Око ворона
Шрифт:
Майри качнула головой.
– Ни за что!
– Сначала выслушай меня, Майри! Он же не такой, как те, другие! Этого призраками Линкгрейга не напугать. Риск слишком велик! Пропусти его, умоляю!
– Ни за что, – упрямо повторила девушка.
– Мне сказали, этот человек опасен, – не отступал Кристи. – Из Эдинбурга дошли слухи, что он послан сюда на службу Тайным советом!
Тонкие пальцы Майри судорожной хваткой вцепились в поводья. Послан на службу. Значит, это не простой гонец. Тем лучше. Больше шансов, что именно этому человеку
– Что тебе о нем известно?
– Из наших. Прославился ночными набегами. Больше ничего не знаю, – коротко бросил Кристи. Майри усмехнулась. Слава о ночных набегах шлейфом стелилась за каждым вторым из местных шотландцев. Приграничные холмы и долины кишели ночными грабителями, большинство из которых – Майри это усвоила с детства – днем были честными и добрыми людьми, а при луне превращались в благородных разбойников с большой дороги, не дававших спуску врагам.
– Прославился, говоришь? Неужели так же, как со временем прославится наш Дьявол Кристи? – поддразнила она юношу, успевшего за ловкость и бесстрашие получить от сородичей лестное прозвище.
Он ухмыльнулся.
– Почти так же, Майри Макрэй! – поправил ее Кристи и снова нахмурился. – Но дело нешуточное. Если тебе дорога жизнь – оставь этого гонца в покое.
– Мне дорога жизнь брата, – твердо отозвалась девушка. – И тебе, уверена, тоже… ведь Айан – муж твоей сестры, Кристи! И отец твоего племянника! Я и приехала для того, чтобы позаботиться о брате. Других дел на границе у меня нет, сам знаешь. И дом мой – не здесь, а в горах, в родовом замке Макрэев.
Юноша молчал, сквозь стену дождя вглядываясь в изгиб размокшей дороги.
– Смотри! – Он вдруг выбросил вперед руку. Майри подалась вперед, прищурилась.
Широкоплечий, очень высокий всадник в плаще с капюшоном, полностью скрывающим лицо, пустив гнедую лошадь размеренным, спокойным аллюром, двигался по дороге в сторону Линкрейга. В посадке головы, в напряженной позе всадника Майри уловила усталость и решимость одновременно. Сам факт, что этот человек, несмотря на ненастье, не заночевал в таверне, а рискнул продолжить опасный путь, говорил о его несгибаемой воле. Он так просто не сдастся.
Но и она тоже!
– Наконец-то! – воскликнула девушка, скрывая под напускной бравадой поселившийся в сердце страх. – Ты только взгляни на него! Один-одинешенек, промокший до нитки; едет медленно и осторожно, точно дряхлая старуха. – Майри подтянула поводья. – Оглянуться не успеет, как призраки Линкрейга отнимут его драгоценные бумаги и… фьють! Ищи ветра в поле! А он даст деру, как и все остальные.
– Твоими бы устами… – буркнул Кристи.
– Слушай-ка, Дьявол, не хочешь – не надо. Сама справлюсь! – Натянутая как струна, Майри не спускала глаз со всадника, уверенно и неуклонно двигающегося по узкой ленте дороги.
Холодок отвратительной дрожи вновь прокатился по позвоночнику. Роковое предчувствие вернулось стократ сильнее. «Судьба!» – подумалось
Неужели тот самый? Не может быть! Айан описал всадника, который будет скакать в ночи, презрев грозу и ливень, и звать ее… А этот гонец просто едет в Мидл-Марч по приказу Тайного совета, и ему нет дела до Майри или Дьявола Кристи… Он даже не догадывается, что с вершины холма за ним наблюдают призраки Линкрейга!
Дрожь не проходила. Всему виной холод, сырость и многодневная усталость, убеждала себя девушка. И только. Она расправила плечи, сделала глубокий вздох.
Плевать, опасен этот гонец или труслив, как все предыдущие. Для Майри было важно одно – везет он гибельный для Айана документ или нет. Если везет… то вручить начальнику Мидл-Марча не должен!
Сердце ее зашлось в бешеном ритме, руки онемели, сжимая поводья. Ледяные струи дождя хлестали по лицу, ветер рвал с головы капюшон, но Майри упорно следила за всадником, а тот все приближался. Неумолимо. Беспощадно.
Роуэн чихнул и выругался, натягивая капюшон и сгибаясь под напором ветра и косого дождя. Плащ его насквозь промок; неприятно холодные ручейки струились по щекам и подбородку, просачиваясь сквозь плотные завязки на шее. Кожаный жилет, холщовая куртка и вся остальная одежда напитались водой; да что там одежда, если даже в сапогах при каждом движении противно хлюпало.
Едва отъехав от таверны, он снял шлем – монотонный стук капель по металлу буквально сводил с ума. В очередной раз дернув за край широкого капюшона, Роуэн впился взглядом в мутный полумрак.
Проселочная дорога превратилась в длинное узкое болото, окрестные долины – в опасную топь. А тут еще и не видишь дальше собственного носа, со злостью думал он. Не хватало только, чтобы Валентайн поскользнулся и сломал ногу! Почувствовав, что дорога пошла в гору, Роуэн еще сильнее натянул поводья.
Все изгибы дороги, все подъемы и спуски он раньше знал как свои пять пальцев – сколько раз проскакивал их ночами в любую погоду, даже похуже сегодняшней! Но ведь за три года много воды утекло, многое изменилось. Хорошо бы добраться до Блэкдраммонда засветло, но с такой скоростью на это надежды нет. Пути еще часа два, а темнота сгущается с каждой минутой!
Он снова выругался. И еще раз – грубо, во весь голос; просто для того, чтобы выпустить пар. Стало немного легче душе, но не телу, по-прежнему страдавшему от холода, сырости и усталости.
Одна радость – ночным разбойникам эта погода тоже не по нраву, размышлял Роуэн. Тихими лунными ночами в здешних долинах то и дело пересекались пути целых кавалькад англичан и шотландцев, подгоняющих украденные у соседей стада. Роуэн и сам нередко был участником ночных набегов, как, впрочем, все мужчины из Блэкдраммонда, поколение за поколением. Но столкнуться с грабителями на скользкой дороге ему совсем не хотелось.