Ок-но
Шрифт:
— Очень хороший вопрос! — похвалил Яну Ларсон. — Он обсуждается в статье Нибелинмуса об энергетических свойствах ростков алеф-измерения. Вычисления показали, что всасывающая, если так можно выразиться, энергия ростка значительно меньше энергии связи молекул. Поэтому росток не способен разрывать межмолекулярные связи.
— Обидно! — огорчилась Яна и от огорчения потянулась к затылку чтобы схватить и покусать несуществующий теперь хвостик.
— Еще есть вопросы? — Шеф посмотрел на меня.
— Таких
— Глупые попрошу присылать в письменном виде, — заявил Ларсон. — Я их складирую в очередь.
— Ну раз так, то слушайте задание…
Ларсону было поручено «продолжать в том же духе» и «двигаться в том же направлении». Яне Шеф поручил взломать базу данных Галактической Полиции, найти там список сотрудников и отсортировать честных гэпэшников от ДАГАРцев. Особенно его интересовало, в каких расследованиях ГП принимал участие полковник Роман Зейдлиц. Мне же было сказано до завтра отдыхать, а как рассветет, отправляться в Фаонский Дом Художников к Сведенову.
— Надо закрыть эту тему, — сказал Шеф, подразумевая, что для того, чтобы навсегда исключить Сведенова из числа подозреваемых не хватает самой малости.
Яна выразила сомнение по поводу взлома:
— У них защита на локусах не хуже нашей.
— Но ведь нашу же ты сломала, — парировал Шеф и припомнил Яне, как на заре своей карьеры она потеряла пароли доступа к нашим локусам и поэтому была вынуждена применить те профессиональные навыки, благодаря которым ее, собственно, и приняли на работу.
Перед тем, как покинуть Отдел, я спросил:
— Босс, а что вам сказал Гуго-Великан?
— Что за Гуго-Великан? — насторожился Ларсон. В нем уже закрадывалось подозрение, что пока он день и ночь колдует над приборами, жизнь проносится мимо его лаборатории, унося в своем стремительном течении много радостей, тайн и вот теперь еще каких-то Гуго-Великанов.
— Отто Гугенгейм, величайший специалист по сейфам и честнейший человек, — так отрекомендовал бывшего хакера-медвежатника Шеф. — Он сказал мне, что сейфы «Монблана» взломать невозможно.
— Только и всего? — изумился я.
— Настоящий специалист всегда краток…
Ларсон громко фыркнул.
— …если речь не идет о теоретической физике, — поспешил сделать исключение для Ларсона Шеф.
— И вы ему поверили?!
— В карьере каждого специалиста наступает тот час, — заметил Шеф высокопарно, — когда репутация становится дороже денег. Думаю, этот час пробил для Гуго в день досрочного освобождения. Теперь его мнению можно доверять, как мнению Ларсона. Правда, Хью?
Ларсон вышел, громыхнув дверью.
— А ты? — поинтересовался Шеф.
— Прежде чем хлопнуть дверью, я попрошу ключи от «Мак-Ларена».
— У Яны. М-да… а ведь флаер ей так понравился…
Радости от моего возвращения у Яны убавилось, полагаю, процентов
11. Спасатель Алексеев
Все личные дела — в свободное от работы время, — таков лозунг Шефа. Если спросить его, является ли время, отпущенное для отдыха «свободным от работы», то он ответит, что нет, не является, потому что отдых есть непосредственная подготовка к работе (см. инструкцию для служебного пользования). Тем не менее, забравшись во флаер и дав команду на взлет, я позвонил в Фаонское отделение Галактической Службы Спасения, чтобы узнать адрес спасателя Алексеева.
— Ваш сигнал принят, сообщите ваши координаты и какая помощь вам требуется, мы немедленно вышлем ближайшую к вам бригаду, — не глядя на меня, заученной скороговоркой произнесла диспетчер — серьезная девица с лицом спортсменки.
Экономя спасательское время, я затараторил, что спасать меня не надо, дайте одного только спасателя Алексеева.
— Боюсь, он на вызове, — сказала она и потянулась к кнопке выключения связи.
— Вы не бойтесь, а посмотрите. Меня устроит его номер-код.
Диспетчер посмотрела мимо меня, потом сказала, что, если мне не требуется срочная помощь, то она передаст мое сообщение Алексееву. Личные коды они не раздают. Я назвал свое имя, место работы — «Сектор Фаониссимо» и еще сказал, что у меня с Алексеевым есть общий знакомый — профессор Рассвел с Земли. Она пообещала, что сообщение уйдет тотчас.
Алексеев перезвонил практически сразу.
— Вы чудом меня застали, завтра я вылетаю, — сказал он.
— То есть вы дома… — догадался я.
Он оглянулся, словно проверяя дома ли он. Во всяком случае, обстановка выглядела домашней.
— Ну да, пока дома.
— Мы можем поговорить?
— Вы хотите подъехать ко мне?
— Да, так будет удобнее…
— Хорошо, подъезжайте… — и он назвал адрес.
Восточный пригород. Жилой многоквартирный дом, смахивающий на общежитие или дешевую гостиницу. Бетонный квадрат парковки среди черных фаонских кактусов. Центр Фаон-Полиса отсюда смотрится как другой город.
— Проходите, у меня тут слегка беспорядок…
«Но мне на него плевать», — такое продолжение напрашивалось для небрежно сказанной фразы. Со мною говорил высокий мускулистый мужчина лет сорока. У него была круглая, коротко стриженная голова, твердые черты лица, трехдневная щетина и морщинки вокруг серых глаз. Голова крепко сидела на покатых, слегка сутуловатых плечах. Астронавт-спасатель во время краткого отдыха. Мечта-мужчина, как сказала бы Татьянина подруга Марго.
Махнув в сторону дивана, заваленного спасательским снаряжением, он отвернулся к кухонной стойке. Я разгреб себе место и сел.