Окно в Европу
Шрифт:
– Твои законы слишком жестокие, Дим… Подумай, может, стоит сделать их помягче?
– А смысл? Мы тут же получим больше нарушителей. А так лантирцы знают, что нарушить закон они могут, но если попадутся, то наказание будет максимальным.
До классической судебной системы мы все ещё не добрались - по каждому зафиксированному часовыми или дружинниками нарушению решение выносились или главой рода, или соответствующим гражданским Кругом, или, в особо сложных случаях - общим собранием всех ветвей власти. Пока это работало, и вводить отдельных судей, прокуроров и адвокатов я не спешил - слишком много путей для махинаций это откроет. Обвиняемый мог оспорить приговор, и обратиться за справедливостью к Кругу Энноев или ко мне лично, этого права
Для судебных собраний построили отдельное вместительное здание, правда, пока довольно редко использующееся по прямому назначению. Внутри установили ряды лавок для заинтересованных людей, большую клетку для задержанных и помост для временных судей. На стенах, между окнами установили щиты с выжжеными на них кодексами законов - семейным, уголовным, трудовым и административным.
– Зато строительство здравницы стало прекрасной идеей!
– Идея прекрасная, но исполнение не очень - я сильно ошибся с расчетами. Ее нужно будет скоро перестраивать, здание с зелёным крестом вышло слишком маленькое даже для населения в тысячу человек. А у нас сейчас сколько?
– Две тысячи пятьдесят шесть. Три дня назад родились близнецы, тоже девочки, как и у нас!
– Вот и я о том же - как только достроим вторую защитную стену, займёмся возведением нескольких корпусов новых здравниц - особенно важен изолятор для подхвативших инфекцию, кабинет подбора очков, операционная и перевязочная для получивших травмы.
– Старики тебя на руках готовы носить за эти “очки”... Жаль, что стекла для них очень долго делаются!
– Эрика, разве неделя - это долго? Круг Мастеров обещал ещё пару станков сделать, скоро Дерг начнет разные линзы про запас изготавливать. Он уже двоих учеников взял, с обеспечением стариков очками теперь точно справятся. А ведь линзы - это не только очки, с их помощью можно увидеть микробов, тех самых “невидимых злых духов, живущих в грязи”. Жаль, у меня хрусталя почти не осталось, а наше стекло для микроскопа мутноватое… Отпустишь мужа в Крым?
– Я бы и сама с тобой сходила, но детей пока не на кого бросить… Отпущу, не волнуйся - вы все этот поход уже несколько лет планируете!
– Планируем мы поход за море, Крым станет только одним из этапов. Ладно, это все дела будущего… Что у нас на завтра запланировано?
– Утром нас ждут селекционеры, а вечером - общее собрание. Будете обсуждать строительство пятой НУТ?
– Да, нужно начинать тянуть линию поселений к угольному карьеру. И готовить места под следующие узловые точки, на следующий год попробуем заложить сразу две НУТ и закрыть это направление.
– А потом куда? К солёным озёрам?
– Вряд ли, они слишком далеко… Скорее всего, вплотную займёмся первой кольцевой магистралью, места под НУТ там давно подготовлены, все тропинки проложены, только людей не хватает. Сама знаешь - желающих перебраться на новое место немного. Цепочка поселений на западе, проложенная к месторождению железной руды, все ещё недалеко ушла по комфорту от лагеря охотников…
К сожалению, это было правдой - три из четырех НУТ до сих пор представляли собой укрепленные рабочие поселки, состоящие из юрт. Только в первой успели построили шесть нормальных домов, где и поселились молодые семьи. Из всех благ цивилизации в наличии были только колодцы и столовые, торговые точки поставим только в этом году. Ничего, со временем все наладится, главное - сохранить существующий прирост населения. Тогда у меня хватит людей, чтобы оживить эти спрятанные за высокими стенами анклавы лантирцев, и они заработают в полную силу.
