Окно на Марс
Шрифт:
Мария сделала шаг вперед, затем другой. Окно притягивало ее, как магнитом. Вот оконная рама стала уже выше головы. Она потянулась к нему и прильнула лицом к стеклу.
***
Надежда, которая в это время изучала инсталляцию из полиэтиленового мусора, оглянулась к подруге, чтобы поделиться с ней увиденным.
Машки на месте не оказалось.
– Не поняла…– пробормотала Надежда.
– Маш, ты где? – она обошла окно по кругу. Сначала в одну сторону, затем в другую. Подруги не было.
– Чудеса в решете, – только и нашлась, что сказать.
– Слушай,
Подойдя вплотную, она решила высунуть наружу голову. А вдруг, что-нибудь произойдет? Проделала это несколько раз, но чуда не случилось. Подруга так и не объявилась.
***
А что же Мария… С ней произошло такое, о чем она будет рассказывать своим детям и внукам, как приключенческую историю. Правда, поверят ли они ей? Кто знает?
Когда она прислонилась к стеклу, пространство вокруг нее завибрировало и сгустилось в центре, создав крутящуюся воронку. Она почувствовала, как ее затягивает в эту манящую таинственную вакуумную трубу.
Конечно, она очень испугалась. Однако, привыкнув принимать с достоинством все передряги судьбы, она перестала сопротивляться неизбежному. Закрыв глаза, она почувствовала, как ее тело стало гуттаперчевым и устремилось вперед по изгибам трубы.
Не успев, как следует сообразить, куда ее несет, она уже оказалась по другую сторону окна.
Только, окна ли? Оказалось, что она стоит спиной к двери.
– Что за…– начала она и замерла на полуслове.
Мария огляделась кругом, и волосы на голове встали дыбом. Она подняла руки к глазам. Удивительно, но, вместо обычного платья, она одета в светло-серебристый скафандр, а на голове у нее – шлем с солнцезащитным забралом.
Местность перед глазами оказалась не менее интригующей и удивительной. Вокруг простиралась красно – кирпичная пустыня с нагромождением каменных валунов.
Если бы у нее была возможность проснуться, Мария это и сделала бы.
Но, она не спала, а оказалась в мире, ей неизвестном. После перелета по вакуумной трубе, у нее болела голова и страшно хотелось пить. За глоток воды она отдала бы сейчас полцарства. Но царства у нее не было, так же, как и воды.
Значит, нужно что-то делать. Она не привыкла раскисать. Наоборот, в критических ситуациях, у нее просыпался дух упорства, граничащий с упрямством.
– Раз я оказалась непонятно где, значит нужно попытаться узнать, где я?
Оглянувшись на дверь за спиной, она сделала первый шаг по незнакомой местности. Удивительно. Этот шаг ей дался легко. Она даже слегка взлетела, почти не чувствуя своего тела. Поняв, что с весом здесь лучше не шутить, она подняла, для утяжеления, небольшой камень.
– Ну, что же, теперь вперед! – скомандовала она себе и она потихоньку двинулась, к отличающейся по цвету, небольшой горе. Почему-то, она ей показалась значимым объектом, обогнув который, она сможет определиться на местности.
В непривычных условиях,
Однако, до горки все еще оставалось далеко. Видимо, здесь действовали другие масштабы измерения и понятия дальности. Из-за искажения времени-пространства, предметы, сначала, казались намного ближе, чем в действительности.
По пути Мария оглядывала унылый ландшафт. Перед ней расстилалась ничем не примечательная, каменистая местность, окрашенная во все оттенки кирпично- красного цвета. Мелкие камни, которые она невзначай пинала по дороге, сначала подлетали вверх, а затем отлетали далеко вперед.
– Когда бы я еще в футбол поиграла? – пришла ей неожиданно на ум веселая мысль.
Но она оборвала сама себя, запретив радоваться.
– Машка, ты понятие не имеешь, где ты? Почему, именно ты? И сможешь ли отсюда выбраться? А ты радуешься, как какая-нибудь девчонка. Смотри лучше под ноги и по сторонам! – приказала она себе сурово.
Последние несколько метров, до темно- бордовой горы, она преодолевала с трудом. Пить хотелось так, что, язык распух и с трудом помещался во рту.
– Вот так геройски (или не геройски) погибают жители планеты Земля в засушливых условиях… – тут она задумалась, потому что в «засушливых условиях» чего, Мария знать не могла.
Пока она придумывала жалостливый заголовок к статье о своей гибели, она не заметила, как наступила на круглую металлическую пластину, похожую на канализационный люк. А когда заметила, то было уже поздно.
Пластина неожиданно съехала в сторону, открыв в своих недрах черный, непроглядный зев. Она хотела отпрыгнуть в сторону, но из-за слабости и усталости ей это не удалось.
Черная манящая пустота, словно притянула к себе Марию, и та шагнула в неизвестность. Как и в предыдущий раз, ее тело снова почувствовало все «прелести» нового тоннеля, с одной лишь разницей, что вокруг ничего не было видно.
– Да что же это такое? Одни тоннели и крутые виражи за сегодня! Закончится это когда-либо? – мелькнула у нее возмущенная и запоздалая мысль, которая перебила всякое ощущение страха.
Сколько продолжался новый полет, Мария не могла представить. Главное, что в тоннеле отсутствовали острые углы и выпуклости- вогнутости. Если бы она еще знала, куда летит, то выразилась бы, что, из пяти баллов, спуск можно оценить на твердую четверочку. Она даже немного расслабилась, понимая, что ничего другого ей не осталось.
После смирения с неизбежностью, неожиданно все закончилось. В глаза ей ударил яркий свет, и тоннель выплюнул ее посреди зала. Выплюнул – это, не совсем корректное слово. Вернее сказать, что она мягко приземлилась в центре большого помещения.