Океан ненависти
Шрифт:
— Вы можете назвать, кто именно был с вами?
— Конечно. Кроме меня, там были Юрий Коше-лев, наш Олег и девочки — Юля и Кира. Мы были впятером.
— И вы все время купались в бассейне, никуда не отлучаясь? — уточнил комиссар.
— Да, — неуверенно кивнула Света, — все время были там.
— Может, вы куда-то отходили от бассейна, пока другие купались? — спросил комиссар.
— Нет, — уже более твердо сказала Света, — я никуда не отлучалась.
— Юрий Кошелев показал вчера, что, пока другие купались, вы прошли
— Да, верно, — вспомнила женщина, — мы были в баре. Но пили не кофе, а мартини. Все равно я сказала правду. Мы не отходили от бассейна, бар находится рядом с ним.
Дронго вспомнил об информации бармена, но промолчал, решив, что не стоит сейчас уличать ее во лжи. Это могло спутать все его планы и помешать нормальному ходу допроса.
— И вы все время сидели в баре? — снова уточнил комиссар. — Бармен сможет это подтвердить?
— Наверное, сможет, — пожала плечами женщина, — я ведь там была. Мы даже прошли туда в купальных костюмах и потом, когда немного обсохли, оделись. Он должен был меня запомнить. У него такие большие пышные усы.
— Когда вы услышали крик горничной, вы все еще были в баре? — спросил комиссар.
— По-моему, да, но точно не помню.
— Какие отношения были у вашего друга Рауфа с убитым?
— Деловые, нормальные. Они ведь были компаньонами. А то, что спорили, это ничего не значит. Сейчас все спорят и ругаются. По-другому бизнес сделать нельзя, — рассудительно закончила женщина.
— А как к убитому относились лично вы? — вдруг спросил комиссар, и Дронго перевел, с интересом ожидая ответа.
Она вдруг изменилась в лице, побледнела и сказала с вызовом:
— Я его не очень любила. Но это мое личное дело.
— Сейчас не личное, — возразил комиссар, выслушав перевод. — Пусть она объяснит нам, почему она его не любила, — попросил он Дронго.
— Он был жестокий и наглый, — пояснила Светлана, — поэтому я его и не любила.
— У него были ссоры с его девушкой? — спросил комиссар, и Дронго вместо последнего слова назвал имя Инны, заметив на себе удивленный взгляд российского дипломата.
— По-моему, еще нет. Вообще-то они были уже на грани. Инна все время интересовалась, почему мы так плохо относимся к Виктору. Я думаю, через некоторое время она бы ушла от него. Она слишком гордая женщина. Но пока никаких скандалов не было.
Пока Дронго переводил, она немного подумала и вдруг выпалила:
— Если они думают, что Виктора убил Рауф или Инна, то ошибаются. Они никогда бы на такое не пошли. Глупо так думать.
— А кто бы пошел? — Дронго не стал переводить ее фразу и задал свой вопрос. Она растерялась.
— Не знаю… я просто не знаю. Как и любая блондинка, она быстро краснела. Теперь легкий румянец залил ее щеки.
— А Юрий мог убить своего брата? — спросил Дронго, не дожидаясь вопроса комиссара.
— Юрий?.. —
— Кто здесь допрашивает? — по-турецки закричал он, чтобы понял и комиссар. — Что происходит? Какое право имеет этот человек задавать вопросы лично от себя?
— Он мне помогает, — пробурчал комиссар, — и по нашей договоренности может задавать любые вопросы. Если вас что-то не устраивает, вы можете жаловаться, господин дипломат. Все вопросы он задает от моего имени.
Под его взглядом Самойлов сел, а Дронго после ободряющего кивка комиссара задал следующий вопрос:
— Какие были отношения между братьями?
— Не очень хорошие.
— Вы не ответили на мой первый вопрос. Как вы считаете, мог Юрий убить своего брата?.
— Я не знаю, — смутилась женщина, — не знаю.
— А другие члены вашей группы? Например, Кира?
— Нет, — сразу сказала Света, — ни за что. Ее тошнит при виде крови. Она бы — никогда.
— А вы? — вдруг спросил Дронго, и наступила тишина. Комиссар понял, что тот задал какой-то каверзный вопрос, на который женщина не знает ответа. А Самойлов переводил взгляд с нее на мужчин и не понимал, почему она молчит.
И вдруг женщина зарыдала. Дипломат снова вскочил на ноги.
— Перестаньте издеваться, — уже по-русски закричал он.
Дронго коротко изложил суть своих вопросов комиссару и добавил по-турецки:
— Она не все время была в баре, я говорил сегодня с барменом, работавшим вчера. Она вышла оттуда и прошла во французский ресторан.
— Но вы этого не видели, — резонно заметил комиссар.
— Нет. Вероятно, в этот момент я стоял в спальне и слушал разговор брата покойного и Инны, к которой он приставал. Наверное, тогда она и прошла к французскому ресторану.
Женщина достала из сумочки платок, и Дронго, подождав, пока она вытрет слезы, задал следующий вопрос:
— Почему вы нас обманули? Вы ведь не сидели все время в баре. Вы ушли оттуда, как только Юрий вас оставил. И сразу прошли к французскому ресторану, где вас кто-то ждал. Кто вас там ждал?
Она испуганно посмотрела на него. Этот человек, казалось, знал все.
— Там был мой друг, — тихо сказала она, опустив голову.
— Имя этого друга? Кто это был? Почему вы встретились с ним таким странным образом? Женщина молчала.
— Мы ждем, — напомнил Дронго.
— Это был Рауф.
— Но почему тогда он все скрыл от нас? — Комиссар понял, чье имя она произнесла, и добавил с укоризной: — Все-таки напрасно я его вчера не задержал.
— Почему вы встречались с ним таким образом? И почему он ничего нам не рассказал об этой встрече? — спросил Дронго.
— Мы договорились встретиться с ним там еще во время ужина, — сказала Света. — Он сам попросил меня пойти со всеми в бассейн. Он хотел… хотел… В общем, он хотел, чтобы мы все ушли, а он бы поговорил с Виктором.