Окинава, 1945

Вольны Антони

Передовые роты 17-го пехотного полка, действовавшие на правом фланге 7-й дивизии, вышли к склонам высоты 153. В результате этого наступления удалось значительно снизить интенсивность огня японцев на южном фланге 96-й пехотной дивизии. После ожесточенного, длившегося несколько дней боя вершина высоты 153 была взята. После этого 17-й полк был заменен подразделениями 184-го полка под командованием полковника Грина.

Наступление 7-й и 96-й американских пехотных дивизий поддерживалось большим количество огнеметных танков, которые с помощью горючей смеси уничтожали противника в пещерах и расщелинах между скалами или вынуждали его оставлять

занимаемые позиции. 13-й батальон огнеметных танков, поддерживавший 13–17 июня войска 7-й пехотной дивизии, израсходовал 139 860 литров горючей смеси.

Вечером 17 июня линия фронта 10-й армии США проходила вдоль кряжа Куниси, по высотам 153 и 115 до южного побережья Окинавы. Американские солдаты получили наконец возможность видеть всю территорию, обороняемую японцами. На следующий день бои велись, чтобы сломить сопротивление японцев на двух изолированных участках: вокруг селения Медеэра и вблизи селения Мабуни. На первом оборонялись остатки 24-й японской стрелковой дивизии, а в районе высоты 89 — подразделения охраны штаба 32-й армии. 18 июня 200 японских солдат, которым было приказано вернуть высоту 153, атаковали ее южные склоны и продолжали атаки до тех пор, пока все не погибли.

Поражение 32-й японской армии

По мере развития наступательных действий войсками 10-й армии США сопротивление японцев на Окинаве постепенно ослабевало, тем более что им не хватало продовольствия, лекарств, боеприпасов и амуниции. С целью ускорения ликвидации остатков 24-й и 62-й пехотных дивизий, оборонявшихся в окрестностях селений Куниси, Макабэ и Комэсю, американская 1-я дивизия морской пехоты, наступавшая в направлении этих населенных пунктов, была усилена 8-м полком из состава 2-й дивизии морской пехоты.

Командир 10-й армии генерал Бюкнер, симпатизировавший 8-му полку за успехи, достигнутые во время предыдущих боев в зоне Тихого океана, решил посмотреть, как только что введенные свежие части будут наступать на новой для них местности. С этой целью рано утром 18 июня он выехал автомобилем в сторону линии фронта. Встретившийся ему полковник Арнольд Роберте, командир 22-го полка 6-й дивизии морской пехоты, отговаривал его от поездки, так как некоторые участки дороги обстреливались из минометов и пулеметов со стороны гор в полосе наступления войск 96-й пехотной дивизии. Командующий армией не придал значения его словам. Часом позже стало известно, что полковник Роберте был убит японским снайпером, когда руководил наступлением своего полка.

В полдень генерал Бюкнер прибыл на наблюдательный пункт командира 3-го батальона, располагавшийся на горе к северо-западу от селения Макабэ. Из полуметровой щели между коралловыми скалами он мог наблюдать за наступлением пехоты и танков. В 13.00 японская артиллерия открыла огонь, сначала противотанковый снаряд попал в основание скалы, а 15 минут спустя следующие пять артиллерийских снарядов разорвались недалеко от командующего 10-й армией. Смертельно раненный осколком снаряда или обломком скалы, генерал Бюкнер через 10 минут скончался.

Начальник штаба армии тут же передал сообщение о случившемся адмиралу Нимицу, командующему театром боевых действий на Тихом океане. Зная мнение генерала Бюкнера в вопросе замещения его поста, он предложил кандидатуру генерал-майора Роя Гейджера, самого старшего по возрасту и дольше всех командовавшего войсками корпуса. Адмирал Нимиц принял кандидатуру Гейджера, который 19 июня был представлен

к более высокому званию и официально назначен командующим 10-й армией. Это был первый случай в американских вооруженных силах, когда генералу морской пехоты доверили руководство сухопутной армией. Он умело руководил ее боевыми действиями в последние дни наступательной операции на Окинаве.

18 июня объектом наступления 5-го полка 1-й дивизии морской пехоты стала высота 79, к юго-западу от селения Макабэ, которой 1-й батальон 5-го полка овладел лишь под покровом темноты. 2-й батальон этого полка сломил в восточной части кряжа Куниси последнее организованное сопротивление японцев. Следующий горный массив Мэдзадо, длиной 1800 м, был взят 2-м батальоном 22-го полка во взаимодействии с 3-м батальоном 4-го полка. 1-й и 3-й батальоны 22-го полка в течение всего дня ликвидировали небольшие группы солдат противника, оборонявшегося на противоположных склонах этого кряжа, и его замаскированные огневые средства.

Вечером войска 6-й дивизии морской пехоты, наступавшие вдоль западного побережья Окинавы, добились значительного успеха, взяв горный массив Куванга между селениями Нагусуку и Макабэ.

7-я пехотная дивизия продолжала наступление на двух сходящихся направлениях: 184-м полком с высоты 153 к селениям Медеэра и Комэсю и 32-м полком вдоль южного побережья острова, имея целью взятие селения Мабуни и высоты 89.

Генерал Усидзима, отдавая себе отчет в том, что судьба его армии предрешена, начал готовиться к смерти по самурайскому ритуалу. 16 июня он послал прощальную депешу головному командованию японских вооруженных сил, где было написано:

«Руководствуясь желанием уничтожить наглого врага, солдаты, находящиеся под моим командованием, уже почти три месяца воюют с агрессорами. В течение всего этого времени они пользовались поддержкой и помощью гражданского населения, которое с, энтузиазмом прилагало старания, чтобы подготовить очередные оборонительные позиции. С момента высадки неприятеля наши сухопутные и воздушные войска в согласии и тесном взаимодействии делают все, что возможно, для защиты острова. Несмотря на то, что части 32-й армии сражаются на укрепленных позициях в горах до последнего живого солдата, им не удалось уничтожить наступающего противника. Я сожалею о том, что мы не можем больше продолжать борьбу. За эту неудачу прошу прощения у императора и граждан моей страны. Молюсь за души погибших защитников Окинавы и за благополучие императорской семьи. Смерть не погасит желания моего духа участвовать в защите моей родной страны. Моему вышестоящему командованию и коллегам выражаю сердечную благодарность и самое глубочайшее уважение за сотрудничество со мною. Прощаюсь с вами навсегда. Мицуру Усидзима».

19 июня командующий 32-й армией послал в Японию и на Тайвань еще одну прощальную депешу и направил сражавшимся войскам свой последний боевой приказ, в котором приветствовал всех рядовых солдат, сержантов и офицеров, благодарил их за выполнение возложенных на них задач и призывал к дальнейшей борьбе и готовности умереть за императора. Некоторым офицерам своего штаба он приказал, чтобы они под видом гражданских лиц пробирались в северную часть Окинавы и укрывались там. Полковник Яхара должен был добраться до Японии и представить высшему командованию отчет об оборонительных действиях армии. Остальным офицерам было предписано организовать партизанскую борьбу в тылу врага.