Даже сейчас количество выплавленного чугуна и железа в отстроенном на новом месте штукофене каждый год возрастало на двадцать-тридцать процентов, и то только из-за нехватки кокса. Так, за двадцатый год новой эпохи выплавили больше шестнадцати тонн чугуна и пяти тонн низкокачественной стали. Это стало возможным благодаря механизации качания мехов - теперь их приводили
Чугун медленно накапливался, и большую его часть со временем я планировал потратить на строительство праобраза доменной печи - блауофена, точнее его внешней обшивки. Но до этого нужно было сначала освоить дополнительный подогрев вдуваемого воздуха, изготовление длинных труб, рекуперацию доменного и коксовых газов, подобрать внутреннюю футеровку, способную долгое время выдерживать очень высокую температуру. Проблем на этом пути вставало столько, что на поиски их решения уйдет не один десяток лет, и это даже зная, в каком направлении двигаться…
– Нужно продолжать строить дома нового образца только в НУТ, и молодые семьи сами туда переберутся. У нас больше трехсот семей в очереди!
– Эрика, полностью останавливать строительство в центре нельзя - люди такое решение не примут, Лантирск обязан постоянно расти, и этот рост должны видеть все… Но твоя мысль мне нравится, думаю, треть… нет, даже половину запланированных индивидуальных домов мы теперь заложим именно там.
– Только не говори, что это моя идея, хорошо?
– Боишься косых взглядов из-за принятия непопулярных решений? Не волнуйся, проведу это как волю вождя, моего авторитета для этого хватит.
– Спасибо, Дим!
– Да не за что, мне не трудно… Пора Ярика с Тимкой спать укладывать, время уже позднее. А то завтра утром их не добудишься.
Встав из-за стола, подхватываю обоих младших сыновей на руки, вода на печи уже нагрелась, сейчас купаться - и спать!
Утром тридцатого марта началось ежегодное собрание селекционеров, в составе десяти взрослых и стольких же подростков-учеников. Мы с женой тоже присутствовали, я - скорее как почетный глава, а Эрика - как приглашенный секретарь-летописец.
...
– Главными достижениями прошлого, двадцатого года новой эры стали получение тритикале, крупной земляники и выращивание грибов на пнях. Сейчас Лантирск уже выращивает половину потребляемой еды самостоятельно!
Докладчица с удовольствием выслушала вполне заслуженные аплодисменты собравшихся, и стала рассказывать об успехах сельского хозяйства.
Похвастаться действительно было чем - прежде всего у нас появились первые, едва обозначившийся породы животных. Во-первых, каждое новое поколение, выросшее рядом с людьми, отличалось гораздо более спокойным характером. Во-вторых - оставляя для размножения самых крупных животных, мы закрепляли эти признаки в их потомках. Так, четвертое поколение жеребят, выросшее на обильном питании, выгодно отличалось от своих диких сородичей размерами, и я надеялся, что прибавка в весе у взрослых животных будет не меньше пятидесяти килограмм. Практически такая же ситуация была и с ослами, некоторые из которых сравнялись размерами с лошадьми, и, уступая им в скорости, значительно превосходили последних в силе. Набрали вес и свиньи, кабаны уже достигали полутора центнеров, составив достойную конкуренцию привозимой охотниками добыче. Козы подросли совсем немного, но тут отбор шел прежде всего по увеличению надоев. С оленями и турами пока особых успехов не было, кроме значительно увеличившейся численности стад.
Молока у нас теперь было целых пять видов - к привычному козьему добавилось коровье, и небольшое количество кобыльего, ослиного и оленьего. И если само молоко пили в основном дети, то экзотические сыры, кефиры и ягодные йогурты стремительно завоёвывали популярность.
С мамонтами было все сложно, полностью одомашнить их не получалось - Бинб’о и Дамб’о так и остались рядом с городом, но сохраняли за собой независимость и могли в любое время уйти в степь и увести за собой стадо. С их потомством ситуация постепенно улучшалась - с детства привыкшие к людям, мамонтята сохраняли это отношение и в дальнейшем. За это время родилось ещё четверо лохматых малышей, и они уже были совсем ручными.