Оковы прошлого. Книга 2
Шрифт:
Оккупанты используют наши ресурсы. Но зачем?
Я останавливаю Карсона, прижав тыльную сторону ладони к его груди.
– Вчерашнее слушание о залоге. Что произошло во время допроса?
Лицо Карсона становится напряженным.
– Не было никакого допроса. Черт. Эйвери просила не говорить тебе...
Я скрещиваю руки на груди, пристально глядя на него прищуренными глазами.
Карсон почесывает затылок, будто медленно проворачивая в голове ответы.
– Преступники вышли на свободу под залог. Мэддокс вытащил их по какому-то
Во мне закипает гнев. Все встает на свои места. Во время слушания Эйвери придется дать показания о том, что ее похитили из лаборатории. Мэддокс и его гнусные клиенты рассчитывают, что она этого не сделает, потому что Альфа угрожает разоблачить ее в изменении судебно-медицинского заключения о смерти Вэллса. Может, даже попытается обвинить ее в его убийстве.
– Ты же знаешь, что это не сработает, - говорит Карсон, прерывая мои мысли.
– Судья ни за что не купится на это дерьмо.
В справедливом мире, где у преступников нет судей в друзьях, но мы не можем доверять системе, которая уже доказала свою коррумпированность.
– За преступниками сейчас ведется наблюдение?
– спрашиваю я.
– По крайней мере, двое полицейских, - отвечает он, вопросительно сдвинув брови.
– Ладно. Хорошо. Собери у них всю информацию, а затем оставайся в своем кабинете, пока я не позвоню тебе.
– Без проблем, - он поворачивается ко мне.
– Что ты собираешься делать?
То, что должен.
– Я скоро свяжусь с тобой, - говорю я, направляясь к офису Векслера.
Не прошло и двух дней, а я возвращаюсь к единственному, что знаю. Мне плевать, как это выглядит, даже если каждый человек на этом этаже решит пожалеть жалкого детектива. Я не смогу двигаться дальше без своего значка.
Я стучу в дверь капитана. Когда та открывается, я не удивляюсь, увидев пару федералов внутри, несмотря на то, что надеялся провести разговор с глазу на глаз.
– Капитан?
Он выглядит уставшим. Его седые волосы растрепались, и на нем та же одежда, что и вчера. Жестом он приглашает меня войти.
– Как раз вовремя, - говорит он.
– Заходи, заходи.
Когда я вхожу, двое федералов кивают мне в знак приветствия. Я хорошо знаком с агентом Роллинсом, но женщину с длинными темными волосами слева от него я вижу впервые.
– Со специальным агентом Роллинсом ты знаком. Он очень помог нам в расследовании предыдущего дела о серийном убийце. А это специальный агент Белл.
Она протягивает руку.
– Лена, - представляется она, и я поднимаю брови.
– Да, знаю. Лена Белл. Мое имя звучит, как песня, - она тепло улыбается, когда я пожимаю ей руку.
– Не знаю, что было у мамы на уме, когда она давала мне имя.
Неопределенно и открыто одновременно. Сложная комбинация, но этот агент держится со стилем.
– Вы возглавляете отдел по борьбе с организованной преступностью.
Ее
– Так и есть, детектив. Хорошая интуиция. Именно поэтому я и попросила вернуть вас назад.
Попросила. Я перевожу взгляд на Векслера, ожидая подтверждения ее слов. Судя по его загнанному виду, я бы сказал, что ее просьба вряд ли была вежливой. Капитан усаживается за стол и выдвигает ящик.
– Тебя официально восстановили в должности, Куинн, - он кладет мой пистолет и значок на стол.
Как и Карсон, я пришел сюда с одной целью - бороться за свою работу. Чтобы убедиться, что то, что произойдет дальше, будет в рамках закона. Я бы солгал, если бы не признался, что несколько разочарован. У меня была подготовлена целая речь и все такое, и я до сих пор в полной боевой готовности.
Расслабив напряженные плечи, я тяжело вздыхаю.
– Я ценю ваше доверие ко мне, - это звучит более снисходительно, чем я намеревался.
– Я никогда не терял доверия к тебе, - заявляет Векслер.
– Ты же понимаешь, что я должен сделать тебе выговор. Это было гораздо менее серьезное наказание, чем могло бы быть...
– Но есть более неотложные обстоятельства, чем опасные погони на шоссе, - вмешивается агент Белл.
– В бюро ваши методы, использованные для спасения доктора Джонсон, были бы встречены скорее с похвалой, чем с выговором. Поэтому я убеждена, что вы нужны нам в этом расследовании, детектив Куинн.
Я убираю пистолет в кобуру и засовываю значок в карман пальто. Я пользуюсь моментом, чтобы оценить ощущение от того, что меня восстановили в должности детектива, прежде чем повернуться к агенту.
– Тогда вы знаете мои методы работы, - говорю я, изучая ее реакцию на лице.
– Мы с напарником работаем вдвоем.
Должно быть, она так же искусна в распознавании реакций, как и я. Как бы ни было трудно сделать это заявление о Сэди - открыто поддержать ее, подтвердив мои худшие подозрения, - я сделал это с холодной уверенностью детектива, которому нечего скрывать. Агент сохраняла полное спокойствие.
– Хотя бюро склонно следить за тем, чтобы дела шли по плану, - произносит она, сокращая расстояние между нами.
– Я понимаю, что у каждого из моих агентов есть свои собственные навыки, свои методы, которых они придерживаются.
Я смотрю ей в глаза, осознавая неловкость, которую наше противостояние создает для двух других мужчин в этом офисе.
– Я не один из ваших агентов.
Теперь ее губы дергаются. Появляется небольшая улыбка.
– Это не значит, что мы не сможем сработаться с вами, детектив.
Я должен спросить, что ей нужно от этого отдела. Она, очевидно, требует сотрудничества со стороны моей команды, и это единственная причина, по которой я был восстановлен в должности. Ей нужно, чтобы я загнал офицеров в угол, выстроил их в очередь и поднял на борт. Работая под ее командованием.