни, если происходящее станет слишком, если ты почувствуешь опасность, просто скажи слово.
– Лимон, - произношу я, и он улыбается. Подобно стоп-слову, это послужит сигналом для нас
– Эйвери, крайне маловероятно, что там мы столкнемся с Альфой лицом к лицу, - он кивает в сторону «Скайларк».
– Мы просто играем свою роль. Собираем информацию.
Я успеваю кивнуть, и затем дверца с нашей стороны открывается. Карсон выходит, подражая Ларкину, когда протягивает мне руку. Я позволяю ему помочь мне выйти из лимузина и действую, как меня инструктировали, признавая Карсона своим Мастером. Я склоняю голову и иду за ним.
Держась за руку Карсона, я с усилием переставляю ноги на высоченных каблуках. Альфа здесь себя не покажет. Нет, как и всякая грязь, что обитает ниже поля зрения, Альфа будет наблюдать за сделками издалека, пока не убедится, что каждая из них заключена. Тогда его сообщники и приведут нас прямиком к этому ублюдку.
И вторая часть нашей команды возьмет на себя руководство операцией. Куинн боится за меня, но идти в Фирму менее опасно, чем работа, возложенная на него. Боль наполняет мою грудь. Я доверяю ему, и я верю, что он лучший. Он будет в безопасности.
В фойе отеля пахнет гардениями и цветами в высоких вазах по всему безлюдному входу. Я держу голову опущенной, когда мы входим в лифт, и, как только Ларкин открывает панель, чтобы выбрать этаж пентхауса, конструкция взлетает вверх. Мой живот покалывает от внезапного движения.
– Вот, - Алексис поворачивается ко мне и протягивает черную атласную маску. Этот аксессуар специально был подобран, чтобы закрыть большую часть моего лица. Натягивая на голову гибкую ленту и опуская маску на мои глаза, она наклоняется ближе и шепчет в ухо без наушника:
– Не стыдись, если обнаружишь, что тебе нравится, когда тобой владеют. Стыдно будет только в том случае, если ты откажешь себе в шансе исследовать эту сторону себя.
Мое сердце с грохотом возвращается к жизни, и я сосредотачиваюсь на своем дыхании. Алексис отстраняется и убирает мои волосы с плеч, осматривая меня.
– Вот так. Теперь ты готова.
У меня нет больше ни секунды на обдумывание ее слов, когда двери лифта открываются в пентхаус. Меня толкает вперед чистое возбуждение, а адреналин обжигает мои вены, когда я каким-то образом нахожу в себе мужество сделать шаг.
В комнате пульсирует низкая, наполненная басами музыка. Ритм вибрирует в моей груди, в то время как все остальные органы чувств заняты восприятием атмосферы. Мерцание свечей, аромат цветочных благовоний. Невозможно держать голову опущенной, когда мне так хочется оглядеться.
Из того, что я могу разглядеть, здесь не многолюдно. Ларкин и Алексис предупреждали, что не стоит ожидать толпу приглашенных, и это не просто постоянные члены организации, скрывающие лица за масками. Это тщательно проверенные и отобранные покупатели для аукциона. Особый выбор Альфы.